Что делать, если вы вдруг оказались в одиночестве на острове (в лесу, в пустыне, в степи — подставьте нужное). Несколько вредных советов от девушки-робинзона, которая выпала из тонущего катамарана.
Это был мой первый в жизни сплав, начало которого проходило как в увлекательных рассказах более опытных товарищей — веселье, общее дело и большое предвкушение. До места добрались отлично, собрали катамараны, погрузились и двинулись навстречу приключениям. Первую половину дня плыли по гладкой и медленной воде, любуясь красотами берегов и жизнерадостно флиртуя друг с другом. Ближе к вечеру начались первые пороги, которые мы должны были легко и непринужденно преодолеть перед ночевкой.
Что именно пошло не так, я лично не поняла, только догадалась об этом, когда остальные занервничали. Открыла рот, чтобы спросить, но не успела: меня толкнуло, подбросило, перевернуло и швырнуло в воду. Тут-то я и пожалела, что вообще рот открывала — в него немедленно залилась вода, и я забила руками и ногами, захлебываясь. Когда я наконец немного пришла в себя, никакого катамарана видно не было, только плыли впереди какие-то обломки. Ну все, конец! Катамаран разбился, мои товарищи погибли, а я сейчас утону. Хотя я же в спасательном жилете. Значит, замерзну насмерть! Как в «Титанике»...
Я закрыла глаза и начала умирать. Но через несколько секунд мне стало по-настоящему холодно и пришлось изо всех сил забарахтаться. Нет, умирать неприятно, лучше подгрести вон к тому островку впереди справа. Может, еще удастся спастись. Но если вы точно вознамерились умереть, как прекрасная героиня какого-нибудь романа, ни за что не барахтайтесь! У вас должно быть два выхода: или прекрасный принц на белоснежной яхте, или благородная смерть.
Течение удачно принесло меня к берегу и я выползла, отплевываясь, на необитаемый остров. Н-да, с учетом нашего климата тридцать семь лет тут не протянуть. С другой стороны, судоходность реки давала мне больше шансов, чем Робинзону. Однако через несколько долгих минут мысль о смерти от переохлаждения ко мне вернулась. Ветерок, который при сухой одежде казался теплым, теперь пронизывал до костей. Ну вот и всё... Если не переохлаждение, то двухсторонняя пневмония — и прощай, молодость.
Я кое-как стянула мокрые тряпки, развесила их на ветках и укуталась в единственную относительно сухую вещь — спасжилет. Хотя укуталась — это слишком громко сказано, просто обернула его вокруг себя. Вот теперь, когда я замерла у кромки воды, на меня навалилось полное осознание случившегося. Все умерли, и я тоже скоро... На глаза навернулись слезы, в памяти мелькали картины прошлого. Кстати, если окажетесь в подобной ситуации — обязательно так же поумирайте. Это очень полезно, начинаешь ценить жизнь как никогда.
Так прошло еще несколько минут. Ветер крепчал, как говорится, я продолжала синеть. Все привлекательнее казалась мысль забраться вглубь островка под защиту деревьев. И ветра там меньше, и голые мои телеса на всю реку не сверкают. А то вдруг мимо будет проплывать не принц, а разбойник? То бишь какой-нибудь недобросовестный рыболов, который может воспользоваться моей беззащитностью. И я поковыляла от реки. Внимание! Если вы твердо настроились погибнуть, никуда не ковыляйте, сидите на месте, а то еще найдете какой-нибудь рыболовецкий балаган с печкой, дровами, спичками и прочими благами цивилизации. Прямо как я.
Затопив печь и укутавшись в не очень чистую, но зато сухую штормовку, я поняла, что уже можно начинать разводить коз и искать Пятницу — жизнь-то налаживается. Главное — не идти на берег, чтобы никакой мимопроходящий фрегат вас не подобрал и не доставил на материк. Ко мне, правда, приплыл всего лишь катамаран с такими же туристами, как и я, но более удачливыми. Они взяли меня на борт, и за поворотом реки нам открылась чудная картина: мои товарищи возле поврежденного катамарана. В такой момент у вас есть последний шанс выпасть за борт и утонуть, но я уже утомилась от подобного досуга, поэтому предпочла объятия и крики радости. Они-то тоже думали, что я погибла.
