Поднявшись на нужный этаж я уже чувствовал атмосферу хаоса, обычно царящую у него в квартире. Звонок. Обычно он подходит быстрее. Ещё звонок. И ещё.
- Кто там !? – на фоне играла «Men Without Hats – The Safety Dance» - Мари, это ты ?!
- Да Натанчик, это твоя Мари ! – никогда не умел изображать женские голоса, но трансвестит из меня отличный.
- Ах ты ублюдок ! – на лице, которое являлось точной копией лица Стива Бушеми, отразилась причина, по которой мне всё же не следовало к нему приходить сегодня. – Ну я же просил, предупреждай… Давай помогай, раз пришёл.
- А где Мари ? – я еле сдержал улыбку.
Мой уверенный шаг через порог увенчался промокшим насквозь ботинком.
- Дружище, я всё понимаю, но у меня нет времени расхлёбывать это библейской пророчество.
- А я не Ной, и у меня нет страховки, что бы выплачивать этим животным их промокшие потолки, - Натана трясло так, что я бы дал ему в руки своего новорожденного младенца с целью осуществить не совсем своевременный аборт.
- Давай попробуем остановить воду, не получится – позвоним туда, куда обычно звонят в таких ситуациях. Ты только не нервничай. Прогуляемся немного, и завалимся ко мне, можешь оставаться сколько угодно.
- Прогулка не повредит… - его тряска снизилась на пару баллов.
Пол часа «сантехнических работ» спустя…
- Мам ! – Натан собрался. Его мать была не из тех женщин, что суют свой нос в дела детей, но беспокоить он её не любил, - У меня тут трубу прорвало, не подскажешь куда ты раньше звонила в таких ситуациях ? – судя по напряжению он запоминал цифры. - Ну, да, логично. Извини что побеспокоил. Да Да, всё отлично, заеду на выходных всё расскажу, мамуль, пока !
Натан поспешно набрал номер аварийной службы водоканала, сообщил о случившемся и кинул телефон в комнату с более низким уровнем влажности.
- Ты когда-нибудь задумывался, почему мужчины в возрасте под тридцать не знают куда звонить если трубу прорвало…? - У Натана впервые за это время промелькнуло на лице что-то похожее на улыбку.
- Я бы мог позвонить проституткам.
- Ясно, - покачал он своей, уже во всю улыбающейся, головой.
Выбрав маршрут подлиннее и менее людный, мы петляли тёмными дворами. Ветер стих, и эстетичный вальс острых как бритва, мерцающих чистотой крупиц снега, на фоне не менее эстетичного танца космических тел, полностью поглотил моё внимание.
- Как у тебя ? – Натан прервал молчание .
- Так же, как и неделю назад… Скучно… Серо.
- Мне бы твои проблемы, дружище. Походу полы придётся менять, сейчас эта возня начнётся…
- Забудь. Твоя проблема в том, что ты живёшь на коротком временном отрезке. Попробуй… Не знаю как объяснить… Подняться чуть выше и увидеть чуть больше. Стоит лишь раз почувствовать насколько коротка твоя жизнь в сравнении с вечностью, и все твои проблемы становятся не значительнее разбитой в детстве коленки.
- Звучит красиво. – взгляд моего спутника устремился в пустоту, мне даже показалось, что он прочувствовал мой посыл.
Мы шли вдоль устланной снегом аллеи. Блеклые фонари вырисовывали самые своеобразные формы теней на снежном холсте, настолько своеобразные, что литературные гении ужаса, определённо, нашли бы в них вдохновение на пару десятков страниц. Нашло в них вдохновение и моё, цепляющееся за всё отвратительное, воображение. Я опять увлёкся атмосферой, Натан либо впал в депрессию, либо переваривал мною сказанное. Внезапность следующей ситуации, сравнима с порезом пальца о край бумаги, при чтении вашего любимого рассказа. Листаешь себе странички, а мгновеньем позже сознание сфокусировано на кровоточащем пальце. Шагаешь себе в удовольствие, а мгновеньем позже воздух разряжается столь пронзительным криком, что сильнее твоего сердцебиения только любопытство нависшие тяжёлым облаком, которое, несомненно, развеет ответ на вопрос. Что случилось ?
Миновав пару домов и завернув за угол, мы обнаружили одну из тех картин, за которыми обычно следуют год-другой сплетен, напускная и постепенно угасающая скорбь всех вокруг и очень липкий необъяснимый страх, появляющийся у обычных людей в таких ситуациях вследствие того, что о смерти они стараются не думать вообще. Картина являла собой гармоничную совокупность винно-красного, мертвенно-белого с примесью грязного чёрного. По тому, что осталось от лица, можно было судить, что ей не больше двадцати и вроде привлекательная. Конечно вы скажите, что тут можно поспорить, и не стоит утверждать о привлекательности девушки, которая перед встречей с вами пролетела бодрых двадцать пять метров вниз головой, и скорее всего будете правы, но мне, любителю поспешных выводов, было не удержаться от оценки.
