Мы въехали в тюремные ворота на черном "воронке". Из кабины выпрыгнул начальник конвоя и скомандовал:"Выпускай!"Сидевшие за стальной решеткой конвоиры выскочили, вслед за ними стали выпрыгивать мы.
- Быстрей, быстрей!- орал начальник конвоя, затем, бросив под ноги недокуренную сигарету, понес сдавать наши документы. Нас было семнадцать человек заключенных. Мы стояли во дворе и вдыхали холодный воздух. Это был пока еще "воздух воли", скоро у нас не будет. После тесного "воронка" стоять на воздухе было кайфово. Нас посчитали конвоиры. Из привратки вышел главный и приказал нас заводить. Мы вяло потянулись в тамбур. Там сидел майор с повязкой на рукаве, надпись гласила- "Дежурный". Он называл наши фамилии, мы выкрикивали свое имя, отчество, дату и место рождения, статью и срок. По очереди, походя мимо майора, мы по его приказу проходили за дверь, потом еще за одну и оказались в маленьком помещении с ободранными стенками, нацарапанными кличками и матерными словами, в углу была древняя вонючая параша.
Я один был малолеткой среди зеков. Зашел в эту комнату последним и место мне досталось у параши. Те, кто зашли первыми, сидели вприсядку у стен, остальные стояли, так как было тесно и места всем не хватало. Стоял и я. Тихо переговариваясь зеки курили, я-тоже. Стоять было неудобно и я сел, сначала лицом к параше. Но быстро затекли ноги, я встал, параша так и притягивала мои глаза. Я прикинул, что на ней удобно сидеть как на пеньке и присел. Я сидел и думал о том, какое ловкое место досталось мне. Рядом со мной докуривал небритый мужик, он тихо глянул на меня и велел сесть около него. Я слез с параши и присел возле него.
-Срок первый?- глядя на меня, спросил он.
-Да.
-Больше не садись на парашу, плохо это.
Он больше ничего не успел сказать, так как загремел задвижкой дежурный, и велел выходить по пять человек.
Начался шмон. Я был в первой пятерке. Около стены было три стола, возле них надзиратели. Велели раздеваться до гола, прощупали все барахло. Затем, заглянули в рот, в уши, прощупали волосы, оглядели тело, приказав присесть и велев одеться, закрыли меня в соседнем боксе. Следом за мной туда запустили остальных. Так прошел шмон.
Нас вывели на улицу и велели построиться. У меня щемило в груди, вдали за забором светили огни, там была ВОЛЯ. Нас вновь пересчитали и погнали в баню. Там был маленький тамбур с двумя дверьми. В одной распахнулось огромное окошко, туда на стол мы бросали свои вещи на прожарку. Голые шли в следующую дверь, тут нас живо побрили на лысо два здоровых мужика из вольнонаемных, брили древними машинками, которые драли волосню безбожно. Затем, раздав ножницы, велели обстричь ногти на руках и ногах, затем дали машинку и велели стричь лобки. По порядку провели и эту процедуру. Потом зачерпнув воды в гнутый старый таз я стал мыться, как в настоящей бане, потому-что изрядно замерз. После быстрого мытья нас завели туда, где сняли вещи на прожарку. Они лежали кучей на немытом полу. Я с трудом нашел свои. Сразу повели на склад, получать постель. Уже заканчивалась ночь, хотя еще было темно. Нас привели в длинное помещение. Здесь был склад и несколько камер для зеков. Выдали матрац, подушку, простыню, наволочку, одеяло и кружку с ложкой. Мне, как малолетке, дали казенную одежду, забрав вольную. Застиранный старый костюм был мне велик, пришлось закатать рукава и штанины. Ботинки оказались велики размера на три, фуфайка тоже. После того как нас "приодели", повели по камерам.
Во дворе светало...