Июль 2014, нулевой километр, граница между Россией и Украиной. — мы здесь уже десятый час сидим. Ничего не произойдет, говорю тебе. Погнали пообедаем. Короче, как хочешь, а я съезжу, мне аккумулятор надо запасной забрать. (через двадцать минут начался активный артобстрел, пропускные пункты со стороны России спешно закрыли) — эу, Коля! Ко-ля! Да пустите меня, я только что выходил, вот чебурек принес. Мы каждый день по десять раз проходим. Нам что, надо оставаться и ночевать на той стороне? Мой паспорт у вас уже в ста экземплярах есть. Уже перестали стрелять, запускайте. Не нажалуюсь.
Июль 2014, нулевой километр, граница между Россией и Украиной.
— мы здесь уже десятый час сидим. Ничего не произойдет, говорю тебе. Погнали пообедаем. Короче, как хочешь, а я съезжу, мне аккумулятор надо запасной забрать.
(через двадцать минут начался активный артобстрел, пропускные пункты со стороны России спешно закрыли)
— эу, Коля! Ко-ля! Да пустите меня, я только что выходил, вот чебурек принес. Мы каждый день по десять раз проходим. Нам что, надо оставаться и ночевать на той стороне? Мой паспорт у вас уже в ста экземплярах есть. Уже перестали стрелять, запускайте. Не нажалуюсь.
