Стою, жду автобус на остановке, рядом со мной сидят бабушки из нашего села, разговорились про жизнь, про Украину, одна из них говорит:
- Война у них четыре года уже идет, прямо как Вторая мировая, бедные как они там держатся?
А другая ей и отвечает:
-Не хуже нашего с тобой, знаешь. Подружайка звонила, жаловалась, мол, на свою пенсию в месяц всего полтора килограмма мяса может себе позволить, это помимо того, что она коммуналку платит, а я на свои пять тысяч, после того как за свет – газ заплачу, могу себе позволить весь месяц на гречке сидеть, изредка с молоком. Сорок лет отпахала на государство, а пенсия минимальная, как хочешь, так и живи. Дети по городам разъехались, сами лямку тянут, в съемных квартирах живут, просить о помощи стыдно. Хорошо еще пока в силах огород сажаю, а то бы давно ноги протянула.
- Дааа… А у меня, знаешь, забор падает, а починить некому, соседа не допросишься – своих дел хватает, обратиться не к кому, когда сами молодые были, ходили Тимуровцами бабкам помогали, а теперь, вон, сами до такого возраста дожились, а помочь – то и некому.
Стою и думаю: « Вот и войны у нас вроде нет, а старики живут хуже, чем на оккупированной территории, никому ненужные. Поговорят – поговорят перед выборами о заботе, уделят старикам внимание, потому как они и есть главный электорат, а после выборов снова, как в сказке: «Глядь: опять перед ним землянка, на пороге сидит его старуха, а пред нею разбитое корыто».
Жалко мне стариков, понимаю, что и сама скоро такая же буду, помогаю я чем могу двум – трем, но даже в нашем селе всех охватить вниманием не смогу, своих дел выше крыши, а сколько их по России нищих и обездоленных, отдавших своей отчизне силы, молодость, работавших, не жалея себя, а сегодня полностью брошенных государством на произвол судьбы.
Помнится, когда – то, Путин принял закон о том, что нельзя преследовать уголовно своего предшественника на посту, подстраховался, значит, а вот о том, что старики должны достойно свой век доживать - закон не принял, и в голову ему не пришло со своими миллиардами, что кто – то, из его же ровесников, не может позволить себе даже полтора килограмма мяса в месяц купить.
Государство только тогда сильное, когда оно может защитить самые беззащитные слои населения - стариков, инвалидов, матерей - одиночек, в противном случае это общество не может считать себя цивилизованным и гуманным, а лишь государством со звериным оскалом, где выживает сильнейший, хитрейший, наглейший.
