С пятого класса я разговариваю на языке жестов, и во всех стычках между глухонемыми и уралмашевской братвой в детстве я всегда выступал в качестве переводчика. Язык жестов я выучил очень просто. В пятом классе, познакомившись на уралмашевской горке с тремя глухонемыми парнями - моими ровесниками, пригласил одного из них к себе домой. Мы сидели на кухне, ели батон с маслом, посыпанный сахаром и общались по бумажке - писали друг другу. С тех пор завязалась дружба, и они стали учить меня их языку.
Через пару месяцев я уже бегло мог разговаривать пальцами и жестами. С тех пор язык жестов навсегда засел в моем сознании, и я до сих пор могу одновременно говорить сам, и повторять сказанное пальцами. Памятуя мое знание чешского и словацкого языков, многие друзья предполагали, что я наверное многое упустил, отказавшись в свое время от обучения в Ленинграде, куда меня направляли вне конкурса по направлению обкома КПСС, как ведущего телепередачи "15 минут по-чешски". Учиться я отказался узнав,