В поисках молока буферомы Валенса прошлась по своим давним связям. Большим спецом по части «найти и быстро закинуть» был Вильгельм Ангер, прожжённый снабженец, мастер контактов и приятель Скорца. Саше удалось его выловить, у Ангера всегда отлично отлажена связь – хорошая связь половина успеха в его деле.
– Вильгельм, выручай – нужно молоко буферомы.
– Какое? – хрипел в наушнике простуженный голос снабженца.
– Буферомы.
– Я понял, но конкретней.
– Куда еще конкретней? Оно что, разное бывает? Ты про жирность спрашиваешь?
– Буферомы разных пород бывают. Тебе для кого? Землянина или, упаси боже, макдарца?
– Для макдарца.
– Скажи, из какой провинции он родом, и я пришлю тебе то, что нужно.
Валенса быстро открыла досье на Лочклена.
– Карно.
– Понял, завтра утром молоко будет у тебя… Ты где?
– Флагман четвертой эскадры.
– Значит, будет у тебя на «Кречете». Сколько? Двух ящиков хватит?
– Да, спасибо. Я верила в тебя.
Уладив дело с молоком, Саша решила просмотреть досье на макдарского адмирала. Ну, раз уж пришлось заглянуть… Дата рождения, место рождения Порежен в Карно, отец фатнорт Ингрей Лочклен, мать Толлара Лочклен-Мариаспо, младший брат Урий Лочклен. Образование – Институт высшей ступени, жена – Летта Лочклен-Котук, дочь – Неона Лочклен-Котук. Дальше шел список сражений, побед, наград, званий. Вот он уже адмирал. Вот участие в решение политических вопросов. Важную птицу поймал Ибис, то-то он над ним так трясётся. И вдруг Валенса насторожилась. Что-то не то было в этом досье. Ее внимание привлекла одна странность – даты возле имен родственников адмирала… Они стояли так странно… как в учебнике истории, возле каждого имени две даты, как на кладбище – год рождения и год смерти… У всех, кроме Неоны Лочклен. Никого уже не осталось в живых – ни отца, ни матери, ни брата, ни жены… никого не было у адмирала. Только дочь.
Саша стала искать подробности. Родители погибли в космокатастрофе пять лет назад, жена умерла три года назад от герклидской чумы, брат – офицер погиб в военном конфликте при Харви–по два года назад.
5
Валенса застала у Лочклена Сурию – сидя на полу по-турецки, Кира замеряла адмиралу артериальное давление. Полководец был флегматичен, послушен и бесстрастно наблюдал за действиями медика. В углу стояло несколько бутылок молока буферомы, доставленных Вильгельмом.
– Адмирал, мне бы на вашем месте было бы стыдно иметь такое низкое давление, – говорила доктор. – Да мне бы и на моем месте было бы стыдно. Или вы будете нормально есть и пить, или я вас лекарствами накачаю, а то и, вообще, сделаю переливание крови… на фиг. Мне привезли большой запас свежей макдарской крови, могу себе позволить.
– Из кого же ее выпустили? – мрачно пошутил Лочклен.
– Синтезируем мы ее – умеем, знаете ли. Лучше натуральной выходит. Очень рекомендую вам кровь освежить. Может антидепрессантов желаете?
– Нет, благодарю.
– Смотрите, последний раз прошу и уговариваю, потом просто капельницу поставлю.
– Может быть, адмиралу не нравится наша кухня? – выдвинула предположение Валенса.
– Так адмирал не красна девица, он военный человек, он сырое мясо с ножа есть может. Правда, адмирал? Но если вам чего-то хочется только скажите. Шифты, типолей, павликейца? – приговаривала Сурия закрывая свой кейс и поднимаясь на ноги.
– Нет, спасибо, меня очень вкусно кормят.
– Тогда набирайте вес, пожалуйста. Вот и молока вам привезли. Валенса, из твоих источников? Ты, Саш, кстати, зайди ко мне сегодня после трех.
Кира на ходу пощупала горло Валенсы, проверяя щитовидку, и вышла из бокса.
– Спасибо за молоко, инспектор, это именно то, чего мне хотелось, – поблагодарил Лочклен.
– Извините, за бестактный вопрос, адмирал.
– Ну, допустим.
– Когда вы резали себе горло, вы хотели оставить свою дочь круглой сиротой?
– А вы собирали обо мне информацию? – адмирал разочарованно улыбнулся.
– Да, я заглянула в ваше досье.