В землях людей Ледяных гор (Тиерия)

Автор: Анастасия Морозова

Предыдущие главы романа "Тиерия": Глава 1, Глава 2 , Глава 3, Глава 4, Глава 5, Глава 6, Глава 7, Глава 8, Глава 9, Глава 10, Глава 11, Глава 12

Глава 13. В землях людей Ледяных гор.

Я, Рокату, Пит, Сула, Тэрла, Кил и Ластр стояли посреди пещеры, в которую несколько дней назад нас принёс Юстин со своими людьми. На Ластре и Киле уже не было блокирующих магию браслетов. Нам нужно было попасть на вершину горы. Юстин и ещё шесть представителей его народа согласились нам помочь и перенести нас через магический портал сразу в земли людей Ледяных гор. Мы понимали, что наверху нас может ждать ловушка, поэтому договорились, когда орлии будут подлетать к месту назначения, Сула, Пит и Ластр тут же создадут магический купол, чтобы защититься от неожиданностей со стороны Херокса. Даже если он и нападёт на нас, то сразу пробить нашу защиту ему не удастся, а орлиям нужно буквально несколько минут, чтобы создать портал. Когда мы вылетели наружу и почувствовали холодное дуновение горного ветра, то сразу стали смотреть, нет ли где опасности. Но всё было тихо и спокойно. Ничего не напоминало о нахождении в этих местах живых существ. Словно после нас здесь и не было никого. Странно, неужели Херокс отказался от своей идеи, во что бы то ни стало взять меня в плен и сделать своей женой. В это верилось с трудом. Поэтому на сердце сразу стало как-то неспокойно. Но переживать времени не было. Поэтому мы попросили Юстина перенести нас сразу к людям Ледяных гор. Юстин, приняв облик человека, прошептал какие-то слова на непонятном языке, вызвал портал, который больше напоминал дырку в облаке, и предложил нам войти в этот проход. Сам принц орлиев со своим народом остался на вершине горы. Ему было нечего делать в чужих землях. Мы по очереди шагнули в портал и очутились в месте, о котором я никогда не слышала и даже не представляла, что где-то может быть подобное зрелище.

Мы стояли в заснеженных горах, и было ощущение, что нет сильной разницы, между горой, в которой располагались земли орлиев, и горами, на вершинах которых мы оказались, если бы не одно но: перед нами, прямо посреди гор, раскинулся белоснежный подвесной город. Да, именно, подвесной. Вершин гор было очень много, и все они были связаны ледяными серебристыми мостами. То тут, то там можно было увидеть, что мосты держат красивые резные дома изо льда. Дома словно парили в воздухе. Но если присмотреться, то было видно, что жилища и мосты были единым целым. Ледяные дорожки были разными, узкими и широкими, в виде прекрасных мостов с перилами и обычных узеньких переходов, ведущих в разные части Ледяного города. В некоторых местах можно было увидеть большие ровные площадки изо льда, где были фонари, какие-то хозяйственные строения, открытые беседки, лавочки. В общем, всё, что можно увидеть в любом другом обычном городе. Но этот город был особенным. Он с первых секунд завораживал. Он совершенно не был похож на круглый тёмный город фируанцев, на яркий, режущий глаз город орлиев, на шумный и пёстрый город гурнов. Этот город был не просто другим, он манил, заключал в себе какую-то тайну, которую хотелось разгадать. Особенно привлекал внимание огромный ледяной дворец, который находился в самом центре скопления мостиков и проходов. Он был удивительно красивым и совершенно прозрачным. Можно было даже рассмотреть интерьер отдельных комнат.

К сожалению, долго любоваться городом нам не пришлось. Сразу бросилось в глаза, что в городе нет ни единого жителя. Дома и улицы были пустыми. Повернув голову в сторону, сразу стало понятно, куда все исчезли. Вдалеке виднелось светлое пятно. Сначала мне показалось, что это просто сугробы снега, но присмотревшись, я поняла, что это жители города собрались все в одном месте. Люди Ледяных гор были очень высокими, не ниже трёх метров, с очень длинными руками и ногами. Все без исключения люди необычного народа были очень худыми и с длинными шеями. А вот голова была небольшой. На узком бледном лице выделялись большие голубые глаза. Волосы у всех были распущенными, очень длинными, почти до колен, и абсолютно белого цвета. На людях была одета одинаковая одежда: длинный белый свободный балахон с серебряным орнаментом у воротника и подола. Неудивительно, что я вначале не заметила всех этих людей, они так сливались со снегом, что их очень трудно было рассмотреть издалека. Среди всех этих людей выделялся один, очень высокий, не меньше четырёх метров. Волосы его были необычного голубоватого оттенка. Глаза огромные, на пол лица. А на голове сияла корона, которая переливалась всеми цветами радуги. Это был Доуль – король людей Ледяных гор и третий волшебный источник Тиерии, поддерживающий на планете магическое равновесие. Увидев, что все жители ледяного города во главе со своим королём вышли за пределы своих земель, Хранители очень удивились. Рок, ничего не говоря, взял меня за руку и повёл прямо к королю. Пит, Сула, Тэрла, Кил и Ластр пошли за нами. Увидев идущую к нему процессию, Доуль поспешил к нам навстречу.

– Хранители, вы пришли слишком поздно! – пророкотал низким глухим голосом король людей Ледяных гор. – В наши земли пришла большая беда! Пойдёмте, я покажу вам! – сказал Доуль и, не дав возможности ответить, повёл нас за собой.

Мы поднялись почти к самому обрыву и посмотрели вниз. У подножия горы стояло войско, ему не было ни конца, ни края. Я никогда в жизни не видела такого количества разных тварей, волшебников, красноглазых телепаток. Во главе войска, немного впереди остальных, стояла фигура в чёрном плаще. Это был Херокс. Рядом с ним стояла Катара, рогатая предводительница красноглазых телепаток. Всё войско Херокса окружал прозрачный магический щит.

Доуль, показав рукой на противника, сказал:

– Я не знаю, как они прошли в наши земли. Люди Ледяных гор обладают сильной магией. Мы можем управлять снегом и льдом. И это не просто магия воды. На снег и лёд наших земель не действует ни один вид магии. Огонь тухнет раньше, чем долетает до наших земель, вода сливается с нашей магией и полностью ей подчиняется, воздух наталкивается на непреодолимую холодную стену и разбивается об неё, не нанося никакого вреда, земле не место в наших горах, эта стихия сразу теряет свои свойства. Ни одно животное не подойдёт близко к нашему городу, потому что будет испытывать непреодолимый страх. Горы давят и заставляют их уйти. Магические щиты теряют свою силу и не могут защитить даже своих владельцев, не говоря уже о других существах Тиерии. Зауры теряют свою скорость и ловкость, зурусы промахиваются и не возвращаются к своим владельцам. Ни один телепат не может воздействовать на наше сознание. Мой народ почти неуязвим, во всяком случае, так я думал до недавнего времени. Однако несколько дней назад в моих землях появилось целое войско, которое с лёгкостью прошло до самого подножия нашей главной горы. Там находится проход в город. Самое страшное проклятие Богов вот-вот исполнится. Во главе приведённого войска стоит волшебник, на которого не действует наша магия, а его войско защищает магический купол невероятной силы, почему-то наши атаки не проходят сквозь него. Единственное, что действует на них, это моя магия. Мои ледяные атаки не дают им пройти дальше, но большого вреда не наносят. Как только я израсходую свои силы, эти твари нападут, и мы не сможем отстоять свои земли.

– Доуль, мы привели к тебе волшебницу, Меланию. Она сможет остановить волшебника, о котором ты говоришь, – сказал Рокату. – Его зовут Херокс, и мы с ним уже встречались. Если ты отведёшь нас в своё хранилище, отдашь нам ключ от входа в пещеру Гелеру и снимешь ограничения, которые не позволяют народам Дарунских гор покидать свои земли, то народ орлиев перенесёт нас в Варнабисс, где Мелания пройдёт испытание, получит силу, способную победить Херокса, и вернётся сюда. Если ты сможешь продержаться ещё хотя бы сутки, то у нас есть шанс победить.

– Я бы с удовольствием проводил вас во дворец и отдал ключ, но не могу. Армию этих монстров сдерживает только моя магия льда. Стоит мне на несколько минут уйти и ослабить магическую атаку, как армия этого Херокса нападёт. Их слишком много, поэтому моему народу не удастся выстоять против них даже несколько часов, не говоря уже о сутках, которые вы просите.

После слов Доуля я внимательно посмотрела на войско Херокса и увидела, что действительно, периодически на магический щит откуда-то сверху падают маленькие льдинки, светящиеся радужным светом. Как только они попадали на купол, Херокс и красноглазые телепатки начинали что-то шептать. Удерживать защиту после атаки Доуля было тяжело даже такому сильному магу как Херокс, одному ему явно было не справиться. Похоже, только эти атаки удерживали монстров от нападения.

– Доуль, предлагаю попробовать, иначе погибнем все. Ты не сможешь вечно атаковать. А так у нас будет хоть небольшой, но шанс, – ещё раз Рокату попытался убедить короля Людей льда отдать нам ключ.

– Нет, Рокату, даже не проси. Это самоубийство. У меня есть другое предложение. Я знаю, насколько велика сила Хранителей, да и ваша волшебница, как я смотрю, тоже обладает сильным даром. Поэтому, если вы попробуете вместо меня хотя бы несколько часов сдерживать атаку врага, то я вернусь в город за ключом и принесу его сюда. Заодно я отдохну и восстановлю силы. Как только я вернусь, то снова какое-то время смогу атаковать защитный купол врага, а вы отправитесь в столицу Тиерии, чтобы ваша волшебница прошла испытание. Так у нас будет больше шансов.

Хранители переглянулись, явно оценивая свои шансы выстоять какое-то время против целой армии, ведь противник был слишком силён, и если мы не сможем хоть на какое-то время задержать Херокса, то погибнем все. Но выбора у нас не было, Доуль был непреклонен. Он не собирался оставлять свой народ на произвол судьбы. Поэтому возможности отказаться не было. И уже не важно, чем всё закончится. Это была решающая битва. И победить в ней могла лишь одна сторона.

– Хорошо, Доуль, мы попытаемся не дать врагу прорваться вглубь твоих земель! Но только и ты поторопись! Долго выстоять против такого сильного соперника нам не удастся, – сказал Рокату.

– Спасибо, Хранитель! – ответил король людей Ледяных гор и совершив последнюю атаку на защитный купол врага растворился в воздухе и в виде небольшого белого облачка полетел в свой дворец, где хранился ключ от входа в пещеру Гелеру.

Мы стояли на вершине горы и смотрели вниз на огромное тёмное пятно. Это было войско Херокса. Мне было очень обидно, что среди различных тварей и красноглазых телепаток, пришедших из Руворского леса, можно было выделить группу волшебников и волшебниц. Они стояли недалеко от Херокса, и на руках у них не было блокирующих браслетов. К сожалению, многие защитники Варнабисса решили предать свой народ и добровольно согласились служить моему названному братцу.

Смотреть на многочисленного врага, подступившего к самому сердцу земель людей Ледяных гор, было очень страшно. Не верилось, что силами семерых волшебников можно задержать это полчище чудовищ даже на несколько минут, не говоря уже о нескольких часах, которые мы обещали Доулю. Времени не было, буквально через пятнадцать-двадцать минут магические льдинки, которыми король людей Ледяных гор атаковал защитный купол врага, прекратят наносить урон, и тогда всё огромное войско Херокса ринется в бой. За это время нам нужно было составить план обороны. Настроение у всех было ужасное. Мы прекрасно понимали, что продержаться до прихода Доуля практически невозможно. Хорошо хоть король людей Ледяных гор снял с нас ограничения по блокировке магии на его землях, иначе от нас не было бы никакой пользы. Посмотрев на своих спутников, я отметила особенно мрачное выражение лица Кила. Мы с папой, как только Пит пришёл в себя, рассказали Килу о смерти Марны. Сначала мне показалось, что брат достаточно спокойно отнёсся к этой новости. Он не плакал, не кричал, не обвинял нас с папой, что сразу не рассказали всю правду. Кил спокойно, сдержанно кивнул и ушёл в сад, где весь вечер пробыл один, гуляя по аллее. Зато сегодня он с самого утра ни с кем не разговаривал и был мрачнее тучи. Но на страдания и переживания времени не было, поэтому мы быстро определились с дальнейшими действиями. Рок и Сула понимали, что Пит ещё не до конца восстановился, поэтому было решено, что он не пойдёт на передовую, а останется рядом с людьми Доуля, прикрывая их магическим щитом. Когда Херокс поймёт, что его щит больше не атакует король людей Ледяных гор, то тут же отправит своих монстров в бой, но для этого им придётся выйти из-под защиты, и тогда народ Доуля сможет их атаковать магией снега и льда, а купол Пита на какое-то время сможет удерживать чудовищ, не дав им сразу добраться до жителей этих земель. Прекрасно понимая, что Херокс не станет сидеть сложа руки и смотреть как будут уничтожать его войско, было решено, что Рок, Тэрла и Кил под защитой Сулы попробуют прорваться к красноглазым телепаткам и уничтожить как можно больше приспешниц Катары. Херокс не сможет игнорировать эту атаку, потому что именно воительницы Катары поддерживали своей энергией щит, который не смог пробить даже Доуль. Не будет телепаток, не будет и защиты. Поэтому Херокс вынужден будет всё своё внимание переключить на спасение красноглазых воительниц, а не на своих монстров.

