В одной из своих работ классик марксизма-ленинизма заметил, что нет ничего более практичного, чем хорошая теория. Практичность заключается в том, что позволяет принимать единственно правильные и конкретные решения в сложившейся ситуации.
Рассмотрим конкретный пример. Можно сказать, исключительно конкретный и предельно актуальный. Нетрудно догадаться, что речь пойдет о криптовалюты и ее добыче - «майнинге». Ажиотаж, несмотря на предсказуемое падение курса искусственной валюты, несколько поутих (или пресса отработала фактор сенсационности?), но далеко не исчез совсем. Более того распространился и углубился. Во всяком случае, если считать по численности искателей обогащения - армия майнеров постоянно растет. И кому-то из них действительно удается получить прибыль. Этот факт поставил перед финорганами реальную (конкретную) задачу: раз есть доход, значит должен быть налог.
Так-то оно так. Но как отследить майнера, если он закрылся в своей квартире и обустроил «шахту» за дверью, сквозь которую можно проникнуть только на очень веских основаниях, определенных законом. Да если и проникнешь, то там все «такое виртуальное», что доказать что-нибудь «налоговозначимое» будет практически невозможно.
Но дело в том, что крипто-добыча - занятие крайне энергоемкое. То есть майнер непременно выдаст себя ускоренными оборотами электросчетчика, что отразится на конечных счетах. Налоговики приободрились. А вот крипто-лоббисты призадумались. Но ненадолго. И пошли в атаку – мол, они находятся на острие прогресса, продвигают в массы прогрессивные методы хозяйствования, и поэтому должны быть, если не освобождены от налогов, то совершенно определенно получать электроэнергию в рамках квот по «спецтарифам», естественно, сниженным.
Вроде бы позиция убедительная и противопоставить ей нечего. Но только если не призвать на помощь экономтеорию. Эта отрасль знаний однозначно отвечает на вопрос : кого и когда освобождают от налогов, предоставляют налоговые льготы или вводят послабления на время так называемых «налоговых каникул»? Тех, кто действительно способствует развитию страны, привнесению передовых технологий, строительству заводов и фабрик, расширению рабочих мест, освоению отсталых территорий. С этой же меркой можно подходить и к отраслям, дающим неосязаемый продукт: науке с ее решениями, финансовой сфере, осуществляющей расчеты и платежи, без которых пока не может работать хозяйственный механизм, банкам, аккумулирующим временно свободные средства и направляющим их в экономику. Сомнительно, чтобы добыча критовалют подпадала под эти критерии.
Даже с куплей-продажей ценных бумаг майнинг и торговлю криптовалютами сравнить некорректно. Акции и облигации промышленных предприятий, которыми торгуют на бирже, представляют конкретные хозяйственные единицы. Это так называемый «титул собственности», за которым стоят реальные компании со всеми их станками. Компьютерами и зданиями. Акты купли-продажи этих бумаг позволяют осуществить переход собственности (реальной собственности!), привлечь дополнительный капитал с рынка для развития предприятия, осуществить оперативный перелив капитала из бесперспективной отрасли в передовую. А многочисленные сделки, которые находятся на поверхности работы биржи, как раз и обеспечивают возможность реализации этих столь необходимых для экономических агентов и всего хозяйства функций.
Торговля же криптовалютами для экономки страны никакой пользы не приносит. А потому даже вопрос о каких-либо преференциях ставить неуместно.
Такого же мнения придерживается и Минэнерго, высказавшееся о предложениях по «налоговым каникулам» и спецтарифам для майнеров, в том смысле, что предоставляя льготы, надо понимать, что процедуры и мероприятия должны быть «экономически целесообразны». Вполне исчерпывающая реакция. Особенно , если уточнить, что «целесообразно» не для отдельного «добытчика», а для страны в целом.
Михаил Беляев, руководитель аналитического центра «Fundery», ведущий аналитик Агентства СЗК