Много было сказано про тех, кто купил права, потом залез в огромный автокредит, а теперь побирается по друзьям и коллегам: на бензин ещё хватает, а вот на свой гараж и парковку, равно как и на мозг, уже не остаётся.
Логика вроде простая: я покупаю громоздкую вещь — значит, у меня в квартире есть место, где я её поставлю, если места нет — вещь я не покупаю. Можно, конечно, поставить в подъезде, чтоб соседям не пройти, но ведь это настоящее свинство, так и пожарная инспекция скажет, и скорая, и мамы с колясками, и пенсионеры, правда ведь, парковщики от бога? Но если я такая свинья, что занимаю общедомовую территорию, я должен понимать, что с моей громоздкой вещью может произойти что угодно, хоть всю её камерами и сигнализацией обвесь.
Но нет, не всем это доступно. Целый месяц некий упорный гражданин вешал в лифте матерное послание на листе А4 о том, какие содомистские казни ждут того, кто регулярно закидывает яйцами его машину. Под посланием регулярно появлялся нецензурный чат с проклятьями дворовому парковщику, потом лист срывался. Но упорный гражданин вешал новое послание, видимо, купил копир. Сначала на скотч, потом на суперклей, в итоге весь лифт в ошмётках нецензурной бумажки. Спасибо, очень красиво. На Новый год я повесил там большой календарь с пожеланиями чистоты и хороших соседей. Пока висит.
Но на этой неделе логика упорных граждан окончательно задолбала. Всю неделю утром минус 35−40, для Сибири это норма. И теперь упорные граждане всю ночь не спят, они греют машины. Коллега так и объяснил нулевую работоспособность. Но это ладно, это даже забавно, хотите не спать всю ночь — ваши проблемы. А вот то, что влезть в обычно полупустую маршрутку стало практически невозможно, — это уже новое проявление свинства. Бросил машину во дворе на радость соседям, не смог на ней утром поехать — вызывай такси, раз не хватило мозгов понять, что в Сибири зимой без гаража или закрытой парковки жить сложно.
Рано или поздно потеплеет, количество людей в общественном транспорте нормализуется, а вот количество упорных нищебродов останется максимально высоким, и это очень грустно.