Что касается меня, то Рок настаивал, чтобы я вообще не участвовала в битве и находилась рядом с людьми Ледяных гор под защитой Пита и Ластра. Но я была категорически против. Зная силу Херокса, я не была уверена, что затея Рока удастся. Херокс не даст напасть на телепаток, и чтобы не терять времени он приложит все силы, дабы уничтожить Хранителей и Кила побыстрей. Единственно, кто мог по-настоящему отвлечь Херокса, это была я. Поэтому я предложила достаточно рискованный, но зато очень действенный план, во всяком случае, по моему мнению. Когда люди Ледяных гор будут атаковать монстров, а Рок, Сула, Тэрла и Кил станут пробиваться к телепаткам, я под защитой Ластра должна с другой стороны попытаться прорваться к волшебникам, перешедшим на сторону Херокса. Оказавшись в окружении врага и представляя прекрасную мишень, мне не верилось, что Херокс сможет проигнорировать такой момент. Он попытается пленить меня и отвлечётся от Хранителей. Захватить меня Херокс попытается самостоятельно, это вопрос принципа, поэтому у Рока, Сулы, Тэрлы и Кила будет возможность снять защитный купол противника. Я же, как только ситуация станет критичной, воспользуюсь веточкой Стража Леса, которую пыталась выпросить у Кила, и под защитой зелёных лиан спокойно смогу уйти от Херокса. Этот гениальный план я озвучила своим друзьям. Но почему-то он ни у кого не вызвал восхищения. Даже Кил, который всегда был за любой кипишь, кроме голодовки, смотрел на меня как на умалишённую. А Рок и вовсе не сдерживался в выражениях.

– Мэл, ты совсем сдурела!? То, что ты предлагаешь, это не план, а самоубийство! Тебя сразу же схватят, даже и глазом моргнуть не успеешь.

– Но почему? – не понимала я. Мне казалось, что я всё продумала и не видела в своём плане никаких слабых мест.

– Во-первых, щит Ластра не такой сильный, как у Сулы, и его быстро пробьют, поэтому если ты и отвлечёшь Херокса на себя, то только на каких-нибудь пару минут, которые нам ничего не дадут, а тебя просто схватят. Во-вторых, веточка Зорхарда тебе не поможет, если ты внимательно слушала Доуля, то должна была усвоить, что магия земли здесь не действует. Поэтому пользоваться придётся только магией воды, воздуха и огня. И в-третьих, ты должна понимать, что мы не можем рисковать твоей жизнью и здоровьем, от тебя зависит судьба Тиерии, и если с тобой что-нибудь случится, то дальнейшая борьба с Хероксом будет бесполезной. Поэтому ты никуда не пойдёшь, а будешь спокойно сидеть за спинами людей Ледяных гор, под защитой Пита и Ластра, – произнёс Рокату, в его голосе звучали стальные нотки.

– Но, Рок, – попыталась возразить я, – если нельзя воспользоваться помощью Стража Леса, то Тэрла вполне может превратиться в нивера и перенести меня в безопасное место, если мне действительно будет угрожать опасность. Да и щит папы не так-то просто пробить. Если помнишь, когда мы с тобой познакомились, мы с папой почти час отбивались от чудовищ Херокса, и магический щит выдержал.

Но Рокату не дал мне продолжить.

– Мэл, здесь нечего обсуждать! Ты остаёшься здесь! Тэрле некогда будет следить за тобой во время битвы, самим бы уцелеть! А щит Ластра может выдержать атаку чудовищ, но не атаку волшебников, усиленную магией телепаток. Мы до конца не знаем их возможностей, поэтому рисковать нельзя.

Я опять попыталась возразить, но Рок устал меня убеждать, и поэтому просто рявкнул.

– Ты остаёшься здесь! И только попробуй ввязаться в битву, придушу собственными руками! Поняла!?

Единственное, что я смогла сделать, это только кивнуть в ответ. В горле стоял ком. Никогда я не видела Рокату в таком состоянии. Его тон был таким убедительным, что, казалось, если я попытаюсь опять возразить, то жить мне останется совсем недолго. Посмотрев на папу, Кила, Сулу, Тэрлу и Пита, я поняла, что поддержки я не дождусь. Выражение их лиц прямо говорило о том, что они полностью поддерживают Рока. Мне ничего не оставалось делать, как согласиться остаться здесь под защитой Пита и Ластра.

Пока мы спорили, льдинки Доуля прекратили атаковать защиту, которую наложил Херокс на своё войско. Заметив это, Пит сразу же накрыл магическим куполом стоявших рядом людей Доуля. Сула взяла под защиту остальных Хранителей и Кила. Папа тоже активировал защиту и, взяв меня за руку, потащил за спины людей Ледяных гор.

Я стояла позади людей Доуля и ничего не видела. Папа окутал нас магической защитой. Людей Ледяных гор защищал только купол Пита. Ластр предлагал расширить свой щит, но было решено, что если Пит не сможет удерживать защиту, то тогда его сменит Ластр, а для этого ему нужно сохранять силы. Начало битвы я не заметила. Только когда люди Доуля стали делать какие-то пассы руками, а вдалеке стали раздаваться различные шипящие и рычащие звуки, я поняла, что уже вовсю идёт сражение. Я очень переживала за Кила, Рока и остальных Хранителей. А так как я ничего не видела, то моё беспокойство с каждой секундой усиливалось. Да и сколько можно стоять и ждать, когда твоих самых родных и близких людей убьют или покалечат! Сначала я стала упрашивать папу подойти поближе к склону горы, на которой мы находились, чтобы видеть, что происходит внизу, и как развивается сражение. Мне необходимо было хотя бы одним глазком взглянуть на Рока и убедиться, что с ним всё в порядке. Но Ластр был непреклонен. Когда я продолжила его уговаривать, то папа и вовсе рыкнул на меня, сказав, что если я попытаюсь поближе сунуться к месту битвы, то свяжет меня и оставит в таком положении до тех пор, пока не вернётся Доуль. Я пообещала, что не буду делать никаких глупостей и с покорным видом стояла рядом с папой. Мне нужно было что-то придумать, чтобы отвлечь Ластра и пробраться поближе к месту сражения. Но мне ничего не приходило в голову. Вдруг я почувствовала, что люди Доуля стали волноваться, шум всё больше усиливался. Посмотрев на папу, я вздрогнула, его лицо стало таким мрачным, что было понятно: произошло что-то ужасное, а я ничего не видела и не понимала.

– Папа, что случилось? Что-то с Хранителями или Килом? – с беспокойством спросила я.

– Хранителей я не вижу, они внутри защитного купола Херокса, надеюсь, у них всё в порядке. А вот у нас проблемы. Пит слишком слаб, его защита трещит по швам и вот-вот рухнет. А ведь прошло не больше пятнадцати минут. Мне придётся срочно его заменить, но надолго меня не хватит, – ответил Ластр, а затем добавил. – Мэл, я сейчас пойду к Питу, отправлю его к тебе и поставлю на войско защиту. Очень тебя прошу, с этого места ни ногой! Помочь ты всё равно не сможешь, монстров слишком много, а если с тобой что-то случится, я себе этого никогда не прощу!

– Хорошо, папа, я буду здесь. Не беспокойся, – сказала я с самым честным и невинным выражением лица.

Ластр смерил меня недоверчивым взглядом, вздохнул и стал пробираться среди толпы белых громадин, которые представляли из себя местные жители. Он шёл к Питу, стоявшему почти у самого края горы. Как только папа скрылся из виду, я тут же стала протискиваться сквозь людей Доуля туда, где вовсю шло сражение.

Я прекрасно понимала, что очень рискую и подвергаю свою жизнь опасности. Но по-другому я поступить не могла. У меня перед глазами постоянно сменялись картинки, в которых Рок и Кил погибали самым страшным образом. Моё воображение рисовало жутких монстров, которые рвали, грызли и подвергали мучительной смерти моих самых любимых людей. Я просто не могла больше выносить эту ужасную пытку неизвестностью. Поэтому, откинув чувство вины, я быстро пробиралась к краю горы, откуда было видно, как происходило сражение. Проходя мимо людей Ледяных гор, я отмечала, что их лица были спокойными и невозмутимыми. Никто не обращал на меня внимание. Все были заняты битвой. Кто-то шептал себе что-то под нос на непонятном мне языке. Кто-то совершал плавные пассы руками. У некоторых представителей необычного народа на лбу проступала испарина, магические действия отнимали у них очень много сил. Когда я пробралась к самому краю горы, то передо мной открылось страшное, но тем не менее захватывающее зрелище.

Сражение шло сразу в двух местах. Щит Херокса не только защищал его воинов, но и не давал атаковать через него противника. Поэтому, чтобы уничтожить народ Доуля, монстрам, пришедшим из Руворского леса, пришлось покинуть безопасное место под магическим куполом и попытаться забраться в гору, где стояли люди Ледяных гор. На этот раз Херокс привёл всех тварей к Ледяному городу. Здесь были и двухголовые кошки с металлической чешуёй и тремя хвостами с ядовитыми жалами на конце, и летающие волки, и змеи с головами драконов, извергающими пламя, и необычные чёрные кентавры с зияющей пустотой в капюшонах вместо лиц. Только грязевых громадин не было, Херокс понимал, что от них здесь не будет никакого толка, так как магия земли в этих краях не действовала. Большая часть этих чудовищ вышла из-под защиты и пыталась прорваться на вершину горы, чтобы уничтожить всё живое, стоявшее у них на пути. Каждого монстра окутывала красноватая дымка. Сначала я не понимала, что это такое, но когда у одного летающего волка дымка рассеялась, то животное сразу же бросилось назад с целью, поскорее покинуть место сражения. Херокс или его красноглазые спутницы наложили на своих монстров какой-то магический эффект, который позволял тем бороться с чувством сильнейшего страха, ведь именно оно заставляло любое животное стороной обходить земли Доуля. Животные пытались забраться наверх, но их постоянно атаковали жители Ледяного города. Кошки натыкались на острые ледяные шипы, которые быстро вырастали прямо из снега и впивались в животы монстров. Металлической чешуи на животах у них не было, поэтому многие животные после нескольких атак смертоносных льдинок истекали кровью и оставались лежать у подножия горы. Оставшиеся в живых кошки быстро поняли, откуда исходит опасность, и поэтому, чтобы не быть прикованными острыми шипами к земле, стали пробираться к защитникам Ледяного города по телам погибших собратьев. Змеев шипы не доставали. Кольца чудовищ были настолько гибкими и так быстро меняли свою форму, что острые льдинки не успевали впиться в их тела. Зато их поджидал другой сюрприз. Перед ними прямо из снега вырастали огромные ледяные големы с руками, где вместо пальцев были острые тончайшие ледяные лезвия. Этими лезвиями созданные людьми Ледяных гор громады с невероятной быстротой распарывали мягкие тела змеев. Но некоторым животным удавалось окатить ледяных големов огненным пламенем, и те превращались в небольшие лужицы, которые быстро впитывались в снег, а через какое-то время опять поднимались и вновь принимали форму ледяных монстров со смертоносными лезвиями. Летающие волки спокойно миновали препятствия в виде ледяных шипов и големов. Они быстро достигали вершины горы и обрушивались на защиту Пита, которому очень тяжело было сдерживать каждый удар серых клыкастых животных. Но не всем волкам удавалось атаковать магический купол, люди Ледяных гор насылали на серых клыкастиков снежные вихри, которые отталкивали животных, и те кубарем катились вниз с горы. Но волки поднимались и вновь бросались в атаку. Периодически перед монстрами Херокса возникала снежная стена, из которой в разные стороны летели тысячи длинных острых игл. Стена стояла пару минут, а затем рассыпалась небольшим сугробом снега. Для того, чтобы создать такую стену, необходимо было потратить очень много волшебной силы, поэтому возникали такие преграды редко, зато, когда они появлялись, клыкастых и хвостатых тварей становилось намного меньше. Хуже всего обстояли дела с кентаврами. Ледяные шипы проходили сквозь тела странных чёрных существ и не наносили им никакого вреда. Кентавры продолжали двигаться дальше, не обращая внимания на препятствия. Големы почему-то не нападали на них, словно не замечали. Снежный вихрь пролетал сквозь кентавров, также не причиняя никакого вреда. И только иглы из снежных стен на какое-то время останавливали движение этих необычных существ. Несмотря на то, что всё подножие горы было усеяно трупами, всё больше и больше монстров пробивалось к защитному куполу, поставленному Ластром. Он уже успел сменить Пита. Его защиту атаковали не только крылатые волки, но и двухголовые кошки и змеи с драконьими головами. Магическая защита таяла с удручающей скоростью. Страшно было даже представить, что произойдёт, когда к вершине горы подойдут кентавры, которые медленно, но верно приближались к людям Ледяных гор.

