Зафигачив столицу своей империи непосредственно в устье Невы, Петр I, конечно, сделал доброе дело для потомков, которым теперь есть куда съездить, посмотреть на офигенно красивый город и повосхищаться. Но при этом царь как-то не подумал о том, что его столицу будет постоянно затоплять.
При этом сам Петр относился к тому, что на проведенных им «першпективах» регулярно плещется вода с юмором. Так, в 1706 году он писал Меншикову:
«Третьего дня ветром вест-зюйд такую воду нагнало, какой, сказывают, не бывало. У меня в хоромах было сверх полу 21 дюйм, а по городу и по другой стороне по улицам свободно ездили в лодках, однако ж недолго держалось, менее трех часов. И очень было потешно смотреть, что люди по кровлям и деревьям, будто во время потопа, сидели, не только мужики, но и бабы. Вода хотя и велика была, беды большой не сделала»
Но остальные жители новой столицы, кроме государя-императора относились к перспективе затопления не с таким весельем и как-то почти без энтузиазма.
В 1720 году на улицах Петербурга появился один пророк, сделавший зарубку на дереве. Он заявил, что 23 сентября, в день Иоанна Предтечи будет наводнение, которое разрушит весь город. У Петра на этот счет имелось свое мнение. Поэтому пророка поймали и надавали ему горячих кнутом – «наделали насечек много пониже намеченной им высоты наводнения». Но, как говорят, пророк оказался прав и немного позже предсказанной даты наводнение таки состоялось.