Эдриан Тоус (настоящее имя музыканта) известен нам как первопроходец трип-хопа и главный предводитель «бристольского вторжения», навсегда изменившего альтернативную музыку. Когда-то работая в качестве приглашенного артиста с другими трип-хоп-легендами Massive Attack, Эдриан при помощи своей девушки, британской певицы Мартины Топли-Берд, записал сольный альбом Maxinquaye в 1995 году, и он считается образцом жанра.
Tricky называют одним из самых неоднозначных и самых многогранных артистов в жанре трип-хопа и хип-хопа (хотя сам музыкант категорически против ограничения своего творчества какими бы то ни было жанровыми клише). Tricky выпустил 13 студийных альбомов и поработал в качестве приглашенного музыканта и продюсера с большим количеством артистов, среди которых Бьорк, PJ Harvey, Wu-Tang Clan, Деймон Албарн, Garbage, RZA, Элвис Костелло, Йоко Оно и даже Скриптонит. И Тоус не собирается останавливаться на достигнутом.
Все эти разговоры о новом жанре трип-хоп — дерьмо собачье! Что за трип-хоп? Уж если я его изобрел, то почему бы не назвать его «трики-хоп»? И если я, Tricky, это «Его Величество Трип-хоп», то к черту это, я хотел бы сменить свое имя. Хотел бы я знать, что за придурок придумал этот титул… Моя основа — хип-хоп, так называемый «weird hip-hop», который довольно далек от того, что называют мейнстримом. Но вообще я против всех этих ограничений. Я видел свое имя не только в хип-хоповых чартах, но и роковых, блюзовых, танцевальных, джазовых.
Я даю своей музыке говорить за себя и поэтому не боюсь носить платье на сцене.
Я делаю то, что мне нравится, и не собираюсь себя причислять к чему-то и не хочу, чтобы меня причисляли. Если радио или MTV захотят прокрутить мою музыку — пожалуйста! Но если ради этого надо будет изменить ее — к черту! Я не хочу зависеть от радио или MTV. Я просто хочу создавать энергию, музыкальную энергию.
Откуда появились все эти группы? Я и не думал, что люди станут просто тупо копировать Maxinquaye. Это ведь просто звуки, шумы. Это тогда, еще до его выхода, было свежо, но не теперь. Теперь это музыка чартов. Maxinquaye стал поп-альбомом. Сумасшествие, правда? Вот именно поэтому я и должен двигаться дальше.
Музыкально, думаю, я как никто другой приблизился к панку. Не в плане громких и резких гитар, а в плане энергии и позиции, что я просто могу сказать или сделать то, что я, вашу мать, хочу делать и говорить.
Люди говорят, что я плодовитый. Все это на самом деле из-за того, что я не могу долго концентрироваться на чем-то одном. Ведь создание музыки — это вдохновение. Если оно есть, я готов делать все сразу, а если нет, то я неделями могу лежать на диване и курить, пока в голову не придет что-то, из чего может что-нибудь получиться.
Если бы я сделал еще один такой альбом [похожий на Maxinquaye], то он сделал бы меня еще в 10 раз популярнее. Я стал бы важным, имел бы горы денег… Но я не пошел по этой дорожке, так как это было бы слишком предсказуемо, люди ждали этого от меня. А я не хочу быть подконтрольным.
После успешного дебюта я потерял цель. Казалось, она уже достигнута. Но в случае Pre-Millenium Tension я и не рассчитывал на успех. Я делал альбом больше для себя. И я не считаю это музыкой, которую можно слушать за обедом.
Я должен помнить каждый день о том, насколько мне повезло. Ведь там, откуда я родом, в Бристоле, у людей вообще практически нет шансов пробиться. Мне просто очень повезло.
В техническом отношении я совершенно безыскусен, а в эмоциональном — испорчен.
Текст: Борис Резницкий
Оригинал статьи на Роккульте