С места, где я стояла, было плохо видно, что происходит под защитным куполом врага. Я смогла рассмотреть только небольшую светящуюся точку, которая всё больше и больше проходила вглубь войска Херокса. Это была группа Рокату. Она пробивалась к красноглазым телепаткам под защитой Сулы. Долго наблюдать за сражением мне не дали. Неожиданно защита папы треснула и разлетелась радужными брызгами в разные стороны. На нас тут же набросились крылатые волки и кошки с металлической чешуёй, а змеи стали окатывать струями огня. Чтобы не быть сразу же убитой, мне пришлось вступить в бой. Несмотря на то, что половина животных осталась лежать у подножия горы, всё равно монстров было слишком много, и было понятно, что долго продержаться нам не удастся. Времени на раздумья и огорчения не было, поэтому я стала наносить по монстрам магические атаки. Преимущественно я использовала огонь и воду. В волков я метала огненные шары. Серые горели за милую душу, но, поняв, откуда исходит опасность, животные стали объединяться, и небольшими стаями нападать на меня. В эти моменты приходилось использовать воздушные потоки, которыми я отталкивала волков. Змеев я атаковала ледяными стрелами. Как только магическая атака достигала своей жертвы, толстые тела животных взрывались и разлетались кровавой массой в разные стороны. Кошек остановить было сложней. Огонь стекал по их металлической чешуе, не нанося большого вреда, а лёд только ненадолго замедлял их движения. Зато с кошками прекрасно расправлялись люди Доуля.

В момент, когда магическая защита исчезла, люди Ледяных гор прекратили наносить магические атаки и взялись за холодное оружие. У каждого в руках оказались два длинных меча из тончайшей серебряной стали. Клинки окружало белое сияние. Это было прекрасное оружие, которое с лёгкостью разрезало на части кошек, словно у тех не было толстой металлической чешуи, защищавшей своих владельцев. Каждое движение горных людей было плавным и невероятно быстрым. Работая сразу двумя клинками, люди Доуля словно не сражались, а танцевали. Я никогда в жизни не видела, чтобы кто-то так мастерски владел холодным оружием. С каждой минутой мёртвых тел чудовищ становилось всё больше и больше. Я отошла немного назад, под защиту людей Ледяных гор, и уже оттуда атаковала противника. Как же я жалела, что не могла использовать все стихии сразу, мне очень не хватало тех ощущений силы и могущества, которые я испытывала в землях гурнов, когда адомий был у меня в руках. Я снова и снова обращалась к своей магии, надеясь соединить хотя бы две стихии вместе. Но у меня ничего не получалось. Были моменты, когда, вызывая ледяную стрелу, внизу живота начинало разливаться приятное тепло, я тут же пыталась соединить его со стихией воды, но вместо огненно-ледяной стрелы во врага летели сначала атака воды, а затем огненный шар. Связать их вместе я так и не смогла, как ни старалась. В итоге я бросила бесполезное занятие и полностью переключилась на сражение.

Вокруг меня творилось настоящее безумие. Вот высокая стройная фигура с длинными белыми волосами в просторном балахоне сделала резкий разворот вокруг собственной оси, в руках у человека Ледяных гор мелькнули клинки, которые словно масло разрезали напополам огромного серого волка с кожистыми крыльями. Я стояла очень близко, поэтому меня с головы до ног окатило тёплыми брызгами свежей крови. Не успела я опомниться от этой атаки, как на меня и стоявших рядом людей Доуля обрушилась целая стая двухголовых кошек. Несколько монстров я смогла оттолкнуть от себя потоками воздуха, но другие тут же встали на их место. Воины Ледяного города убивали кошек своими длинными мечами. Животных было очень много, и вскоре они стали нападать группами. Люди Ледяных гор успевали отбить атаку двух-трёх кошек, но четвёртая-пятая тварь успевала или вцепиться в горло своему противнику или атаковать своими длинными хвостами с ядовитыми жалами на конце. Всё больше людей Доуля падали на землю, сражённые монстрами Херокса. Это было очень страшное зрелище. Огромные белые глыбы лежали на земле и истекали кровью, которая была голубого, а не красного цвета.

Скоро к атакам кошек и волков присоединились змеи, которые направляли на нас струи огня. Хоть Доуль и говорил, что огонь в этих землях не может причинить вреда его людям, почему-то пламя змеев наносило очень серьёзные повреждения жителям этих земель. Балахоны воинов вспыхивали словно спички, а сами люди получали сильнейшие ожоги. На ослабленных, терпящих невероятную боль, людей Ледяных гор тут же нападали кошки и волки. И от этих атак им было уже не отбиться. Защитников Ледяного города становилось всё меньше и меньше. Я, как могла, помогала отбиться от чудовищ, которые всё больше и больше теснили нас к краю горы, внизу которой начинался город Доуля. Пытаться атаковать монстров водой и огнём уже не было смысла, их было слишком много, и они уже нападали со всех сторон. Поэтому в основном я использовала воздух, чтобы оттолкнуть животных подальше от себя и воинов Доуля. В эти моменты монстры, как правило, попадали под атаку смертоносных клинков людей Ледяных гор.

Неожиданно, одна кошка, которую я смогла отшвырнуть от себя в сторону, задела меня одним из своих хвостов, на конце которого было ядовитое жало. Маленькая иголка буквально на мгновение вошла в мою ногу немного ниже бедра, но этого хватило, чтобы меня сразу же бросило в жар. Место укола горело, словно к нему прижали раскалённое железо. Было так больно, что я даже не могла кричать. Я тут же осела на землю. По моему телу стало разливаться неприятное жжение, которое усиливалось с каждой секундой. Мне казалось, ещё мгновение и я умру от нестерпимой боли, пульсирующей у меня внутри. Я уже готовилась к неминуемой смерти, но неожиданно меня подняли крепкие мужские руки и понесли в сторону, подальше от сражения.

Я лежала на земле, а надо мной склонились Пит и Ластр. Оба волшебника взялись за руки и приложили к моей ноге сразу четыре ладони. От рук Пита и Ластра стало исходить белое свечение, которое впитывалось в моё тело. Страшная режущая боль сразу же отступила, на её место пришла боль тупая, ноющая. Но её уже можно было терпеть. Чем больше магического свечения впитывалось в мою кожу, тем меньше становилась боль, а неприятное жжение, которое расползалось по всему моему организму, постепенно и вовсе исчезло. Не знаю, сколько я пролежала на холодной заснеженной земле, но через какое-то время я уже не испытывала ни боли, ни каких-то других неприятных ощущений. С помощью Ластра я медленно поднялась с земли и даже сделала несколько шагов. Я уже хотела поблагодарить Пита и папу, но Ластр не дал мне этого сделать.

– Ты понимаешь, что могла погибнуть? О чём ты только думала, когда решила ввязаться в сражение? Если бы мы с Питом вовремя тебя не обнаружили, ты была бы уже мертва! Тебе повезло, что у нас хватило сил вылечить твою рану, ведь почти всю силу мы потратили на поддержание защитного купола. Хорошо, что мы уже успели немного восстановиться!

– Прости, папа! – прошептала я, но на самом деле не испытывала чувства вины. Благодаря моей помощи, большое количество людей Ледяных гор осталось в живых. Да и монстров я уничтожила не так уж мало. Но я понимала, что если я выскажу сейчас эти мысли вслух, то меня точно свяжут и скинут кубарем с горы в сторону Ледяного города, чтобы у меня не было ни малейшей возможности вернуться к месту сражения. Поэтому я решила перевести разговор, чтобы у Пита и Ластра не возникало желания каким-то образом ограничить мою свободу.

– Пит, папа, если вы уже немного восстановили магические силы, то может опять попробуете поставить защитный купол? Воинам Доуля приходится совсем тяжко. А скоро до вершины горы доберутся кентавры, и тогда у людей Ледяных гор не будет ни единого шанса на спасение, а мы обещали Доулю защитить его народ.

– Мы ещё слишком слабы. Одно дело вдвоём вылечить одну волшебницу, и совсем другое поддерживать магическую защиту над целым войском. Если даже мы и создадим магический купол, он продержится не больше минуты, а у нас не будет даже сил, чтобы вылечить раненых воинов, – сказал Пит.

– Но тогда мы все погибнем! Доуль обещал вернуться через пару часов, а прошло не больше часа. Нам не выстоять ещё целый час без защиты!

– Мэл, мы знаем, что проход в город нам не отстоять. Люди Доуля тоже это прекрасно понимают. Поэтому, если монстры Херокса пробьют их защиту, то придётся отступить и сдать город. Надеюсь, к тому времени Доуль уже успеет взять ключ из хранилища и покинуть опасное место.

– Но в этом случае погибнет большая часть людей Ледяных гор, да и при отступлении многие чудовища вернутся обратно под защитный купол Херокса, и тогда у Хранителей и Кила будет гораздо меньше шансов выйти оттуда живыми! – воскликнула я. А в душе всё больше и больше нарастал страх за близких мне людей.

– Главное для нас – сберечь тебя и дождаться в безопасном месте Доуля с ключом от входа в пещеру Гелеру, – сказал Пит.

После слов Пита я поняла: все знали, что нас ждёт в этом сражении. Хранители прекрасно понимали, что люди Ледяных гор не смогут долго сдерживать атаки многочисленных чудовищ, пришедших из Руворского леса. А попытка Рока, Сулы, Тэрлы и Кила прорваться вглубь войска Херокса была всего лишь отвлекающим манёвром, совершённым для того, чтобы Херокс не выпустил всех своих монстров на штурм Ледяного города. Этим они хотели дать нам больше времени, чтобы у нас был шанс дождаться Доуля с ключом. Возвращаться обратно они явно не планировали, да и вряд ли у них это получилось бы. После того, как я это осознала, меня охватил ужас, а затем я испытала злость. Я была зла на Хранителей, на отца, на брата. Как они посмели жертвовать своими жизнями ради меня!? Они всё решили сами, даже не посоветовавшись со мной. Вдолбили себе в голову, что всё равно должны погибнуть после того, как я пройду испытание в пещере Гелере, вот и решили, что можно сделать это сейчас, тем самым дав мне шанс добраться до Гелеры. А вот фиг им! Не буду я сидеть в тихом местечке и дожидаться Доуля! Не буду ждать, пока убьют Хранителей и Кила! Видимо мои чувства были написаны у меня на лице, так как Пит сказал:

– Мелания, я знаю, тебе тяжело осознавать, что самые дорогие для тебя люди могут погибнуть в любую минуту. Но ты должна понимать, если Херокса не остановить, то Кил, Рокату, Сула и Тэрла всё равно умрут, только позже, а вместе с ними и большинство живых существ Тиерии. Ты одна можешь спасти нашу планету! Да, к сожалению, придётся кем-то пожертвовать! Но по-другому нельзя! Что бы ты не делала, Рок всё равно погибнет, вопрос только в том, когда: сейчас, от клыков и когтей монстров, или после того как ты пройдёшь испытание в пещере. А если ты откажешься проходить испытание, Рокату убьёт Херокс! Пойми это и прими! Я с самого начала говорил, что вы не можете быть вместе!

