Спустя два года после встречи патриарха Московского и папы Римского в Гаване, споры вокруг него не утихают. Так называемые «охранители» внутри русской Церкви обвиняют своего предстоятеля чуть ли не в попытке унии (хотя и совершенно беспочвенно), представители более умеренного лагеря склонны вообще не придавать этой встрече никакого значения, кроме протокольного. В целом, и те, и другие согласны, что статус такой встречи предполагал, как минимум, её согласование хотя бы на уровне заседания Синода РПЦ.
Патриарх Кирилл, поспешивший «войти в историю» в качестве первого русского первосвятителя, пожавшего руку папе Римскому, теперь вынужден оправдываться и перед теми, и перед другими. Известный своей осторожностью и болезненной реакцией на любые скандалы, патриарх остро нуждается в «большом мифе», который бы убедил «охранителей» в том, что он был вынужден срочно лететь на Кубу из-за некоей угрозы планетарного масштаба, а всех остальных в том, что встреча эта — событие исключительной важности.
Очередной случай для этого представился в четверг, 15 февраля, во время встречи патриарха Кирилла с королём Иордании Абдаллой II бен аль-Хуссейном. Кажется, что пространная приветственная речь предстоятеля РПЦ предназначалась больше для внутрицерковной аудитории, чем для реальных адресатов.
«Военно-космические силы России вместе с правительственными войсками делали свою работу, и сделали её очень успешно, но другие страны, объединившись в коалицию, как бы делали какую-то свою работу. И сам факт присутствия двух мощных вооружённых группировок, которые не имели общей координации, являлось колоссальным вызовом и колоссальным риском для возникновения крупномасштабных военных действий», — рассказал патриарх о предпосылках Гаванской встречи королю. И объяснил свои мотивы: «Любая ошибка могла привести к прямому столкновению представителей ядерных держав. И когда я почувствовал эту опасность, я предложил папе Франциску незамедлительно встретиться. Хотя никогда за всю историю патриарх Московский не встречался с Римским папой. И нам удалось согласовать очень важные позиции, и в первую очередь мы обратили внимание на ту опасную ситуацию, которая сложилась в Сирии».
Далее предстоятель РПЦ сообщил, что ему удалось-таки достичь взаимопонимания с папой и объяснить ему, что бороться с терроризмом нужно только «всем вместе» и «скоординированно». Примечательно, что для аргументации патриарх отчасти воспользовался риторикой Владимира Путина, который очень любит метафору про каштаны: «Из этого костра нельзя вытаскивать угли в свою пользу. Это очень ошибочный и опасный подход», – подчеркнул он.
Как бы там ни было, для короля Иордании слова патриарха Кирилла вряд ли прозвучали очень убедительно. Слишком уж невероятной и преувеличенной выглядит такая версия роли Русской Православной Церкви в процессе урегулирования сирийского конфликта. К сожалению, почти наверняка можно утверждать, что речь патриарха не переубедит и сторонников теории заговоров и «гаванской унии». И уж тем более те, кто не придаёт ей особого значения (включая, в частности, и сам Папский Престол: папы регулярно встречаются с другими патриархами уже много лет), не поменяют своего мнения. Пока можно лишь констатировать, что патриарх Кирилл занимается самоуспокоением на фоне всё возрастающей волны внутрицерковных проблем и противоречий.
Вы можете поддержать нас любой суммой. Заранее спасибо!
Пожалуйста, подписывайтесь на наш канал. Так вы поддержите его существование!