Говорят, человек видит лишь то, что уже сам знает. Будто вся человеческая жизнь есть непрерывное сравнение поступающих данных с уже существующими, сохраненными, разложенными по полочкам. В большей степени это есть узнавание, то есть ускоренное, автоматизированное восприятие. Сам предмет восприятия не играет при узнавании особой роли – он быстро заменяется укороченной формулой, которую легко себе представить. Стоит лишь назвать эту самую формулу, и вот уже этот самый сложный, многослойный объект предстает перед внутренним глазом как нечто совершенно простое и понятное.
Хотя сравнение с внутренней базой данных не всегда является чистым узнаванием (ведь нам иногда легче понять что-то за счёт сравнения, то есть понять одно через другое, тем самым получая более качественное представление о чём-либо), речь так или иначе идёт именно о представлении, не о объекте как таковом. Именно наше представление и есть всё то малое, что осталось от нашего восприятия. Дело в том, что активное восприятие вещь очень сложная, напряжённая, потребляющая много энергии – инстинктивно мы пытаемся его вовсе избежать, нацепляя ярлыки: представления, готовый результат восприятия.
Проблема ярлыков заключается в их устаревании. Мир, в котором все вещи получили ярлыки и который больше не подвергается нашему активному восприятию, или другим словом – исследованию – это очень скучный, усохший, неподвижный мир.
И здесь может помочь искусство. Искусство, которое"остраняет", то есть делает вещи странными, замедляя, осложняя наше пассивное восприятие, заключающееся по умолчанию в считывании ярлыков, сравнении данных. При помощи искусства мы можем попытаться именно увидеть мир. Не просто взглянуть на него из другой перспективы, а, отказавшись усилием воли от слепоты, увидеть своими собственным глазами.
Написано под сильным влиянием работы В. Б. Шкловского "Искусство как прием".