Как же мне больно было слушать эти слова. Я понимала, Пит прав. Но не могла смириться с тем, что Рокату должен погибнуть. Зачем мне нужен будет этот мир без него? Я знала, эти мысли эгоистичны, я могу спасти тысячи и тысячи ни в чём не повинных существ нашей планеты. Но сколько бы я не думала о ценности всей Тиерии по сравнению с жизнью одного волшебника, всё равно Рок оказывался для меня важнее всех миров на свете. Я не знала, что ответить Питу, ведь решение было уже принято. Я долго подбирала слова, но неожиданно, даже для себя самой, выпалила:

– Я беременна, Пит! И я никому не позволю убить отца своего ребёнка! И уж тем более сама не стану причиной его смерти! Зря вы всё это затеяли с ключом! Я не буду проходить испытание! И сейчас я не стану сидеть и ждать, когда Херокс расправится с близкими мне людьми! Я иду туда, под купол, а вы как хотите! Я пойду либо под вашей магической защитой, либо без неё. Решать вам!

Новость о моей беременности так ошеломила Пита и Ластра, что они стояли с очень глупыми выражениями на лицах. Но их ступор продлился недолго.

– Дочка, тем более сейчас тебе нужно позаботиться прежде всего о себе. Как ты думаешь, Херокс позволит оставить тебе ребёнка от другого мужчины? Если ты не уничтожишь Херокса, то он убьёт не только Рокату, но и твоё будущее дитя! Подумай если не о себе, то хотя бы о нём! – попытался меня вразумить папа. Но я уже не слушала. Решение было принято. Я молча развернулась и пошла в сторону, где шло ожесточённое сражение между чудовищами Херокса и людьми Ледяных гор. Я не знала, как, но я должна была прорваться через поток различных монстров и добраться до защиты Херокса, под которой мой любимый мужчина сражался, возможно, в последний раз в своей жизни.

Я медленно стала пробираться через самую гущу сражения. В любой момент можно было попасть под атаку чьих-нибудь зубов или когтей. Людей Ледяных гор всё сильней и сильней теснили к склону. К вершине горы уже подобрались кентавры, и из их рук потянулись извилистые синеватые электрические разряды в сторону воинов Доуля. Защиты от такой магии у них не было, и если ожоги от змеев, извергающих пламя, можно было терпеть и сражаться дальше, то получая электрические разряды, люди Ледяных гор тут же падали замертво. Синеватые молнии воины горных земель отбивали своими серебряными мечами, но стоило хоть одному разряду попасть на кожу или одежду защитников, те мгновенно погибали. Кентавры буквально за десять-пятнадцать минут уничтожили больше людей Ледяных гор, чем остальные чудовища за целый час. Я сначала протискивалась сквозь белых громадин, стараясь поменьше попадаться на глаза различным тварям. Делать это было очень тяжело, потому что вся вершина горы была похожа на большой муравейник, на который напали термиты. И враги, и защитники Ледяного города, все были вперемешку. Пытаясь помочь людям Доуля, постоянно была опасность задеть магической атакой своих же. Поэтому я ничего не предпринимала, а старалась по возможности незаметно пробраться к защите Херокса, чтобы помочь Килу и Хранителям. Иногда, натыкаясь на какую-нибудь тварь, мне приходилось отталкивать её воздушными потоками. Неожиданно я почувствовала вокруг себя беловатое свечение, которое могло означать только одно, на меня накинули магическую защиту. Обернувшись, я увидела, как ко мне пробирается Ластр. Я немного замедлила шаг, чтобы папа быстрее добрался до меня.

– Я не мог позволить, чтобы моя дочь одна без всякой защиты шла прямо в логово чудовища, которое несомненно её уже поджидает. Херокс хорошо всё продумал, он прекрасно знал, что ты не оставишь своих друзей в беде. Мэл, ещё не поздно передумать! Пойми, ведь это самая, что ни на есть, настоящая ловушка!

Я ничего не ответила Ластру, просто повернулась и пошла дальше, пробираясь к куполу Херокса. Папа шёл рядом. Больше он ничего мне не говорил. И я ему была очень благодарна за это. Ведь я прекрасно понимала, что без магической защиты у меня не было шансов добраться до Хранителей и Кила. Когда мы подошли к самому обрыву горы, то упёрлись в плотную стену из чёрных кентавров. Было понятно, что нам не дадут так просто спуститься вниз. В меня и папу потекли потоки электрических разрядов. Магическая защита тут же начала давать брешь. Ластр ещё был слишком слаб, чтобы удержать купол от такой сильной атаки. Необходимо было срочно что-то делать, иначе мы рисковали бесславно погибнуть, так и не добравшись до Херокса. Я решилась на отчаянный шаг.

– Пап, помнишь наш полёт внутри смерча над Варнабиссом? – и не дождавшись от него ответа, продолжила. – Сейчас я призвать ураган вряд ли смогу, а вот полетать на потоках воздуха можно попробовать. Возьми меня за руку и ни за что не отпускай!

– Мэл, давай придумаем что-нибудь другое? – только и успел предложить Ластр, но я уже схватила его за руку и призвала воздушную стихию.

Я сомневалась, что мы сможем долететь до самого купола, у меня было не так много сил. Одна я ещё могла попробовать, а вместе с папой у меня почти не было шансов. Но без магической защиты добраться до Хранителей шансов было ещё меньше. Я надеялась прежде всего преодолеть смертоносный барьер из кентавров, а уж дальше под защитой папы было проще пробиться к куполу. Тем более, что уже почти все животные, вышедшие из-под защиты Херокса были на вершине горы. Поэтому главное было миновать атаки кентавров. Как только воздушные потоки подхватили нас с Ластром, мы стремительно поднялись вверх и полетели над чёрными силуэтами, которые пускали нам вдогонку синеватые электрические молнии. Пролетев буквально метров семьсот, мы с папой кубарем полетели вниз. Больше удерживать воздушные потоки я не могла. Хорошо хоть приземление оказалось достаточно мягким, у меня ещё хватало сил, чтобы чуть-чуть сохранить контроль над воздухом. Опустившись на землю, я поняла, что вокруг никого нет. Все монстры были на горе и сражались с людьми Ледяных гор. Остальное войско Херокса находилось под куполом и явно было занято сражением с Хранителями и Килом. Чем ближе я пробиралась к защите, тем отчётливей видела, что там происходит внутри. Сначала я заметила небольшое светлое пятно, которое постоянно передвигалось с места на место. Это был защитный купол Сулы. Я вздохнула с облегчением. Если защита ещё держится, значит есть пусть небольшой, но шанс выйти из-под купола Херокса живыми. Различных тварей и монстров под защитой было гораздо меньше, чем раньше, основная часть сражалась на вершине горы или погибла на её подступах. Но всё равно, чудовищ было слишком много для четырёх волшебников. Усугубляли ситуацию маги Варнабисса, перешедшие на сторону Херокса. Если общий, самый большой защитный купол, поддерживали красноглазые телепатки, то волшебники-отступники создали магическую защиту вокруг себя, что позволяло им издалека атаковать противника, а самим игнорировать любые атаки. Правда, и защита Сулы ещё держалась. Что происходило у Хранителей и Кила я не видела, потому что находилась ещё слишком далеко. Я надеялась пройти сквозь магический купол, потому что не сомневалась, что Херокс пропустит меня внутрь, ведь я ему была нужна, причём живой. Иначе какой смысл было пускать внутрь Хранителей и Кила? Херокс явно рассчитывал, что я сломя голову побегу спасать своих близких. Это, собственно говоря, я и сделала. Моей целью было поскорей добраться до своих друзей и брата. Я понимала, что просто так меня никто не пропустит и попытаются пленить, поэтому я решила пробираться не мимо волшебников, которые находились ближе ко мне, минуя которых мне было проще и быстрее нагнать Хранителей, а с краю, сделав небольшой крюк, где оставалось небольшое скопление монстров. Они, несомненно, увидев меня, бросятся в атаку, но нас с папой защищал магический купол, который какое-то время должен ещё продержаться. Таким образом, я буду окружена со всех сторон различными тварями, и волшебникам Варнабисса, и Хероксу будет сложнее меня достать, потому что ему придётся пробираться сквозь своих же чудищ. Я надеялась, что мне удастся дойти до защиты Сулы раньше, чем до меня доберётся Херокс, и раньше, чем рухнет магический купол Ластра.

За размышлениями я не заметила, как мы с папой достигли защиты, накрывающей оставшееся войско моего названого брата. Как я и предполагала, мы с Ластром спокойно вошли внутрь защитного барьера. Перед нами на какое-то мгновенье появилась рябь в магическом куполе, и мы, пройдя сквозь неё, почувствовали, что за нашими спинами защита вновь стала плотной, словно тонкое стекло, и я поняла, что если даже мне и удастся добраться до Сулы, Тэрлы, Кила и Рока, то вряд ли мы сможем вернуться обратно, магия красноглазых телепаток не выпустит нас отсюда. Но что-то менять было уже поздно, поэтому я решила следовать своему плану. Медленно я направилась в сторону чудовищ из Руворского леса. Как только мы с Ластром свернули в сторону, волшебники Варнабисса тут же начали двигаться нам наперерез. Они понимали, что, если мы с папой доберёмся до животных, захватить нас будет уже не так просто. Двигались волшебники очень быстро, поэтому, чтобы успеть реализовать свой план, я сначала побежала в сторону монстров, а затем и вовсе, призвав магию воздуха, помогла ускорить свои движения, и мы с Ластром, которого я держала за руку, стали стремительно пробираться вглубь войска Херокса. Как маги Варнабисса не старались, догнать нас у них не получилось. На всей скорости мы с папой врезались в плотно стоящую группу животных, которые тут же нас атаковали. Нам повезло, что здесь не было кентавров, все они ушли штурмовать Ледяной город Доуля. Поэтому бороться мне пришлось только с волками, кошками и змеями. Но и этого было уже немало. Я рассчитывала на внезапность и надеялась, что нам с Ластром удастся быстро пробраться сквозь них и с небольшим эскортом из разнообразных монстров добраться до Хранителей и Кила. Но не тут-то было. Хоть животных было не так уж и много, они умудрились объединиться в группы и с разных сторон стали атаковать защиту Ластра. Я тоже не осталась в долгу. В змеев я направляла ледяные стрелы, помня, что на огонь у этих животных иммунитет. Волков, наоборот, я атаковала пламенем, поочерёдно вызывая то огненные шары, то создавая вокруг защитного купола огненную стену. Волшебной силы на эти действия уходило очень много, поэтому двухголовых кошек мне приходилось игнорировать, всё равно магия стихий этим кискам со смертоносными жалами на концах хвостов не причиняла большого вреда. Так какой смысл расходовать понапрасну свои силы? Защита Ластра ещё держалась, но так как кошки атаковали купол со всех сторон, а мы с папой не имели никакого оружия, способного остановить этих монстров, то было понятно, что долго мы не продержимся. Я попробовала прорваться дальше вглубь войска Херокса, но атаки чудовищ были такими сильными, что мы с папой топтались почти на месте. Только изредка мне удавалось призвать побольше магии воздуха и обрушить весь этот поток на атакующих нас монстров. Те отлетали в стороны, и нам с Ластром удавалось сделать несколько шагов вперёд. Но этого было очень мало. Так долго продолжаться не могло. Такими темпами мы с папой добрались бы до Хранителей и Кила в лучшем случае на следующий день. За это время нас уже не один десяток раз успели бы убить. Обернувшись назад я увидела, что к нам всё ближе и ближе пробираются волшебники Варнабисса. Ещё немного и мы с Ластром будем окружены двойным вражеским кольцом. И тогда у нас не будет ни малейшего шанса добраться до Кила и Хранителей. Видя, как быстро к нам приближается противник, я начала паниковать. Только сейчас я сообразила, насколько безумным был мой план! На что я рассчитывала? Нужно было быть полной дурой, чтобы добровольно сунуться в лапы врага, зная, что нет ни малейшего шанса на победу. Как же часто эмоции берут верх над здравым смыслом! А ведь я никогда раньше не считала себя глупой. Но страх за своих близких делает из нас полных идиотов. Видимо, поэтому самые отъявленные злодеи, несущие страдания и смерть окружающим, очень часто добиваются успеха, и с ними очень тяжело бороться. Ведь им не за кого переживать, это противоречит их сущности. Они всегда знают, что делают, и не дают чувствам взять верх над разумом. Херокс, действительно, хорошо всё спланировал. Я не представляла, что должно произойти, чтобы у нас с Ластром появился хоть малейший шанс на спасение. Отчаянье всё отчётливей пробиралось в мой разум. Мои атаки стали беспорядочными и больше приносили хаоса, чем пользы. Атакуя монстров разными стихиями, я перестала замечать, что в змеев направляю огненные шары, хотя у тех на огонь иммунитет, в кошек бросаю ледяные стрелы, которые не наносят им почти никакого вреда. Я растерялась и запаниковала. Я просто не представляла, что можно сделать в этой ситуации. А волшебники Херокса были уже совсем рядом. Ещё немного и в нас полетят магические атаки, а наш защитный купол разлетится вдребезги. Я уже хотела попробовать собрать остатки сил и призвать воздушные потоки, чтобы попробовать пролететь вглубь войска Херокса. Так нам удастся оторваться от волшебников. Но сил уже не осталось. Я с трудом вызывала маленький огненный шарик, который никому не мог нанести серьёзного вреда, не говоря уже о большом скоплении воздуха, способном перенести сразу двух человек на приличное расстояние. Да и летающие волки вряд ли позволят проделать такой манёвр. Их под защитным куполом Херокса было больше всего. Это не было случайностью. Обиднее всего было то, что для Херокса я действительно была как открытая книга, он смог просчитать почти каждое моё действие. А вот я совершенно не представляла, что можно ждать от своего бывшего возлюбленного. Было страшно! Очень страшно!