- Твою то мать ! – не выдержал Нат, - пойдём- ка отсюда побыстрее.
- Нет. Подожди…
- Что ещё !? Сейчас тут будет масса народу. Я не хочу проходить свидетелем пойдем же, ну!
К моему другу вернулся тремор.
- Ещё минуту.
Выражение лица Натана было схоже с выражением лица Католика, после смерти увидевшего Макаронного Монстра. А я… Я не мог оторвать взгляд от этой, должно быть, ужасающей картины: лужа крови, расползающаяся ореолом вокруг тела, то и дело вздымающаяся грудь девушки, но с каждым разом увеличивающая разрыв между следующим вздохом, и взгляд неповреждённого глаза. На мгновенье мне показалось она смотрела на меня с ненавистью, будто чувствовала, что я вовсе ей не сопереживаю, а в наглую смотрю на самый интимный момент в её жизни и изучаю его. Взгляд этот длился мгновенья, и за ним последовал взгляд ужаса, который, признаюсь, я созерцал с не меньшим любопытством.
На тот момент я даже не был в силах осознать странность своей реакции. Всё это было похоже на немой диалог между нами тремя. Как будто мы пришли на праздник к нашей новой знакомой, дружно беседуем, и только нервный Натан хочет поскорее сорваться с этого великолепного мероприятия. Страннее этих приблудных мыслей оказалось ощущение присутствия четвертого гостя. Словно персонаж из очень далёкого прошлого, возможно дальний родственник, с которым не виделся с детства вследствие жизненных обстоятельств, навестил и решил погостить. Я бы мог долго описывать все свои мысли и ощущения связанные с этим событием, но самым важным было то, что я оживился. Оживился как первоклассник, услышавший звонок с последнего урока, звонок, означавший свободу, как минимум до следующего утра.
Удар Натана в плечо меня разбудил. Мне и самому не очень-то хотелось тратить время на бюрократию, и через пять минут пробежки трусцой мы оказались у моего подъезда, ещё через минуту у двери моей тихой квартиры. Я включил свет, и стало ясно, что ни у одного меня был интересный вечер. Кот развлекал себя как мог. Разбросанная по всему коридору обувь, разбитая кружка посредине кухни, перевёрнутая миска со специализированным кормом для котов от шести лет – мы явно пропустили всё веселье.
- Надо бы убраться.
- Не надо. Хочешь чаю?
- Да ладно, я помогу, не спать же в кошачьем притоне. Теперь понятно чё твой кот такой весёлый, – палец Натана указывал на корень зол, точнее на растёртый корень валерьянки в пакетике успокоительного чая, разорванного с явным пристрастием.
- Тебе того же, что и коту?
- Ага.
Мы уселись за стол. Спустя минуту молчания я не выдержал, просто не мог не обсудить произошедшее.
- Как думаешь, что произошло с той девушкой?
- Не знаю, может.. Что-то из того, из-за чего юные девушки прыгают из окон высоток.
- Ты думаешь самоубийство ? Может её паренёк перепил энергетиков за просмотром реалити-шоу, где представители среднего класса строят любовь посредством основ рукопашного боя ? Либо наркотики. Либо проблемы на работе. Либо …
- Тебя правда это так волнует ? – прервал Натан.
- Да нет, просто, жизнь в основном начинается с одной причины . Заканчивается же она гораздо разнообразнее. Нас может убить абсолютно всё, начиная с крошек хлеба и заканчивая какими-то невидимыми жизненными обстоятельствами. Человека можно намеренно загнать в могилу, при этом не используя оружия, лишь воздействуя на его психику. Это всё…
- Захватывающе ?
- Как минимум.
- Вход в жизнь один, а выходов на любой вкус и цвет. Что-то в этом и есть. Но по моему в смерти нет ничего особенного, ничего удивительного и тем более красивого.
- Это как смотреть, Натан. Нельзя с уверенностью о чём-то говорить пока сам с этим не столкнёшься.
- Я сталкивался со смертью. И кроме страха и боли ничего не обнаружил.
- Ты про смерть в лице готовки твоей Мари ?
- В лице твоих несмешных шуток.
- Кс Кс Кс Кс Кс, - я призвал кота с целью кинуть его в Натана и устроить ему аллергический коллапс.
После удачной диверсии я допил чай, и мы отправились на боковую. У Натана сколиоз, вра-чи советовали ему спать на жёстком полу, дабы его позвоночник не принял форму лабиринта. Я бросил ему матрас с бельём.
- Будешь спать на полу, нужно беречь свою спину.
- С каких пор ты заботишься о друзьях ?
- С тех самых как они претендуют на место кота на диване.
- Поняяятно, - недовольно вытянул Натан, заправляя одеяло.
- До завтра, - я поспешно отправился в кровать, с целью моментально в ней раствориться.
К удивлению, я действительно мгновенно вырубился, словно и не было тех событий, что взбудоражили мой разум за последние лет пять.