Самый известный карикатурист страны побывал перед Новым годом в Доме художника в Екатеринбурге!
И оставил выставку.
Автор приезжал на открытие выставки.
"Областная газета" взяла у него интервью:
Виктор Богорад: между графикой и юмором
В екатеринбургском Доме художника в рамках III Всероссийского фестиваля графики «УРАЛ-ГРАФО» открылась персональная выставка иронической графики Виктора Богорада. Этот автор — один из самых известных карикатуристов нашей страны, в 80–90-е его работы распространялись как политические листовки. Художник впервые за творческую карьеру приехал в Екатеринбург, чтобы познакомить уральцев со своими избранными произведениями.
В экспозиции — 24 графических произведения Виктора Богорада, созданных с 1998-го по 2016 год. «ОГ» обсудила с художником место карикатуры в современном художественном пространстве.
— Виктор Борисович, как вышло, что ваши рисунки стали частью политического процесса?
— Это было во время перестройки. В газете мои карикатуры печатались на первой полосе и все были посвящены тому, что происходит в России. Видимо, это было в точку, раз их вырезали и использовали как листовки. Я даже лично видел, как это происходило.
— Современное графическое искусство — это многообразие направлений, техник и манер. Какое место в этом ряду занимает сегодня жанр карикатуры?
— Очень сложно сказать. С одной стороны, газеты не только у нас, но и по всему миру после случая с «Шарли Эбдо» не очень стремятся печатать карикатуры. Редактора начинают думать о последствиях; пожалуй, к карикатурам никогда в мире не относились так внимательно. С другой стороны, этот жанр не стоит на месте: развивается, становится серьёзней, тяготея больше к графике. Но элементы юмора остаются и никуда не пропадают. То, что делаю я, критики называют «артун». Вместо «картун» — карикатуры: артун — карикатура, которая потеряла одну букву и находится между серьёзной графикой и юмором.
— Можно ли сказать, что карикатура сегодня вытеснена такими видами интернет-практик, как демотиваторы или мемы?
— К карикатуре очень серьёзное отношение, по крайней мере в мире. Галереи продают карикатуру и стараются преподнести её как графику, что серьёзней. Я в одной галерее в Швейцарии видел, как висели рядом работы немецкого карикатуриста Раука и Шагала, и картина первого стоила дороже второго. Извините, но это фантастика. Сейчас карикатура — это картинка, которая не угнетает. Чаще всего там есть юмор и ироничное отношение, которое преобладает в современном обществе. Поэтому сегодня в Интернете популярны такие вещи, как фейк, фотожаба. И мы видим, что это всё не с пустого места берётся. Да, жизнь усложняется, требует напряжения — и этот юмор помогает выжить. Можно сказать, реакция организма на возникающие трудности.
— Пожалуй, самый нерешённый вопрос в художественных кругах: карикатура — это часть искусства?
— Карикатура безумно хочет стать искусством в нашей стране. Потому что в других странах она — уже его часть. Она стоит дорого, под неё есть музеи — и государственные, и частные, галереи, а в России нет музея карикатуры (первый Музей карикатуры открылся вчера в Екатеринбурге. — Прим. «ОГ»). Нет ни одного заведения, где обучали бы её созданию. Мне кажется, в России такое отношение из-за сложившегося мнения, что карикатура — это несерьёзно. Якобы не искусство вовсе, а элемент пропаганды. Карикатура и пропаганда, можно сказать, неразрывные явления, но вся карикатура этим не исчерпывается. А у нас всегда именно борьба за идеалы, справедливость, поэтому и существует карикатура в рамках какого-то недоискусства. Так сложилось во многом из-за того, что нет серьёзных критических работ по карикатуре на русском языке, институций, где бы это собиралось и изучалось. Есть под Санкт-Петербургом музей Щерба. Был такой карикатурист, в основном практически даже шаржист, но надо понимать, что это было ещё до Первой мировой войны.