Лента «Гоголь. Начало» не является в строгом смысле слова фильмом. Это часть сериала, который решено было выпустить в кинопрокат. Многие зрители, не зная этой маленькой детали, были разочарованы окончанием фильма в середине повествования. Для российского проката это первый эксперимент подобного рода.
Копировать надо с умом
Одно из основных правил кинематографа – в первых кадрах авторы картины рассказывают обо всём содержании фильма, показывают основную проблематику ленты. Первое, что показывают зрителям авторы «Гоголя», это трёх грязных, как в моральном, так и в физическом плане, разбойников и голое женское тело. Так что если это правило применить к фильму «Гоголь», то становится понятным, что зрителя ждёт насилие, грязь, аморальные персонажи, голые женщины и помесь дементора с всадником без головы.
Фильм также наполнен плагиатом: киноделы пытались передать атмосферу «Сонной лощины». В сцене с поездкой сюжетные ходы, приёмы монтажа, даже фоновая музыка были перенесены из сериала «Шерлок», в сценах явления всадника фильм копирует «Гарри Поттера».
Также у кино нет сюжетной целостности, поэтому смотреть его тяжело – теряется нить повествования, зрителю непонятно что происходит в фильме и зачем. Обидно, что «Вечера на хуторе близ Диканьки» читать страшнее, чем книги Стивена Кинга. И непонятно, зачем авторы фильма предпочли копировать западные детективы и фильмы ужасов, вместо грамотной, последовательной экранизации произведения Гоголя.
Николай Васильевич меняет профессию
В фильме очень много обнажённой натуры не к месту. Картина не вписывается в собственные исторические реалии, диалоги написаны без оглядки на эпоху и личность самого Гоголя.
Главный герой с первого своего появления на экране неузнаваем для зрителя – Николай Васильевич в фильме обладает экстрасенсорными способностями и страдает загадочными припадками.
Действительно, до сих пор некоторые историки полагают, что Гоголь страдал обмороками, однако документального подтверждения этому нет. Авторы взяли за основу сюжета слух и не раскрыли персонажа как писателя и человека, а включили фантазию и полностью видоизменили личность русского классика.
В первой части Гоголь предстает как эдакий Уилл Грэм («Красный Дракон»), при помощи своих способностей раскрывающий криминальные дела. Но если для Уилла способность воспроизвести способ мышления преступника – это только первый шаг на пути к разгадке, то Гоголю ответ приходит на тарелочке с голубой каёмочкой, имя убийцы является после очередного припадка.
Ни ума, ни логического мышления, ни таланта у главного героя нет. Это растерянный, не способный за себя постоять психически нестабильный человек.
Вечера на хуторе близ здравого смысла
Диканька из «Гоголя» мало похожа на украинский хутор XIX века. Национальный колорит не отражён ни в декорациях, ни в языке, ни в особенностях характеров персонажей. Костюмы героям попытались сделать аутентичными, но преуспели в этом мало.
Поведение персонажей второго плана тоже не поддаётся логике: однорукая ведьма, как ни в чём не бывало продолжает работать в шинке, жители Диканьки, несмотря на массовые убийства, продолжают гулять по лесу ночью.
Зачем введена любовная линия непонятно, она никак не влияет на сюжет и создаётся впечатление, что сделали её для того, чтобы чаще показывать обнажёнку в кошмарах Гоголя.
Недоработанный сценарий, отсутствие вменяемых диалогов, непрописанные персонажи, оборванное в середине повествование – вот то, что предлагает зрителю детектив с элементами мистики и комедии.
Неутешительные выводы
Если рассматривать «Гоголь. Начало» в формате телесериала, то вышеуказанные претензии не обоснованы, ведь зрителю ответят на все волнующие его вопросы в следующих сериях. Однако это не отменяет изощрённого издевательства над произведениями Гоголя и безалаберного копирования иностранных сериалов.
При этом кассовые сборы составили около 8 млн. долларов, фильм получил положительную оценку критиков, награждён премией за выдающийся кинематографический уровень и получил награду как лучший зарубежный пилот телевизионного сериала.
Хочется верить, что это первый и последний кинематографический блин, и нас не ждёт переосмысление Пушкина, Лермонтова и Достоевского в мистико-юмористических фильмах.