Неожиданно вдалеке я увидела светлую мерцающую точку, которая всё больше и больше приближалась к нам с Ластром. Приглядевшись, я поняла, что это Рок, Тэрла и Кил под защитой Сулы пробираются сквозь монстров Херокса к нам с папой. Как они смогли рассмотреть нас на таком большом расстоянии, не понятно. Но точка становилась всё отчётливей, и вскоре я смогла различить фигуры внутри магической защиты. Меня охватила такая радость, словно мы уже победили, осталось только соединиться вместе, и все проблемы окажутся позади. Именно в этот момент нас с Ластром атаковали волшебники Варнабисса. Они подошли достаточно близко, чтобы нанести мощный удар по нашей защите. Впереди стояли зауры и волшебницы огня. Они одновременно выпускали зурусы и огненные стрелы таким образом, чтобы металлическую звезду окутывало красноватое пламя. Такое оружие было настолько мощным, что уже после первых нескольких ударов наш купол треснул и готов был исчезнуть в любую минуту. Мои же атаки не наносили волшебникам никакого вреда. Хероксу удалось собрать немало целителей и некромантов, поэтому, чтобы пробить их защиту, требовался не один десяток сильных магов, обладающих атакующей волшебной силой. Оглянувшись, я увидела, что и Хранители с Килом тоже подошли достаточно близко, и буквально через каких-то пять-шесть минут мы сможем объединиться и дать отпор врагу. Но у нас не было этих минут, если папина защита продержится хотя бы пол минуты, это уже будет счастьем. Посмотрев на Рокату, которого уже отчётливо было видно, я поняла, что и он осознаёт всю сложность ситуации. Встретившись с ним глазами, я увидела, как губы любимого сложились в насмешливую улыбку, Рок подмигнул мне и сделал то, что я никогда не забуду. Он резким движением вышел, точнее вылетел из-под защиты Сулы и буквально врезался во вражеский поток монстров. Его не защищала никакая магия. То, что он сделал, было безумием. Окружённый зубастыми тварями с острыми когтями и ядовитыми жалами, он рисковал в любую минуту быть сражённым. Я сама не поняла, как вскрикнула. Мой крик утонул в шуме сражения. Я прекратила атаковать. Всё, что я могла, это следить за быстро перемещающейся фигурой с растрёпанными чёрными волосами. Рок был настоящим оружием смерти. Его движения были быстрыми и чёткими. Каждый взмах руки отправлял несколько десятков смертоносных зурусов в разные стороны. Одновременно Рок сражался двумя длинными изогнутыми саблями, нанизывая на них монстров, словно те были не защищены толстыми шкурами и металлическими пластинами, а состояли из сливочного масла. Так легко клинки Рокату поражали волков, змей и кошек. Рок ни секунды не стоял на месте, он постоянно перемещался. То подпрыгивал, чтобы избежать ударов быстрых и изворотливых хвостов двухголовых кошек, то пригибался, спасаясь от атак крылатых волков, которые часто атаковали сверху. Я понимала: одно неловкое движение, и у Рока не будет шанса на спасение. Но и Рокату это тоже понимал. Поэтому он как можно быстрее старался пробраться к нам с Ластром. И мне уже стало казаться, что у нас есть шанс. Немного опомнившись, я снова стала наносить магические атаки по волшебникам Варнабисса, прежде всего стараясь сосредоточить их внимание на себе. Если и они начнут атаковать Рока, то у него не будет ни малейшего шанса. Я так увлеклась сражением, что даже не заметила, как прямо перед нашей с Ластром защитой возник Херокс. До сих пор не могу понять, откуда он взялся. Но направляя очередную ледяную стрелу в сторону монстров и волшебников, я вдруг упёрлась взглядом в ухмыляющуюся физиономию Херокса. Он стоял совсем близко. Казалось, стоит протянуть руку и можно дотронуться до балахона, который чёрным коконом укрывал фигуру худого высокого волшебника. У меня перехватило дыхание. Я словно увидела привидение. Было понятно, что Херокс специально заманил меня сюда, но я не думала увидеть его так скоро. Да и Рок уже был так близко, что ещё несколько сражённых монстров, и он окажется у нашего защитного купола. Но Рок не успел. Улыбка Херокса была настолько страшной и зловещей, что навсегда запечатлелась в моей памяти. До конца своих дней я смогу описать каждую морщинку, каждую складочку вокруг узких ухмыляющихся губ. Херокс поднял руку, и на его ладони появился небольшой тёмный шарик, который с каждой секундой становился всё больше и больше. Я не могла понять, что это за магия. Никогда я не видела ничего подобного. Когда тёмный шар стал размером с хороший футбольный мяч, то внутри него я увидела зурус, смертоносную металлическую звезду, окутанную тёмным сиянием. Херокс резко взмахнул рукой, и тёмный шар с невероятной скоростью полетел в нашу с Ластром сторону. Я почти не заметила полёта неведомой мне магической атаки, всё произошло настолько быстро, что я очнулась только, когда папа резко осел на землю, а я почувствовала лёгкий ветерок, играющий моими волосами. Защитного купола больше не было. А папа лежал у моих ног с зияющей дырой в груди. Глаза его были открыты, в них навсегда застыло удивление и непонимание того, что существо, которое он вырастил как родного сына, смогло без тени жалости и сомнения убить человека, который когда-то спас маленькому комочку с умными тёмными глазами жизнь. Папа был мёртв. А я стояла в окружении волшебников и монстров и ничего не понимала. Я не помню, как я упала на колени у тела своего отца, не помню, как по моим щекам текли слёзы, которые застилали мне глаза. Не помню, как по огромному вражескому войску волной прокатилось моё отчаянное: «Нет!!!». Не помню, как откуда-то сверху на меня опустилась клетка, в которой когда-то я вместе с Килом, Хранителями и папой сидели в роли пленников в фируанских землях. Всё это казалось мне сном. Я посмотрела в сторону и увидела, как быстрая тёмная фигура попыталась пробиться ко мне через плотный строй разнообразных монстров. Это был Рок, отчаянно пытающийся добраться до меня. И когда оставалось буквально несколько метров до места, где я стояла, он пропустил удар мощных крыльев огромного серого волка. Рокату упал и тут же был погребён под телами клыкастых тварей, которые жаждали только одного – крови. Мне казалось, что в этот момент моя жизнь закончилась. То, что я испытала тогда, невозможно описать словами. С тех пор, когда мне говорят о физической боли, я смеюсь, потому что настоящую боль я ощутила только тогда, когда в одно мгновение потеряла сразу двух самых дорогих для меня людей на свете. Это было настолько тяжело, что невозможно было даже дышать. Мои ноги подогнулись, и я потеряла сознание. Это было спасительное беспамятство. Последней моей мыслью было: «Не смей приходить в себя!» Я не хотела жить.

***

Когда я очнулась, то поняла, что лежу на мягком диване. Оглядевшись вокруг, я увидела, что нахожусь в каком-то шатре. Помещение было достаточно просторным. Рядом с низким диваном без ножек, на котором я лежала, находился очаг, несколько мягких шкур различных животных, лежавших друг на друге, а в стороне стояла открытая клетка, занимавшая половину шатра. У клетки стоял Херокс. Его взгляд был задумчивым. Тёмные колючие глаза смотрели на меня и одновременно в никуда. Я сразу вспомнила всё, что произошло со мной сегодня. Наверное, сегодня. Вход шатра был закрыт и не понятно было, день сейчас или ночь. Перед моими глазами возник образ мёртвого отца. Именно в этот момент я чётко осознала, что это не сон. Что человека, который меня вырастил, который всегда был рядом и поддерживал в трудную минуту, больше нет. И самое ужасное, что в его смерти была виновата я. Это я, наплевав на всех, на папу, на брата, на Рока, на весь этот мир, наконец, отправилась прямо в лапы Херокса. Как я могла подвергнуть опасности Ластра? Я совершенно не думала о нём в тот момент. И в этом моя ошибка. Я всегда думала прежде всего о себе. Хотела всегда быть с Роком и забыла о своём долге и о тех, кто ради меня рисковал жизнью. Я винила и ненавидела себя в этот момент. И в какой-то степени это помогло справиться мне с чувством невосполнимой потери. Но вспомнив, что перед тем, как потерять сознание, я стала свидетельницей падения Рока, на которого тут же напали монстры Руворского леса, у меня внутри всё похолодело. Неужели за один день я потеряла сразу двух мужчин, которых любила больше жизни? Я посмотрела на Херокса и поняла, что все мои мысли были написаны у меня на лице. Херокс подошёл ко мне и сел на край дивана. Он смотрел на меня таким пристальным взглядом, что я вздрогнула. Первой моей мыслью было атаковать Херокса, пока он не воспользовался магическим щитом. Но тут же поняла, что это будет верхом глупости. Ни за что бы мой братец не остался со мной наедине, не подстраховав себя на крайний случай. И только я об этом подумала, как тут же ощутила неприятное жжение на запястьях рук. Посмотрев на них, я поняла, что прикована к дивану какими-то необычными магическими путами. Раньше я не встречала такой магии. Откуда вообще Херокс её берёт? Что такого с ним произошло в Руворском лесу, что все мои представления о магии оказались перевёрнутыми вверх дном. Я всегда точно знала, что в Тиерии есть женская магия четырёх стихий и четыре вида мужской магии. Я знала, как она действует, так как у каждой есть свои особенности и ограничения. Например, магия огня у умелой талантливой волшебницы может превращаться в смертоносную огненную стену, может в виде стрел и шаров поражать противника, может согревать ночью, может высушивать одежду. С огнём можно провести ещё несколько несложных манипуляций, но на этом всё. Даже самая сильная волшебница вряд ли сможет придумать что-то ещё с огненной стихией. И так со всеми видами магии. У каждой есть свои пределы. И это нельзя сравнивать с другими видами магии, которые мне стали известны после встречи с Хранителями. Они с самого начала имели свои особенности. Каждый народ Тиерии уникален, и магия их изначально, какой бы необычной не казалась, тоже имела свои ограничения. Поэтому я не могла понять, как Херокс, обладатель четырёх видов мужской магии, смог освоить неизвестные виды волшебства, да ещё так быстро. Можно было предположить, что это красноглазые телепатки так влияют на его силу, или магически путы и чёрный шар вокруг зуруса – это их рук дело, но смотря на Херокса, я чувствовала, что волшебная сила вызвана именно им, а не кем-то другим. Как такое возможно, а самое главное – каковы пределы этой магии? Ответов на эти вопросы я не знала, поэтому мне было страшно. Мы всегда больше всего боимся того, чего не знаем. Я лежала на диване, и в моей голове мысли прыгали с бешеной скоростью. То боль потери заставляла мои глаза наполняться слезами, то злясь на Херокса и на себя я с силой сжимала в кулаки свои пальцы, и всё это отражалось на моём лице. А Херокс сидел рядом и молчал, внимательно наблюдая за мной. За какие-то несколько минут я испытала больше чувств, чем иногда испытывала за целые годы. Но внезапно я ощутила тяжесть внизу своего живота. И весь мир снова перевернулся. Я же ждала ребёнка. И сейчас отчётливо понимала, что с малышом всё в порядке. И как только я это поняла, то страх снова медленно, но верно стал растекаться по всему моему организму. Теперь единственное, что могло заставить меня жить, это был мой нерождённый ребёнок. Ребёнок Рока. Я не могла позволить, чтобы и его у меня забрали. Но у меня в голове всё отчётливей звучали слова папы: «Как ты думаешь, Херокс позволит оставить тебе ребёнка от другого мужчины? Если ты не уничтожишь Херокса, то он убьёт не только Рокату, но и твоё будущее дитя!» Эти слова стали для меня проклятием. Я понимала, что папа был прав. Херокс не даст родиться этому ребёнку, а если и даст, то сразу же уничтожит, как только тот появится на свет. Ни в коем случае Херокс не должен узнать о моей беременности! А значит мне необходимо сбежать от Херокса до того, как ему станет известно о моём интересном положении. Вот только как? Понятно, что крики и сопротивления ни к чему хорошему не приведут. А значит, придётся засунуть свою ненависть на время куда-то поглубже и попытаться усыпить его бдительность своей мягкостью и покладистостью, но главное не переусердствовать, Херокс не дурак и сразу почувствует наигранную покорность. Честно говоря, я не знала, что сейчас лучше всего сказать, поэтому ждала, когда Херокс заговорит первым. А он, словно издеваясь надо мной, молчал и просто смотрел мне в глаза. Не знаю, сколько прошло времени, мне показалось целую вечность, но наконец Херокс заговорил:

