Достойных русскоязычных авторов, разумеется, в десятки раз больше, чем я упомяну здесь. Просто звезды сошлись так, что сегодня расскажу только о троих.
Рассказываю. Вчера на книжных полках поселились вот эти товарищи. Самый известный среди них, думаю, Алексей Иванов («Географ глобус пропил», «Сердце пармы», «Блуда и Мудо»). После трех его книг, каждая из которых по-своему меня покорила, прочитать что-то менее заметное и, как оказалось, наиболее разгромленное читателями. Сам Иванов называет «Псоглавцев» «новой деревенской прозой».
Место действия романа — глухая деревня Поволжья, где есть заброшенная церковь, а в церкви той — фреска, на которой изображен Святой Христофор с головой пса. И как только к святому лику потянулись руки приезжих москвичей, началась чертовщина. Оборотни, ужасы, ожившие легенды в декорациях русской глуши, а нам это разгребать и искать смыслы. Иванову не занимать ума и писательского таланта, который порой повергает в шок, но всегда ли книги пишут для читателя? Может, книга просто должна быть.
П.С. После «Зоны затопления» Сенчина современные писатели-деревенщики — моя читательская слабость.
Пока непонятный, но интригующий «Принц-инкогнито» Антона Понизовского о двух мирах — наше время и начало 20 века, — которые по законам логики никак не могут пересечься. Но если вы читали «Чапаев и пустота» Пелевина, то не удивитесь, когда обнаружите связь между медбратом провинциальной психушки, охотящимся за местным пироманом, и наследником испанской короны, у которого придворные интриганы выбили престол прямо из-под принцевых ягодиц.
Оба они в поисках, разница лишь в окружающем пейзаже . Медик пленён сырыми стенами дурдома, будущий кесарь палубой корабля «Цесаревич», но в какой-то момент может показать, что оба — просто пленники собственного разума.
«Петровы в гриппе и вокруг него» Алексея Сальникова. Книга, обязательная к прочтению. Разбирать её на цитаты, на смыслы, препарировать как диковинную лягушку, у которой вдруг выросли крылья.
Вот есть Петров, обычный автослесарь, живущий в обычном Екатеринбурге с обычной бывшей женой и сыном. Иногда он пьёт, катается в катафалке и притягивает странных людей, но больше, чем домогательства незнакомцев, Петрова беспокоит грипп. Инфлюэнца, одолевшая Петровых, становится вестником здравого смысла и мыслей. Мыслей о государстве, семье, демократии.
Даже если к финалу я не пойму, что хотел сказать Сальников гриппозным потоком сознания автослесаря и хотел ли вообще, все равно буду счастлива от того, что нашла собеседника с душевностью Довлатова и остроумием Ерофеева.
Всё ещё ваша Невеличка