В 1926 году, в сентябре, состоялось «танковое» совещание командования Красной Армии и Орудийно-Арсенального Треста. Основная тема, как нетрудно догадаться, была посвящена оснащению армии Советского государства новыми образцами боевой техники. Были выработаны более конкретные требования к танкам, способах их применения, а также, из зарубежных аналогов, как наиболее близко отвечавший заявленным требованиям, выбран французский танк «Рено», неплохо проявивший себя по опыту Первой Мировой и Гражданской войн. Впрочем, «Рено», конечно был выбором, что называется «на безрыбье»: красные командиры отмечали, что недостатков у него никак не меньше, чем достоинств – он тяжелый, медлительный, сравнительно «близорукий» (эффективная дальность боя ок. 400 м), и неоправданно дорогой (в 36 000 рублей обходилась сборка одного «Русского Рено»).
Задача была предельно ясна: Советскому Союзу нужна новая боевая машина, танк, наподобие «Рено», но качественно превосходящий его по всем параметрам. Надо сказать, что к этому времени работы по созданию «первого советского» танка уже шли – ещё в 1925 году КБ Орудийно-Арсенального Треста изучив итальянский опыт танкостроения начали эксперименты по проектированию. Поэтому, уже меньше, чем через год после «танкового» совещания 1926-го, в марте 1927 сборочный цех завода «Большевик» покинул первый образец, под индексом Т-16.
Т-16 был определенно шагом вперед – быстрее, чем «Рено», к тому же легче и дешевле в производстве, однако и конструкторские просчеты, и ужасное качество сборки (больше всех удивлялся конструктор двигателя, глядя на сборочные цеха – у рабочих не было даже приборов измерения влажности) сводили на нет все его достоинства.Сами испытания проводились 11-17 июня 1927 г. в Подмосковье, и ограничивались только пробегом по пересеченной местности, так как орудие на Т-18 ещё не установили (в башне стоял металлический макет). Несмотря на весьма серьезные проверки, МС-1 выдержал их с честью и был рекомендован для принятия на вооружение.1 февраля 1928 г. поступил заказ на изготовление в течение двух лет 108 танков Т-18 для нужд РККА. Первые 30 танков были изготовлены на средства ОСОАВИАХИМа и приняли участие в параде 7 ноября 1929 г. в Москве и Ленинграде под неофициальным названием «Наш ответ Чемберлену», как воплощенное подтверждение строк:
Дави Империализма Гиену
Могучий Рабочий Класс!
Вчера были танки лишь у Чемберлена,
А нынче есть и у нас!
До апреля 1929 года выпуском МС-1 (Т-18) занимался «Большевик», затем присоединился и Мотовилихинский Машиностроительный завод. Однако дела с освоением производства шли туго, и в 1929-м массовое производство манков Т-18 развернуть не удалось: из заказанных 133 танков было с сдано только 96. Тем не менее, Мотовилихинский завод осваивал танк и в 1929-30 гг. план выпуска Т-18 был увеличен до 300 единиц.Пока армия ждала новых танков, испытания первых образцов Т-16 и Т-18 продолжались. Т-16 был передан в распоряжение Ленинградского военного округа (командующий — М.Н.Тухачевский), где в течении 30 августа — 6 октября 1928 г. участвовал в испытаниях новых типов противотанковых препятствий. Для сравнения вместе с Т-16 в этих испытаниях принимали участие также «Рено», «Рено русский» и английский «Рикардо» (Mk V).Испытания показали, что серьезными препятствиями для МС-1 могут стать « …окоп полного профиля, трапецеидальный ров, аркан и якорь на тросе ..,», которые не являлись таковыми для танков других типов (кроме совсем уж негодного «Рено русский»), впрочем Т-18, должен был быть от этих неприятностей избавлен.МС-1 (Т-18) принял участие в такой же проверке осенью 1929 г. (17 октября — 19 ноября). Главным препятствием для него стал трапецеидальный ров шириной более 2 и глубиной более 1,2 м, из которого танк не мог выбраться самостоятельно. Не спасла положение и установка второго «хвоста» — «удлинителя» танка спереди – ров был преодолен, но закрыт обзор водителя.
Вот так вот, наши старались делать лучше!!!