– Этого ты хотела, Мэл, когда сбегала от меня из Варнабисса? Ты говорила, что я чудовище, но именно ты стала причиной тысячей смертей. Останься ты тогда со мной, и ничего этого бы не произошло. Наши мать и отец остались бы живы, и ни в чём не повинные жители нашей планеты никогда бы не узнали, что такое потерять почти всех своих родных и близких.

Голос Херокса звучал спокойно и буднично, словно он говорил не об убийстве наших родителей и ещё сотнях тиерцев, а о погоде. Я не знала, что сказать, волна боли и потери снова накрыла меня с головой. Я понимала, что сейчас не смогу лицемерить и говорить неправду. Мне хотелось убить Херокса, и это желание было настолько сильным, что скрыть его было невозможно. Мои глаза говорили сами за себя. Херокс, поймав мой взгляд, зло ухмыльнулся.

– Я даже не сомневаюсь, что будь у тебя хоть малейшая возможность, ты не раздумывая убьёшь меня, – с насмешкой сказал Херокс. – И знаешь, мне это нравится. В этом есть какая-то особая пикантность. Ты меня ненавидишь, но всегда будешь со мной рядом. Ты подаришь мне наследника, который будет обладать всеми видами волшебной силы, и мужской, и женской. Ты будешь любить его, а он будет любить меня. И тебе придётся, чтобы сделать его счастливым, изображать роль любящей супруги. Согласись, интересно? Мы будем не просто семьёй, вся наша жизнь превратится в занимательный квест: либо ты найдёшь способ уничтожить меня, либо я найду способ тебя покорить. И поверь, только такая жизнь имеет смысл! – сказал Херокс и посмотрев на меня рассмеялся.

Это был страшный смех, от него у меня по всему телу побежали мурашки. Только сейчас я поняла, что он не просто злодей, любящий убивать. Он безумен! И это навсегда, это неизлечимая болезнь. А когда имеешь дело с сумасшедшим, никогда не знаешь, что он сделает в следующий момент. И когда я это поняла, то приняла для себя решение, либо я сбегу от него в ближайшее время, либо убью себя. Но сейчас для меня было самым главным узнать, жив ли Рок, Кил, Сула и Тэрла. Я понимала, что если прямо спрошу Херокса, то он ни за что мне не расскажет об их судьбе. Поэтому нужно было придумать что-то, что заставит Херокса самого об этом рассказать.

– Что это за магия, которой ты приковал меня к постели? Я никогда такой не встречала, – начала я, но смех Херокса меня перебил. Он хохотал так, что на его глазах выступили слёзы. Когда он немного успокоился, то глядя мне в глаза произнёс:

– Я всё думал, о чём ты меня спросишь в первую очередь. Ты не настолько глупа, чтобы сразу спрашивать о судьбе твоих драгоценных Хранителей и брата. Поэтому мне было интересно, как ты сможешь подвести меня к этой теме. И первое, что мне пришло в голову, это моя магия. Ты прекрасно понимала, что я не расскажу тебе всего, что знаю, и рассчитывала, что я сам перейду к теме судьбы твоих спутников. И только я об этом подумал, как ты выдала именно ту фразу, какую я ждал от тебя. Удивительно, правда? – сказал Херокс и снова рассмеялся.

Я ощущала себя полной дурой. Я понимала, что играть в кошки-мышки с Хероксом бесполезно. Он всё равно переиграет меня. Поэтому решила больше не притворяться и не пытаться придумать что-то оригинальное.

– Раз уж тебе всё так хорошо обо мне известно: что подумаю, что скажу, что сделаю, то сам реши, что хочешь мне рассказать, а что нет. Хочу ли я узнать о судьбе моих друзей и брата? Конечно, хочу. Вот только, кого волнуют мои желания? Ты же всё заранее решил. Практически распланировал всю нашу жизнь. Да и сейчас, наверняка, уже знаешь, что мне сказать в ответ, – сказала я и отвернулась к спинке дивана.

– Знаешь в чём парадокс? – спросил меня Херокс и тут же сам ответил на свой вопрос. – Я знаю тебя лучше, чем себя. И при этом ты не перестаёшь меня удивлять. В этом твоя особенность.

После этих слов Херокс сделал небольшую паузу, а затем продолжил:

– Я расскажу, что произошло после того, как ты грохнулась в обморок. Самое смешное, что как только ты попала в мою клетку, вернулся Доуль и тут же атаковал мой защитный купол. Его атака была такой мощной, что все мои зверюшки, которые находились вне купола, мгновенно погибли от пробивающих любую броню льдинок и снежинок. А моя защита с невероятной скоростью стала ослабевать. Мне стало не до твоих Хранителей. Я приказал доставить тебя в мой лагерь, а сам приложил немало усилий, чтобы не дать защите треснуть и развалиться. Один из Хранителей, Рокату, кажется, попал под удар моих волчат. Но твой придурковатый братец вышел из-под защиты и отправился спасать своего верного друга. Естественно, Кил споткнулся о тело дохлой кошки и полетел кубарем прямо под огненную атаку моих змееподобных дракончиков. Так бы бесславно и погиб наш рыжеволосый герой, но в вашей команде все немного чокнутые, поэтому отыскалась ещё одна героиня с длиннющей рыжей косой, которая превратилась в нивера и ринулась спасать двух придурков, которые решили, что настолько сильны, что в одиночку могут одолеть целое войско. У меня сразу возникает вопрос, тебе самой то не противно общаться с такими идиотами? Ну да ладно. Нужно отдать должное этой Хранительнице, она очень быстро добралась до Кила и практически вытащила его из-под огненной струи. Твой братец кое-как вскарабкался на спину нивера, и они фактически ворвались в стаю моих волчат, которые уже начали терзать тело упавшего Хранителя. Нивер, конечно, красавец, или точнее красавица. Она рвала в клочья волков, а её длинный хвост покалечил не мало моих зверушек. Кил, наконец, тоже смог изобразить хоть что-то приличное и стал атаковать животных зурусами. В итоге, раскидав стаю волков, они вытащили из-под груды мёртвых тел черноволосого Хранителя, Кил закинул его тело на спину ниверу, и они вернулись под защиту Сулы. У меня уже не было времени с ними возиться. Доуль занял всё моё внимание. Хранители воспользовались этим и стали быстро пробиваться к краю защитного купола. Сначала я не хотел их выпускать, но понимал, что если мою защиту начнут атаковать ещё и изнутри, то она не выдержит. Поэтому я вынужден был отпустить твоих Хранителей и Кила. Я разозлился, что не смог разделаться с ними, но потом мне наоборот стало весело. Ведь, согласись, если бы ты смогла потерпеть ещё каких-то минут двадцать на горе и не попёрлась сюда спасать своих доблестных друзей, то сейчас уже с ключом вы направлялись бы в Варнабисс. Причём, никто бы не погиб, и я остался бы с носом. Прикольно, да? Но из-за твоей дурости Доулю теперь придётся терпеть вылазки моих зверюшек, которые не дадут белобрысому королю отдыхать. А значит, через пару дней, максимум через четыре-пять, он обессилит, и я отберу у него ключ. А когда я пройду испытание в пещере, то твои Хранители всё равно сдохнут, а ты навсегда останешься со мной. Смотри, как хорошо всё получается?

Херокс рассказывал эту историю явно издеваясь надо мной. Но я слушала спокойно, ни разу не перебив и не показав никаких лишних эмоций. Внутри у меня всё кипело, но я сдержала себя. Тем более, что радость от того, что Рок был жив, перекрывала все другие чувства. Да, он был ранен, и скорее всего серьёзно, но я верила, что Суле не составит труда его вылечить. Выслушав рассказ, я спросила:

– А откуда ты узнал, что они Хранители? В фируанских землях ты даже не догадывался о том, кто мои спутники?

– Мэл, не будь дурой! Естественно, как только вы сбежали из клеток, я отправился в библиотеку, где нашёл информацию о ключе от входа в Гелеру. Пролистав несколько интересных книжек, я узнал историю Хранителей. И тогда мне стало понятно, куда и зачем вы направляетесь. Я решил не ждать вас на горе, где вы скрылись в землях орлиев, а подождать у Ледяного города. Я прекрасно знал, что вы придёте за ключом, а у меня появится шанс и тебя вернуть и ключ добыть, – ответил Херокс и, сделав небольшую паузу, сказал. – Ладно, спи, отдыхай, а мне нужно ещё разобраться с упрямым королём. До сих пор не понимаю, зачем рисковать жизнями своих людей, если всё равно знаешь, что проиграешь.

С этими словами Херокс вышел из шатра, а меня в очередной раз охватило отчаянье. Приложив немало усилий, я справилась со своими чувствами. Как говорится, слезами горю не поможешь. Нужно было что-то придумать, чтобы выбраться отсюда. Я снова попробовала пошевелить руками в надежде найти способ сбросить с себя магические оковы, которыми Херокс приковал меня к дивану. Как только я с силой потянула руки в стороны, меня тут же окатила волна жуткой боли, магические жгуты впились в мою кожу, грозя отрезать кисти рук. Я прекратила попытку освободиться и стала думать, как же справиться с этой неизвестной магией. Я попробовала обратиться к стихиям. Сначала я попыталась вызвать огненный шар. Тепло медленно распространялось по моему телу, но когда основной жар подступил к кистям рук и, казалось, что ещё немного, и я смогу спалить весь этот шатёр, то моя волшебная сила резко развеялась. Я почувствовала, что огонь внутри меня упёрся в непреодолимую преграду, а затем просто исчез. Тогда я попробовала остальные стихии. Но стоило только моей магии вплотную подобраться к волшебным путам, как вызванные стихии сталкивались с непроходимой стеной и покидали моё тело. Я с упрямством осла снова и снова пыталась прорвать ненавистные жгуты, но у меня ничего не получалось. Как же мне не хватало в этот момент способностей Хранителей пользоваться магией без лишних движений руками! Правда, я понимала, что даже если у меня получится вызвать стихии без помощи рук, то вряд ли мне это позволит сбежать. Херокс наверняка подстраховался, он же не дурак надеяться только на магические путы. Но просто так лежать и ничего не делать я не могла. Когда уже раз в сотый вызванная мной стихия столкнулась с магической стеной и исчезла, я перестала впустую тратить свои силы и решила попробовать соединить все стихии, как я это делала в землях гурнов. Я понимала, что вряд ли у меня получится, но попытка не пытка. Вызвав воздушную стихию и медленно направив её к кистям рук, я тут же вызвала огненный шар и стала быстро его подгонять, чтобы объединить с воздухом. И когда огонь уже готов был слиться с соседней стихией, воздушный поток упёрся в магическую стену и исчез, а через мгновение та же участь ждала и огонь. Я не могла понять, почему же у меня не получается объединять свою волшебную силу в единое целое. Ведь предсказатель гурнов говорил, что так как адомий теперь всегда внутри меня, то его сила хоть и ослабла из-за небольшого количества, которое находилось в моём теле, но всё равно была достаточно большой, и её должно было хватать на объединение стихий. Что же я делаю не так? Я не могла ответить на этот вопрос.

