И это региональный турнир.
13-14 января Иркутск принял чемпионат и первенство Сибирского федерального округа (СФО) по легкой атлетике – и сейчас это точно самые резонансные соревнования России.
После приезда допинг-офицеров (РУСАДА) со стартов снялись 36 спортсменов: и взрослые, и юниоры, и даже люди из категории до 18 лет. Кто-то сослался на болезнь, кто-то просто не явился на старт.
• То же самое было в декабре в Кемерово – там проходили Всероссийские соревнования по легкоатлетическим многоборьям. Спортсмены за несколько дней до начала вычитали в интернете: приедет допинг-контроль. От спортсменов это узнали уже тренеры – допинг-контроль действительно был, и люди тоже снимались со стартов.
• В Иркутске о приезде допинг-офицеров узнали поздно – когда соревнования уже начались. Вообще, никто никогда не объявляет специально: на наших соревнованиях будет контроль – значит, в Иркутске опять кто-то это выяснил и слил.
• Пожалуй, главное видео соревнований в Иркутске – финал юниорок (до 20 лет) на дистанции 60 метров. Обе дорожки рядом с победительницей Полиной Миллер не заняты, но диктор зачитывает фамилии участниц.
• В конце первого дня главный судья соревнований Василий Шкурбицкий собрал тренеров и сообщил, что из Москвы звонила Елена Орлова – Начальник отдела спортивных программ Всероссийской федерации легкой атлетики, главная по судейству в России. И Орлова задала вопрос: почему люди снимаются?
• Москва потребовала от Иркутска протоколы соревнований и справки от тех, кто не вышел на старт. Причем посыл был с угрозой: кто исчез – тот полетит в Москву за свой счет проходить допинг-контроль. В открытую Шкурбицкий не сказал о приезде допинг-офицеров, но после собрания среди тренеров пошел такой слух.
• Допинг-офицеры приезжают на любые соревнования – даже на такие локальные – со списком фамилий. У них всегда конкретное задание: например, взять пробы победителей, или призеров, плюс еще несколько человек. Как правило, дети им не особенно интересны.
• Если спортсмен снимается со старта, то может предоставить справку о болезни/травме. Но может и просто не явиться без объяснения причин. В Иркутске были и такие, и такие: 13 человек предоставили справки о болезни, 23 не явились. С турнира снялось 11 взрослых, 4 спортсмена до 23 лет, 14 юниоров до 20 лет, 7 девушек до 18 лет.
• Справки о болезни принесли Наталья Аристархова и Иван Тухтачев, представлявшие Россию на крупных международных турнирах. Аристархова выступала на ЧМ-2015 на дистанции 3000 метров с препятствиями. Тухтачев бежал 800 метров на Олимпиаде-2012.
• Формально в Иркутске никто не пойман, но в антидопинге свои правила: если спортсмен, указав местонахождение, не явился на контроль – это тоже нарушение, за которое возможны санкции. Но если легенда убедительная, то, наверное, пронесет.
• Всего в Иркутске взяли 6 проб. Сколько планировали – неизвестно.
• Василий Шкурбицкий, он же старший тренер сборной Приангарья, в интервью ИА IrkutskMedia – о массовом снятии спортсменов: «Кто говорит, что это массовое снятие с соревнований? Люди, которые завистники, об этом пишут. Ну, не приехал ребенок на состязания, родители не отпустили. Просто кому-то надо выкрутиться, показать американцам, что у нас опять то же самое происходит».
• У босса российской легкой атлетики Дмитрия Шляхтина другая версия: «Утверждать, что для нас все произошедшее стало неожиданностью, было бы неправильно. Наоборот, мы сами шли к этому, готовили эту ситуацию, так как понимаем, что внизу у нас очень много проблем» (из интервью ТАСС).