Есть у Василия Макаровича Шукшина прекрасный рассказ - Алеша Бесконвойный. Про баню. Очень рекомендую. Он короткий - там чтения минут на 10-15.
У нас париться особо не принято было, но баню топили летом в деревне ежедневно: в санитарно-гигиенических целях. И растопка бани была моей обязанностью.
Начиналось всё с воды. Для облегчения процесса в баню был проведён шланг, так что необходимо было соединить несколько стыков, вставить шланг в бак печки, включить воду и следить, чтобы не перелилось. Потом в другой бак и опять следить. Скажу честно, вода сбегала от меня часто. Ибо сидеть и следить, когда все играют было невыносимо. Казалось, что я прекрасно ориентируюсь во времени, сколько должно пройти и непременно я вернусь прям вот перед самым наполнением. И хорошо если сам вспомнишь и взрослые не заметят. А если заметят, то получаешь нагоняй.
После воды шли дрова. Дед нас гонял, чтобы летом берёзовыми не топили, тк они жарче. Но если что-то запрещают, то обязательно необходимо нарушить запрет. Набираешь охапку березовых и шмыг в баню, опять так чтобы никто не заметил.
Заложил дрова в печь. Открыл засов. Пора поджигать. Можно берестой растопить, это самое простое. Вначале я так и делал. Но дед всегда растапливал лучинами.
В бане на полке лежало смоляное полено и нож. Поленья такие выбирались при колке дров, откладывались и шли для нужд растопки. Казалось, что смолы в них больше чем дерева. Кроме того они имели красивую структуру и цвет. От полена необходимо было отрезать несколько лучин. Для этого использовался нож. Большинство ножей в деревне самодельные. Делали их из куска метала. Вытачивали лезвие и ручку. Ручку делали либо и обрезка шланга, просто надевая на железную рукоять, либо, как сейчас бы сказали, из пластика. Две накладки приклёпывали и обтачивали.
Представьте: зажимаешь полено между ступней, ставишь нож на край полена, выбирая толщину лучины и сильно давишь на нож двумя руками, открытыми ладонями - одна на ручке, другая на лезвии. Благо нож в длину сантиметров 30. Запросто можно руку порезать, нож в ногу воткнуть или заноз навтыкать. Такое "безопасное" детство:) Руки, ноги целы. Не без шрамов конечно.
Заноз тоже было предостаточно в детстве. Но не об этом. Отвлекся. Итак, лучины готовы, дрова в топке, вставляем лучины, берём спички, в большом таком хозяйственном коробе, у которого чиркаш быстро исшаркивается, грозя невозможностью разжечь половину спичек из коробки. Извлекаем спичку, ищем на боковине короба место, где чиркаш ещё жив и чиркаем. Шуршанье головки спички о чиркаш, лёгкий треск, микроискры, дымок, запах серы и вот у нас в руке горящая спичка. Ты почти что повелитель огня. Крутишь спичку, рассматривает как огонь съедает её и кажется вот вот уже подступить огонёк к пальцам, как ты раз и подносишь руку к тонкому кончику лучины и вот она уже переняла эстафету и в этот момент ты чувствуешь как огонь на спичке добрался таки до пальцев, взмахом руки быстро гасишь спичку и остаток её кидаешь в топку. А тем временем лучина уже ЗАНЯЛАСЬ!!! Огонь от неё уже подхватывают соседние лучины. Он становится ярче. Уходит к толстому концу лучины в глубине топки, лучины чуть слышно потрескивают и разгораются. Языки пламени начинают облизывать дрова, сначала по чуть чуть, потом сильнее, сильнее, они чернеют, шипят, огонь на лучинах к этому моменту достигает своей максимальной силы и дрова сдаются. Если в этот момент прикрыть дверцу топки, а они в то время были исключительно металлические, не то что сейчас прозрачные, до необходимого уровня, чтобы обеспечить максимальную тягу при достаточном обзоре топки, то весь этот микс огня, дров и воздуха начинал протяжно и низко гудеть, раззадоривая огонь. В этот момент весь огромный мир сжимался для меня до размеров дверцы топки у печки в бане. Я сидел на полу у печи, согнувшись, чтобы лучше было видно огонь и наблюдал... Наблюдал как горят дрова, слушал их шипение и треск, боковым зрением видел как стенки водяного бака печи "потеют". В этот момент мне никуда не хотелось. Я был безмерно СЧАСТЛИВ!!! Сидел я так до тех пор, пока не становилось жарко. К этому моменту огонь в печи уже буквально бушевал. Я, счастливый, довольный и взмокший от жара печи вылетал из бани на улицу, обязательно смотрел как из трубы идёт дым и мчался в вечернюю прохладу к друзьям-товарищам. До встречи коров от пастуха, ужина и бани у меня было ещё время!!!
