Найти в Дзене

Ангелы воздаяния

Заложишь в Москве камень – круги по всей России. Некро-Биеннале: Артхауз. Техно. Рэди-мейд. Гибсон «Les Paul» из гипса. В гипсовом футляре. Доноры по выносу костного мозга. Распятие на Рублёвке как памятник похуизму. Поэтому и Советский Союз распался. - Я вижу эту ситуацию со своей стороны. - Со всех сторон видно лучше. Ты уже дописала картину «Атомный взрыв»? - Почти. - Только выставку устраивай подальше от населенных пунктов. (И меня не зови). - Ты безумная, – говорю я, запихивая банкноты за вырез ее платья… На подиуме, посреди дорожки и опустевших стульев. Стоит. Ждет. Насмешливо улыбаясь… - Что? - Видел ли ты круги от воды?! - Только глаза от счастья. Гольфстрим текущий сквозь мысли. Тонущий в собственной наготе. Прикалывались. Попали в дурку, играя в дартс… - Может, спустимся на Землю? Присоединимся к экспэ-эртному сообществу… а то, без нас все допьют. Стираемся в незыблемость залов… Объятия баров в тесном томлении. И резкость запах

Заложишь в Москве камень – круги по всей России.

Некро-Биеннале:

Артхауз. Техно. Рэди-мейд. Гибсон «Les Paul» из гипса. В гипсовом футляре. Доноры по выносу костного мозга. Распятие на Рублёвке как памятник похуизму. Поэтому и Советский Союз распался.

- Я вижу эту ситуацию со своей стороны.

- Со всех сторон видно лучше. Ты уже дописала картину «Атомный взрыв»?

- Почти.

- Только выставку устраивай подальше от населенных пунктов.

(И меня не зови).

- Ты безумная, – говорю я, запихивая банкноты за вырез ее платья…

На подиуме, посреди дорожки и опустевших стульев. Стоит. Ждет. Насмешливо улыбаясь…

- Что?

- Видел ли ты круги от воды?!

- Только глаза от счастья.

Гольфстрим текущий сквозь мысли. Тонущий в собственной наготе. Прикалывались. Попали в дурку, играя в дартс…

- Может, спустимся на Землю? Присоединимся к экспэ-эртному сообществу… а то, без нас все допьют.

Стираемся в незыблемость залов…

Объятия баров в тесном томлении. И резкость запахов удвоивших пейзаж: букет ароматов крадется в ноздри…

- …её работы переносят нас в структурный апокалипсис. Волна полураспада передающая…

Творческая вакханалия. Оргазм распахнутый для мира. Смешались с гламурной толпой. Причислили себя к временам, к случайным событиям повернувшим ход истории. Менеджер, или хипстер токующий по мобильному:

- Сейчас твой смех не рентабелен. Давай завтра…

Звезды. Нувориши. Критики… отжигают лысины в толпе, срезают подметки на ходу – сэлфи на фоне сэлфи… и в этот момент невидимый голос сообщает, что:

- Среди нас присутствуют две знаменитости! Разоблачение состоится ровно в полночь…

Кажется, меня не узнают… В искусстве, среди двух-трех имен, затерялось и мое – его недавно видели в багажнике дорожной полиции.

- Тао? Удивлена! И как вам прогулочка по дивной стороне?

- Как приключения Дракулы на каникулах.

Поменьше себя, побольше сущностей свихнувшихся от времени. В часе езды отсюда.

- Оригинально. А вы читали последнее творение...

- Я не наркоман, что бы постоянно читать: я, скорее, творец наркотиков.

- Да? А я, вот, не могу, например, отвлечься. О Тао не мечтао!

- Девушка, простите: вы откуда?!

- Неважно.

Краткость сестра таланта. И мачеха твиттера (побольше себя, поменьше истории ограничивающей горизонт событий). Скучаем, врастаем в перверсивные излишества. Длинная тень Гамлета падает на нас, следует за пятами.

- Эксперты говорят, что Алиса рехнулась в Стране Чудес!

- Это потому, что когда в храмах – в одно и тоже время – проходят службы, соборы из шпилей излучают энергию.

- Заклинаю вас студентами юридического факультета: не верьте!

Вот такая вот «Жизнь под звездным кладбищем». Даже ты: не подпускаешь меня к своему атомному реактору. Не любишь?

- Не парься. Доверься…

Сбежала в прошлое по ступенькам (утратившее актуальность, но оставившее след).

- Будешь моей Восточной Монетой?

- Я не сторонница искушения…

Рингтоны расстреливают восприятие, намечая будущих жертв. Моё тело на аукционе Сотби. С благословения Патриарха Всея Руси.

Искра вечеринки пробежала по гостям. Мечтал воплотиться в идеальном парке, производя нежнейшие смыслы. Хорошо хоть ты не иллюзорна – плетущая венок, воспламеняющая взглядом…

- Если я не появлюсь, дома к утру, матушка сошьет мне белый сарафан!

- Это оскорбление?

- Да.

- Лучше поздно, чем никогда…

Стоял под лунным светом. Без свидетелей (Иеговы***). Скорее в онлайне, чем на свободе.

- Не дуйся. А то, я на тебя плохих мыслей надумаю. Китайцы еще с синяками не разобрались.

Глаза твои… цветы в черных вазах, в коме: стою перед Тобой, а шелк все отслаивает шорох вдоль стен. Жизнь: разные у нас, судя по их голосам, судьбы. Несовместимость моего кошель-ка с вашим. Вообще с деньгами.

- Ты чего? Надо выглядеть как ангелы: окончательно подмочить репутацию.

- Есть два маршрута, на которые у нас не хватит денег: это маршрут Высокой Моды, и Маршрут По Которому нас послали…

Хендрикс проглотил свой звук и умер от передоза. Кто там еще: Кобейн? Смешной как забвение. Нежный как плов. Кладбище звезд рок-н-ролла. Неприступно. Его можно взять, только пожертвовав жизнью. А теперь и макароны со слоганами на жирных боках: программируют подсознание после еды…

- Ну, что: может, выступишь?

- У меня голос не стоит без микрофона.

- Ты стильная штучка. Не прикидывайся дурочкой.

Несгораемое счастье. Жизнь талантливая как проигрыш.

- А разве может быть по-другому?

и в вое волков октавы созвездий, над трассой звезды голосуют океаническим балетом

майские пчелы-принцессы

- Уговорил.

Все сидели как пробки вышибленные. И ты их выпила – ни капли не пролив

*** Организация запрещённая в РФ