Далеко не все жители нашей деревни это коренные урмантауцы. Многие переехали по распределению, кто то перебрался когда в поселке был крупный леспромхоз. Есть среди переехавших и бывшие жители города, есть уроженцы Уфы, Оренбурга, Ростова и даже Ленинграда. Люди были разные, разных профессий и жизненных взглядов, но всех их тянули наши леса и горы.
Сегодня мне хочется познакомить вас с замечательным человеком, кандидатом медицинских наук, краеведом проработавшим в поселке сельским врачом - Владимиром Скачиловым. Приведу лишь короткую выдержку из его записок опубликованных уже после смерти. Читая эти воспоминания можно воссоздать для себя полную картину какой была сельская медицина в 50-60 годы XX века:
«Я БЫЛ СВИДЕТЕЛЬ...»
С женой Татьяной Владимировной Романкевич, получив диплом об окончании медицинского института, мы, молодые врачи, отправились в Кармаскалинский район, куда получили назначение в 1947 году. И Татьяну Владимировну, и меня оставляли в институте на кафедрах. Но мы все-таки решили посвятить свою деятельность именно жителям села...
Приехав в Кармаскалы и увидев бывшую земскую больницу на 35 коек, мы были потрясены. Полная разруха! Окна больницы забиты досками, между ними - мякина. В каждой палате печурка, дров - ни полена. Территория больницы проходная, по ней бродит скотина. При больнице подсобное хозяйство из трех коров. И «транспорт» - два быка и к ним - и смех и грех! - рессорный тарантас. Ни лошади, ни машины...
Приходилось оказывать экстренную помощь больным... пешком. А если учесть, что я ходил в то время на костылях и грязь в селе была непролазной, то можно представить, что это была за «скорая помощь».
Где-то в конце октября (а осень была ранняя, уже ударили морозы) нам сообщили, что в больницу приезжает представитель ЦК партии. Конечно, начальство перепугалось. Вызвали завхоза, приказали, чтоб в больнице было натоплено. А чем топить? Заведующая райздравотделом, зубной врач из Москвы Тамара Георгиевна Забегалова и главный врач больницы Ирина Ивановна Васильева срочно уехали в Уфу. И остался я один. И вот подъезжает к больнице целый эскорт машин. Выходит из одной первый секретарь обкома партии Вагапов в сопровождении секретаря Кармаскалинского райкома Умикамал Бахтиганеевны Зайнетдиновой (это очень властный, умный, но чересчур жесткий человек) и Габбаса Габдрафиковича Рафикова (крупный, высокий, с неприятным рябым лицом, обаятельно преображавшимся в улыбке). За ними целый хвост представителей. Ко мне забегают: «Владимир Анатольевич! Комиссия! Беги! Встречай!» А я в это время накладываю повторный пневмоторакс тяжелой туберкулезной больной. Сижу в пальто, поверх белый халат, передо мной полураздетая молодая женщина. Напряжение страшное. Я крикнул: «Уходите!» И тут заходит комиссия. У всех - пар изо рта. Подходят ко мне, задают вопросы, я не обращаю внимания. Наконец процедура закончена, я могу отвечать на вопросы.
- Вы давно здесь?
- Только начинаю.
- Ну, давайте пройдем по больнице.
В это время из палаты выбегает босая девочка (инфекционная больная), пьет чай из тарелки...
- А это что такое?
Я объясняю. Заходим в палаты - темно, холодно, полуобвалившийся потолок, разбитые окна...
- А как же вы кормите больных?
- Посылаю быков за тридцать километров, привозим сырую осину. Марьям-апа хлещет ее топором. На этом готовим. Даже хлеб печем.
И тогда представитель ЦК говорит, обращаясь к сопровождающим:
- Слушайте, товарищи, я только что прибыл из местности, где были немцы, и таких безобразий не видел... Молодой человек, что же вы не уедете отсюда?
- Как же я уеду! Кто-то ведь должен здесь работать.
И тогда он говорит:
- Сколько вам нужно дров?
- Не меньше трехсот кубометров.
- Вот вам телефон. Через три дня позвоните, сообщите, сколько дров вам завезли...
Через три дня меня вызывают в райком партии к первому секретарю и спрашивают:
- Сколько тебе привезли дров?
- Шесть кубометров.
- Так вот, звони и сообщи, что все триста привезли.
- Да как же я могу! Это же представитель ЦК!
- Звони!!!
Ну, я позвонил, поблагодарил за помощь...