Не знаю, сколько прошло времени, но вскоре я почувствовала, что некоторые физиологические потребности берут верх и грозят в любой момент преподнести мне неприятный сюрприз. Поэтому теперь меня занимала только одна мысль: кому-нибудь придёт в голову отвести меня в туалет? Когда сил терпеть почти не осталось, в шатёр вошёл Херокс с подносом еды. Он собирался мне что-то сказать, но я его перебила:

– Мне нужно в туалет!

Херокс хмыкнул, поставил поднос с едой на ковёр, а сам сел на край дивана рядом со мной. Он провёл рукой над моим запястьем, и я почувствовала, что магический жгут, который приковывал меня к постели, с лёгким щелчком оторвался от плотной ткани и обвил руку Херокса. Теперь моя правая рука и левое запястье моего пленителя были связаны необычными путами. Затем Херокс снял жгут с другой моей руки и сказал.

– Пойдём, я отведу тебя. Кстати, если захочешь походить или прогуляться, не стесняйся, зови меня или Катару, мы организуем тебе интересную экскурсию по лагерю.

Я ничего не ответила, просто встала с дивана и пошла за Хероксом, который тащил меня за собой, словно собачонку на поводке. Ощущения были не самыми приятными.

Когда мы вышли их шатра, то я увидела, что мы находимся недалеко от того места, где стояло основное войско Херокса мод магической защитой красноглазых телепаток. Я прекрасно могла видеть прозрачный светящийся купол, который атаковали множество ледяных стрел и острых как бритва снежинок. Защита Херокса держалась, и атаки Доуля не причиняли ей никакого вреда. Но я даже отсюда чувствовала напряжение и усталость красноглазых телепаток, которым приходилось явно нелегко, они отдавали все свои силы на поддержание купола. До лагеря атаки короля Ледяных гор не доставали, поэтому здесь было тихо и спокойно. Рядом с шатром, из которого мы с Хероксом вышли, стояли ещё несколько десятков подобных жилищ. В центре временного поселения горел большой костёр, над которым висел огромный котёл. В нём готовили пищу. У огня возилось несколько волшебников. На улице почти никого не было. Несколько магов стояли у своих шатров и разговаривали. Группа красноглазых телепаток занималась исполнением различных мелких поручений: кто-то шёл с ведром воды, кто-то нёс поднос с едой. Больше никого видно не было. Все животные, приведённые из Руворского леса, были под куполом или совершали мелкие набеги на вершину горы, где стоял Доуль со своим народом. Можно было сделать вывод, что в лагере не так уж много народа. Но неизвестно, сколько волшебников и телепаток находилось в шатрах.

Херокс привёл меня к месту, где жители лагеря справляли нужду. Я надеялась, что меня хотя бы здесь оставят одну, на какое-то время сняв магические оковы. Но не тут-то было, Херокс просто увеличил длину волшебной верёвки и отвернулся. Когда он проводил рукой над моим запястьем, то я увидела на его ладони небольшое чёрное пятнышко. Сначала мне показалось, что это обычная родинка, но я знала Херокса с детства и не помнила, чтобы у него на руке в центре ладони были какие-то родимые пятна. Присмотревшись повнимательней, я поняла, что это не просто точка. Это была магическая метка. В ней содержалась какая-то неведомая мне волшебная сила. Теперь было понятно, откуда Херокс брал свою необычную магию. Кто же наделил этой силой моего братца? Ответ напрашивался сам собой – Катара. Предводительница красноглазых телепаток была не просто союзницей Херокса, она зачем-то решила наделить его своей магией. Но что это за магия и какие у неё границы? Мне необходимо было это выяснить. Вот только как? От моих размышлений меня отвлекла боль в запястье. Я обернулась и посмотрела на недовольное лицо Херокса, который явно намекал, что мне давно уже пора сделать все свои дела и возвращаться обратно. Я не стала лишний раз злить Херокса, и через пару минут мы уже шли к шатру, где меня ждала еда. Только сейчас я поняла, как сильно проголодалась. Поэтому, когда мы вошли в шатёр, пользуясь тем, что Херокс не стал сокращать длину магической верёвки, я села на диван, взяла с пола поднос с едой и стала есть остывшую пищу. То, что еда была холодной, меня нисколько не волновало. Я ела быстро и с удовольствием. Херокс сидел рядом и молча наблюдал за моей трапезой. Когда я уже почти доела, Херокс вдруг резко встал с дивана, отобрал у меня поднос с остатками еды и сказал:

– Мне нужно идти. Я сделаю длину верёвки побольше, так что ты сможешь не только лежать и сидеть, но и вставать с дивана. На большее пока не рассчитывай, если будет что-то нужно, просто крикни, к тебе кто-нибудь подойдёт.

Сказав это, Херокс опять провёл ладонью над моими запястьями и вышел из шатра. Я хотела поинтересоваться, с чего такая спешка, но меня никто не стал слушать. Я опять осталась одна в большой комнате.

Так прошло четыре дня. Я целыми днями безуспешно пыталась освободиться от магических оков. Несколько раз в день ко мне приходил Херокс, приносил еду, отводил в туалет. Мы почти не разговаривали. На пятый день я уже отчаялась, понимая, что никогда не смогу сбежать. А вспоминая слова Херокса о том, что максимум через пять дней силы у короля людей Ледяных гор закончатся, я поняла, что это конец. Пол дня я проплакала в подушку, а затем просто отключилась.

Проснулась я от того, что на меня кто-то смотрел. Открыв глаза, я увидела, что на краю моего дивана сидит Катара. Она смотрела на меня своими пронзительными красными глазами, а рога на голове придавали ей зловещий вид. На этот раз Катара была одета не в красный, а в чёрный облегающий комбинезон, который подчёркивал каждую линию её стройной фигуры. Губы телепатки были изогнуты в презрительной ухмылке.

– Ты так всю жизнь проспишь. Собирайся. Хероксу совсем немного осталось для того, чтобы добить Доуля. Пора возвращаться домой. Так что, вставай и пошли со мной, – сказала Катара и уже собралась провести своей рукой над магическими оковами, чтобы привязать меня к себе. В этот момент я увидела у неё на ладони точно такую же метку, как и у Херокса. То, что эта отметина связывала двоих волшебников, не было никаких сомнений. Вот только какой была эта связь? Кто от кого зависел? Понятно ведь, что двух правителей у Тиерии быть не может, а я почему-то очень сильно сомневалась, что Херокс или Катара захотят делиться властью друг с другом. И если сейчас они об этом не думают, так как пока нужны друг другу, то потом вполне вероятно, что между этими двумя разразится борьба за власть. А мне нужно ускорить эту вражду, убедить их, что ждать уже нельзя, и постараться, чтобы один из них поскорее вонзил кинжал другому в спину.

– Катара, а ты не боишься, что после того, как Херокс пройдёт испытание в пещере Гелере и получит огромную силу, то он решит избавиться от тебя, как от сильного соперника? – спросила я с самым непринуждённым видом.

– В очередной раз убеждаюсь, что жители этой планеты особым интеллектом не страдают, – с издёвкой произнесла Катара. – Ты правда думаешь, что сможешь настроить нас с Хероксом друг против друга, а затем уничтожить оставшегося и спастись?

Я поняла, что спросила глупость, прежде чем что-то говорить, нужно сто раз подумать, а вот этого я как раз делать никогда и не умела, я всегда сразу же выдавала свои гениальные идеи, не потрудившись проверить, на столько ли они хороши. Я понимала, что шансов спастись нет, поэтому мне уже было всё равно. Ну да, не получилось настроить Катару на нужный лад. Я сильно недооценила телепатку из другого мира, нам же часто кажется, что если кто-то не такой как ты, то он обязательно глупее. Но я решила не отступать. Раз уж начала говорить глупости, то смысл останавливаться? У Катары уже сложилось впечатление обо мне, и в какой-то степени – это хорошо.

– Если честно, именно на это я и рассчитывала, – ответила я и увидела, что Катару немного удивил мой ответ, поэтому я продолжила в том же духе. – Ты же прекрасно понимаешь, что я не оставлю попыток сбежать от Херокса. Тебе от меня никакой пользы нет. Чувства Херокса ко мне тебя тоже скорее всего волнуют мало. Для тебя я только обуза: сейчас нужно следить, чтобы я не сбежала, а если я ещё в будущем рожу Хероксу наследника, который будет наделён всеми видами мужской и женской магии, то у тебя вообще не будет шансов установить свою власть над нашей планетой. В том, что вы в дальнейшем передерётесь, я почти не сомневаюсь, да и ты, я думаю, тоже. Просто это вопрос времени. И ты и Херокс будете ждать подходящего момента. И если я буду рядом с Хероксом, шансов у тебя победить будет гораздо меньше. Поэтому в ваши тёплые дружеские союзнические отношения я не верю. А, следовательно, мой вопрос достаточно логичен. Так какой смысл отрицать то, что очевидно: не ты, так Херокс рано или поздно попытается уничтожить другого, а моё наличие рядом с Хероксом делает твои шансы на победу минимальными.

– Ты ничего не знаешь обо мне и о моих планах на эту планету. Поэтому твоя версия, конечно, интересная, но не имеет никакого отношения к существующей ситуации. Мы с Хероксом не просто связаны на время войны, мы с ним в какой-то мере единое целое, так что даже не надейся на то, что мы с ним когда-нибудь станем врагами, – дальше Катара сделала паузу и очень пристально посмотрела на мой живот. – Я знаю, что ты прежде всего хочешь спасти своего ребёнка, но у тебя ничего не получится, я ни за что не дам ему родиться. И не важно, от кого он будет, от Херокса или от того черноволосого Хранителя. Кстати, какой у тебя срок?

Слова Катары привели меня в ужас. Она знала о моей беременности. Даже если Катара и не расскажет Хероксу об этом, то она сделает всё, чтобы мой ребёнок не родился. И в этот момент вместо страха меня охватил гнев. Я поняла, что из шатра выйдет кто-то один. Ни за что я не подчинюсь воле Катары, и плевать я хотела на магические оковы. Я даже не заметила, как у меня внутри резко стало распространяться магическое тепло. Ощущения были очень похожи на те, что я испытала в катакомбах орлиев, когда взяла в руки адомий. Я не призывала ни одну стихию, но чувствовала, что все они собрались внутри меня и представляют единое целое. Я заставила раствориться себя внутри этого жжения, я словно слилась с водой, огнём, воздухом и землёй. Я не просто их чувствовала, я сама стала стихией. Весь этот поток я направила в Катару, мне даже не пришлось шевелить руками, мне просто это было не нужно. Я осознала, что могу управлять стихиями только силой мысли. Огромный сгусток силы, бушующий внутри меня, резко вырвался наружу, даже не заметив преграды в виде магических верёвок, которыми меня сковал Херокс. Этот поток объединённых стихий с огромной скоростью врезался в Катару. Телепатка отлетела в сторону и потеряла сознание.

