Диадумен. Неоаттическая копия статуи Поликлета. Мрамор. Афины, Национальный археологический музей
" В более поздние годы Поликлет создаёт бронзовую статую Диадумена, ок. 420 г. до. н.э., облик которого реконструирован по римским копиям. Обнажённый юноша, венчающий себя диадемой, предположительно бог Аполлон - обладает ещё бОльшим импульсом внутренней пластической жизни. Он тоже фронтально развёрнут к зрителю, но опорная нога ещё сильнее подогнута к центру, свободная ещё дальше отставлена, торс энергичнее поворачивается влево - в сторону, противоположную движению ног, и голова ещё сильнее склоняется к опорной ноге. Но здесь вступают в игру и руки: они подняты кверху и в стороны, держа концы диадемы, и этот жест придаёт целому завершённость. Статуя наполнена внутренней музыкой - юноша словно медленно вращается в своём идеальном пространстве, перемещая ноги, меняя позиции, положение плеч. Всё здесь гармонично и совершенно до последнего штриха. Мотив венчания себя самого диадемой, встречавшийся ранее в ряде памятников типа рельефа с Суниона и повторенный Поликлетом в его Киниске (ок. 440 г. до н.э.), заставляет вспомнить другие параллели "самости" в V в. до н.э.: автоэпитафию Эсхила, автопортреты Смикра на вазе, Фидия на щите Афины, самооценки Сократа ("Я знаю, что ничего не знаю"); в нём нашёл отражение новый проповедуемый Демокритом идеал жизни - созерцательная самодостаточность .
Однако по духу Поликлету гораздо ближе Элейская школа. Исполненые в тёмной бронзе его антинатуралистические фигуры с их суммарными плоскостями и строгими очертаниями, с их интелектуальной "симметрией" и музыкальным "ритмом", - это образы чистой пластики, содержанием которой является сама пластика. Их смысл заключается в том метафизическом совершенстве, которым обладает неизменный, несотворенный, беспустотный, абсолютно вещественный - и вместе с тем нематериальный - космос Парменида, Зенона, Мелисса и их последователей. Поликлет остаётся в искусстве Греции уникальным мастером - таким же, как и философ Парменид, - певцом сущего, но постигаемого лишь умом Единого-Бытия.
Космос Фидия, тёплый, человеческий и очень реальный, несмотря на всю его вневременность, противостоит космосу Поликлета - холодному, божественному, несмотря на его осязаемую конкретность. Два великих мастера века Перикла апеллируют к двум разным субстанциям мира - один к материальной, другой к идеальной. Фидий ощущает и чувствует божественную музыку космоса - Поликлет постигает умом его красоту. Между этими двумя полюсами сосредотачивались другие духовные искания скульптуры высокой классики. Фидий и Поликлет олицетворяют её высший смысл - ваятели менее значительные развивают отдельные стороны их концепций, подрывая этот цельный монументализм и растворяя его в мелких камерных образах, занимательных сюжетах, прикладном декоративизме."
Источник: Акимова Л.И. Искусство Древней Греции: Классика. - СПб.: Азбука-классика, 2007. Стр. 230-231.