Как известно, после своего не допуска на выборы Алексей Навальный объявил о том, что выборы президента РФ необходимо бойкотировать. Вроде бы это и понятная личностная реакция на то, что тебя на выборы не допустили, но адекватный ли это политический акт? Способствует ли он приближению "прекрасной России будущего", которую стремится создать Алексей Анатольевич?
Целый год Навальный вел предвыборную кампанию, создал сеть региональных штабов, регулярно устраивал по всей России встречи со своими сторонниками, а иногда и организовывал всероссийские митинги. И на вопрос "а что вы будете делать если вас не зарегистрируют" всегда отвечал, что этот вопрос он даже не рассматривает - поскольку единственной его целью является регистрация на выборах (а в дальнейшем и победа), только на эту цель он будет работать и добьётся победы благодаря общественному давлению. Многим сторонникам такая позиция нравилась: и звучит сильно, и эффект создает целеустремленного человека.
Но что теперь, когда "сильная позиция" наткнулась на более сильное сопротивление со стороны государства? Является ли таким же ярким политическим действием призыв к всеобщей забастовке?
Безусловно нет. Во-первых, получается что Навальный не достиг поставленной цели в достижении которой уверял сочувствующих ему граждан. Во-вторых, в отличии от позиции занятой им в 2011 году на парламентских выборах ( голосуйте за всех, кроме "Единой России" ) бойкот не приведет к снижению результата главного кандидата.
Но, почему же, не смотря на всю невыгодность данной позиции, Навальный настаивает на бойкоте? Поддержка любого другого оппозиционного кандидата могла бы гораздо серьезнее повлиять на итоги выборов 2018 года, но вся его предвыборная деятельность была сконцентрирована на продвижении его одного - безальтернативного лидера оппозиции. Поддержка другого кандидата теперь - сломает приобретенный статус. Можно сказать, что изначально сильная сторона кампании, эта всепобеждающая уверенность в успехе своих действий, теперь стала слабостью от которой невозможно отречься. Навальный стал заложником своей собственной позиции, которая теперь никак не способствует победе оппозиционных сил.