Художник был увлечен фотографией, которая стала настоящим подспорьем в его работе.
Эдвин Ландсир, известный британский пейзажист и анималист, называл новомодное изобретение — фотоаппарат, — «врагом изобразительных искусств». Однако многие художники увидели в фотокамере не лишь конкурента в запечатлении реальности, но и помощника, способного облегчить их труд. Фотографии служили материалом для изучения анатомии, аранжировки многофигурных композиций, моделирования складок драпировок, они позволяли зафиксировать необычный ракурс, переменчивое освещение, мимический нюанс. Кроме того, снимок можно было на время отложить и в нужный момент к нему вернуться. Иметь дело с натурщиками было гораздо сложней — с ними приходилось договариваться, согласовывая время позирования, и платить им немалые деньги за каждый час.
С середины XIX века в эксперименты с фотографией пустились многие художники. Использовали фото при создании картин Дега и Делакруа, Ван Гог и Гоген, Сезанн, Борисов-Мусатов и другие.
Молодой Альфонс Муха сделал первые кадры взятой напрокат камерой еще до переезда в Париж, в Мюнхене середины 1880-х. В круговорот парижской жизни Муха окунается с 1887 г. — учеба, общение и работа, работа, работа. Вчерашний моравский провинциал не пренебрегает мелкими заказами, охотно берется за иллюстрации для журналов и книг, дает частные уроки живописи, впоследствии вспоминая пять первых лет в Париже как «страшное время трудностей и лишений». В 1892-м приходит первый успех — заказ на оформление многотомного труда «Сцены и эпизоды из истории Германии» Шарля Сейньобоса, — а с ним и относительная финансовая стабильность.
В 1893−96 годах, снимая для работы помещение над кондитерской мадам Шарлотты на улице де ла Гран Шомье, Альфонс заводит знакомства в кругу столичной богемы. Некоторое время он делит эту мастерскую с Полем Гогеном и его юной экзотической подругой-моделью яванкой Аннах. Мухе уже по карману покупка хорошей собственной фотокамеры, способной делать снимки размером 10×15 сантиметров. С этого момента фотография на долгие годы становится спутником мастера.
«Проснулся знаменитым» — именно это и случилось с талантливым чехом. В рождественские дни уходящего 1894 года ему предложили «горящий» заказ на создание афиши для спектакля «Жисмонда» с великолепной Сарой Бернар в главной роли. Новогодним утром Париж был изумлен нестандартно крупным форматом (2×0,7 метра) плаката и его блистательным графическим исполнением. Работа Мухи произвела настоящий фурор. Коллекционеры, охотясь на заветный экземпляр, подкупали расклейщиков, срезали афиши с тумб. Окрыленная Сара, предложив Мухе длительный контракт на разработку афиш театра «Ренессанс», превратилась в его покровительницу и музу. Завистники судачили о романе уже немолодой актрисы и 34-летнего «Мюшá", как называли его французы, однако слухи эти не имели под собой реальных оснований. Божественный облик Сары запечатлен во множестве плакатов, большинство из которых исполнено Мухой по фотографиям.
В 1896-м Альфонс перебрался в студию на улице Валь-де-Грас. О такой мастерской мог бы мечтать любой художник — огромные окна и стеклянный потолок обеспечивали прекрасную освещенность просторному помещению.
Муха приобретает два фотоаппарата (для снимков форматом 9×12 и 13×18 сантиметров) и начинает экспериментировать с новым энтузиазмом, снимая натурщиц в театрализованном антураже, украшая их драпировками и драгоценностями. Интересно, что маэстро предпочитает импровизировать при съемке, работая по вдохновению — что называется, «в стол», на перспективу, а не под определенный проект.
Об Альфонсе Мухе — фотографе уже написано немало книг: его талант фотохудожника сомнению не подлежит!
Старинные фотокамеры требовали продолжительной экспозиции кадра, и порой съемка превращалась в довольно изнурительный процесс как для фотографа, так и для моделей, вынужденных подолгу застывать в неестественных позах. Тем не менее, многие кадры, сделанные Мухой, лишены салонной статичности и поражают своей непосредственностью. Собственноручно проявляя негативы, художник никогда не стремился к увеличению изображений, довольствуясь небольшими контактными отпечатками. На многих снимках мы видим карандашную сетчатую разметку, предназначенную для перевода изображений в крупный формат.
Фотоархив Мухи насчитывает свыше полутора тысяч отпечатков, экспонированных пластин и негативов. Автор педантично каталогизирует снимки моделей, снабжая их приписками практического толка: «Мадемуазель Жизель — очень хороша,блондинка, крепкого телосложения, для меню из Ниццы»; «Мадемуазель Ляуде — худая, невысокая, для пастелей Шампенуа»; «Берта Лавернь — хороша, хороша в обнаженном виде, брюнетка, хороша сзади»; «Мадам де Невер — молодая, стройная, красивое обнаженное тело, маленькая грудь, спина, бедра красивы, ноги тоже». Случалось, художник, стремясь к идеалу, составлял общую композицию из фрагментов нескольких различных фотографий.
А в 1906 году Муха заключил брак со своей соотечественницей Марией Хитиловой, и она на всю жизнь осталась источником его вдохновения. Рыжеволосые чаровницы славянского типа, от простолюдинок до соблазнительных femme fatale в зрелых работах мастера — это все она, родная душа и любимая модель, его красавица Марушка! Прототипами детских образов часто становились наследники художника — дочь Ярослава и сын Иржи. Особенно много Мария и Ярослава позировали для живописного цикла «Славянская эпопея», над которой Муха трудился с 1910 по 1928 годы.
Как знать, получились бы томные дамы столь прекрасными, если бы не фото? Как видим, Альфонс Муха создавал серии фото для того, чтобы потом создавать серии картин.
Автор: Лия Городнянская, artchive.ru