Я вскочила с дивана и пошла к выходу. Но как только я попыталась выйти из шатра, то всё помещение окуталось мелкой магической сеткой, которая представляла собой клетку, заполненную волшебной силой. Хероксу каким-то образом удалось скопировать принцип, которым пользовались фируанцы, клетка не пропускала магию ни внутрь, ни наружу. Я собрала побольше волшебной силы и ударила по переливающейся преграде, которая мешала мне покинуть шатёр. Удар был такой мощный, что мерцающая сетка рассыпалась мелкими брызгами, окатив меня с головы до ног своими распавшимися частицами. И в этот момент разлетевшаяся клетка превратилась в магическое пламя, которое окутало меня с головы до ног. Вокруг меня разгорался огненный кокон, который становился всё больше и больше, сжигая всё на своём пути. Я попала в ловушку. Огонь всё сильней и сильней сжимался вокруг меня, и я понимала, что буквально через несколько секунд превращусь в небольшую кучку пепла, если что-нибудь не придумаю. Херокс решил, что проще меня убить в случае побега, чем чтобы я досталась другому. Я уже начала ощущать, как пламя своими огненными язычками начало лизать мою кожу. Боль была страшная! Бороться с огнём было бесполезно. Тогда я решила сделать его частью себя. Хоть и знала, что пламя имеет искусственное происхождение и вряд ли захочет подчиниться мне, но всё равно попыталась слиться с огненной стихией. Я прекратила сопротивление и представила, что огненный кокон – это моя вторая кожа. Не знаю, как мне удалось, но я расслабилась и стала впитывать огонь в себя. Буквально через несколько секунд моё тело впитало всё пламя. К этому времени от шатра почти ничего не осталось, только немного в стороне лежало тело Катары, которое, к моему удивлению, нисколько не пострадало. Но мне некогда было размышлять, почему огонь не убил телепатку. Я образовала вокруг себя сильный воздушный поток и быстро полетела в сторону защитного купола Херокса.

К этому времени к сгоревшему шатру успело подбежать несколько волшебников и телепаток, но они ничего не могли сделать. Атаки стихий я просто впитывала в себя, зурусы отталкивал плотный воздушный поток, который закрывал всё моё тело. Да и волшебников в лагере было очень мало, все отправились штурмовать Ледяной город. Я видела, что защитный купол Херокса уже никто не атакует, Доуль исчерпал все свои силы. Мне нужно было как можно скорее добраться до короля людей Ледяных гор. Я боялась не успеть. Если ключ от Гелеры окажется у Херокса, то уже никто ничего сделать не сможет. Я быстро сформировала из плотных потоков воздуха небольшой смерч и с огромной скоростью полетела в сторону Ледяного города.

Когда я пролетала мимо защитного купола Херокса, который поддерживали своей силой красноглазые телепатки, то заметила, что под защитой почти никого не осталось, кроме приспешниц Катары. Подлетев к горе, где пять дней назад состоялась битва между воинами Доуля и монстрами Херокса, я увидела, что во всю идёт сражение. Но на этот раз вершину горы атаковали уже не только летающие волки, двухголовые кошки, змеи и кентавры, но и волшебники Варнабисса во главе с Хероксом, стоявшем немного позади своего войска. Он прежде всего пользовался некромантией, воскрешая мёртвых чудовищ и павших воинов короля Ледяного города. Впереди людей Ледяных гор стоял Доуль и уже из последних сил отбивал атаки врага. Магических сил атаковать защиту Херокса у короля уже не было. Доуль сражался огромным двуручным мечом, от лезвия которого в разные стороны расходились извилистые серебряные блики. Вот он одним ударом сразил сразу нескольких зомби летающих волков, а блики, исходящие от оружия, разрезали на мелкие части ещё несколько монстров, стоящих рядом. Ещё несколько плавных и быстрых движений, и десяток двуглавых кошек, покрытых серебряным свечением, бились в предсмертной агонии. Со своим королём сражались воины Ледяного города. Длинноволосых громадин было уже совсем немного. Большая часть войска Доуля была уничтожена. Подлетев поближе, я рассмотрела Рока, Тэрлу и Кила, которые сражались под защитой Сулы и Пита. Рок и Кил атаковали животных и волшебников Варнабисса зурусами, Тэрла во всю пользовалась огненными шарами и стрелами. Зурусы хорошо справлялись с монстрами, но волшебников достать не могли, так как у них была сильная магическая защита, а до Херокса и вовсе атаки не долетали. Хоть чудовищ из Руворского леса почти не осталось, волшебников у Херокса было очень много, не считая красноглазых телепаток, которые находились внутри большого защитного купола. Было понятно, что в любой момент у Херокса есть шанс отступить под надёжную защиту, а вот у Доуля людей почти не осталось, да и защита Сулы и Пита укрывала только Хранителей и Кила, на большее сил уже не хватало. Ещё пару часов и всё будет кончено. Доуль и Хранители прекрасно это понимали, но явно решили сражаться до конца, на их лицах можно было прочитать обречённую решимость: умереть с оружием в руках, а точнее с магией.

Я быстро достигла места сражения и опустилась прямо у защиты Пита и Сулы. Повернувшись к ним лицом, я спросила:

– Помощь не нужна?

Нужно было только видеть их реакцию. Сула, Пит и Тэрла смотрели на меня как на приведение, на лице Рока можно было увидеть сначала облегчение, а затем злость, я понимала, что злиться на меня есть за что. Зато Кил чуть не подпрыгнул от радости.

– Мэл, живая! Давай скорее к нам под защиту! – закричал брат и бросился ко мне обниматься.

Я быстро вошла под магический купол и обняла брата. Из-за плеча Кила я посмотрела на Рока, вид у него был очень мрачный. Тогда я отошла от брата и подошла к Рокату.

– Прости меня, я настоящая дура! – я хотела продолжить, но в горле застрял комок, который мешал говорить. Рок сначала серьёзно смотрел мне в глаза, а затем притянул к себе и крепко обнял.

– Дурочка! Я же думал, что больше никогда тебя не увижу! Зачем ты пошла под защиту Херокса? Ведь понятно было, что это ловушка!

– Я больше не буду! – пробормотала я, словно маленький ребёнок, и очень виновато посмотрела на любимого.

– А больше я уже и не переживу! – ответил Рок. – Так что, ты уж, пожалуйста, в следующий раз предупреждай меня, когда соберёшься сделать какую-нибудь глупость, чтобы у меня была возможность покрепче связать тебя и аккуратненько положить в какой-нибудь дальний уголок, чтобы никто не уволок.

Я хотела ответить, но в этот момент ко мне подошли Тэрла, Сула, Пит и тоже меня крепко обняли. Тогда я поняла, что у меня есть самые близкие люди, которые, несмотря ни на что, какие бы глупости я не совершала, всегда будут со мной рядом, поддержат и не будут лишний раз упрекать, даже когда стоило бы. Они меня принимали такой, какая я есть. И это было удивительно. С самого детства у меня был только папа, который любил и поддерживал, больше никого не было, ни друзей, ни подруг, ни любящей матери. А сейчас я потеряла отца, но приобрела настоящих друзей и любимого мужчину. А значит, есть ради чего жить и ради чего бороться. Именно тогда я поняла, что необходимо делать, когда мы доберёмся до пещеры Гелеры. Я приняла самое тяжёлое в своей жизни решение, и пусть не знала, сработает ли мой безумный план, но зато точно знала, что попробую, и будь, что будет.

Долго нам не дали радоваться встрече. Херокс, когда увидел меня и понял, что я сбежала, взревел раненым зверем. Он вышел вперёд своего войска, окутался чёрным коконом, защищавшим его от любой магической атаки, и начал формировать в руках тёмный светящийся шар. Глаза его были безумны. Было понятно, что сейчас последует мощная магическая атака. Защита Сулы и Пита не сможет продержаться под ударом Херокса и несколько секунд. Я чувствовала, что силы в будущей атаке так много, что она способна уничтожить нас всех одним махом. Не дожидаясь, когда Херокс воспользуется своим смертоносным оружием, я обратилась к четырём стихиям и быстро сформировала огромное магическое кольцо, которое переливалось всеми оттенками красного, жёлтого, голубого и белого. Мы с Хероксом атаковали одновременно. Его шар представлял собой огромный чёрный сгусток силы, от которого в разные стороны расходились мерцающие тёмные жгутики, их прикосновение явно не сулило ничего хорошего. Моё кольцо по размерам было не меньше шара Херокса. Два сильнейших магических оружия полетели на встречу друг другу. Оставалось только надеяться, что после их столкновения в радиусе нескольких километров останется хоть немного живых существ. Когда моё кольцо и шар Херокса встретились, произошёл страшный взрыв. Защита Пита и Сулы мгновенно развеялась, и мы все были отброшены сильной взрывной волной в разные стороны. Радовало только то, что Херокса и его волшебников ждала та же участь. Я сильно приложилась спиной о жёсткие камни и застонала от боли. Пит и Тэрла лежали без сознания, они явно неудачно ударились головой, но я надеялась, что удар был не смертельным. Рок приземлился на руку, которая теперь висела плёткой, явно показывая, что в ближайшее время она Рокату не помощник. Больше всего повезло Килу, он во время взрывной волны перекатился на бок и смог достаточно мягко приземлиться на землю, заработав только лишь ушибы и ссадины. Доуль и его воины пострадали меньше, кости людей Ледяных гор были намного крепче, чем у волшебников, да и болевой порог был гораздо ниже, поэтому многие из защитников Ледяного города были уже на ногах. Как только я смогла отвлечься от острой боли в спине, то увидела, как чёрный шар и моё кольцо с силой давят друг на друга. Сначала противостояние шло на равных. Но вскоре шар Херокса стал увеличиваться и сильнее теснить моё стихийное кольцо, которое становилось всё меньше и меньше. Я поняла, что несмотря на то, что научилась объединять стихии вместе, этого было недостаточно, чтобы победить Херокса. Без пещеры Гелеры я никогда не смогу одолеть своего главного врага. И как бы не было больно и обидно это признавать, мне всё равно придётся воспользоваться помощью пещеры. Но я уже решила, что буду делать, когда окажусь рядом с Гелерой.

К тому моменту, как стало понятно, что моя магия не сможет противостоять силе Херокса, Доуль уже пришёл в себя и подошёл ко мне. Я ещё лежала на холодной земле. Король людей Ледяных гор наклонился, чтобы помочь мне встать. Когда огромная четырёхметровая фигура склонилась надо мной, я увидела на шее Доуля ключ от Гелеры. Это был обычный серый ничем не примечательный камень с неровными острыми краями. В центре ключа было проделано отверстие, в которое была продета длинная металлическая цепочка. Король людей Ледяных гор снял цепочку с ключом со своей шеи и протянул мне:

– Я снял все ограничения с народа орлиев, поэтому сейчас открою портал в их земли, и они перенесут вас в Варнабисс. Бери ключ и с Хранителями отправляйся к Гелере, – сказал Доуль.

Я хотела возразить, ведь если мы сейчас уйдём, то Херокс уничтожит всех представителей людей Ледяных гор вместе с Доулем. Я видела, как Херокс уже встал и начал создавать новый смертоносный магический шар. У меня же сил почти не осталось. Доуль понял по моему лицу, что я собираюсь возражать ему, поэтому добавил:

– Быстрее! Ты уже ничем не сможешь помочь ни мне, ни моим людям! Но у тебя есть шанс остановить Херокса. А если ты останешься здесь, то наша жертва будет напрасной!

После этих слов я не стала спорить. К этому времени все Хранители уже пришли в себя и собрались рядом со мной. Я с помощью Доуля медленно поднялась с земли, взяла ключ и повесила себе на шею. В этот момент Доуль резко поднял руки кверху и что-то забормотал. Я видела, как его белые длинные волосы начинают разлетаться в разные стороны несмотря на то, что не было ни малейшего дуновения ветерка. Было тихо, очень тихо. Когда король Ледяного города перестал говорить на непонятном языке, перед нами открылся проход, откуда виднелась вершина горы, ведущая в земли орлиев. Оглянувшись, я увидела, что лицо Херокса представляет собой разъярённую маску. Он понимал, что все его надежды и мечты готовы вот-вот развеяться, стоит только мне вместе с Хранителями войти в открывшийся телепорт. Херокс, не дождавшись, когда его магический шар до конца сформируется, запустил его в нашу сторону. Но в этот момент я, Кил и Хранители вошли в открытый Доулем портал. В этот момент я отчётливо увидела, как прямо в меня летит чёрный шар, наполненный невероятной силой, но, когда атаке Херокса оставалось долететь до нас всего несколько сантиметров, портал закрылся, и мы с Хранителями очутились на вершине горы.

Следующую главу романа "Тиерия" читайте завтра во вторник 16 января.

Нравится роман? Помогите автору освободить время и создать условия для работы. Поддержите творчество Анастасии Морозовой денежным переводом с пометкой "Для Анастасии Морозовой".