Демон курит. Медленно, смакуя каждую затяжку терпких сигарет, и выпуская в воздух дым, пахнущий куда приятнее, чем чувствующаяся повсюду гарь. В изодранной рубашке, он сидит на земле, оперевшись спиной об остатки стены чьего-то дома, вдыхает дым и грустно усмехается. Над городом летают истребители, слышатся взрывы и звуки ломающихся построек. Слышатся крики. Демон вздыхает, прикрывая янтарные глаза.
Напротив него сидит человек, привыкший звать себя Охотником за Нечистью, и смотрит на Демона со смесью грусти и удивления во взгляде. У человека, кажется, серьезные раны, и он даже не пытается шевелиться и уходить в более безопасное место.
— Знаешь… — хрипло говорит он, смотря в почерневшее от дыма небо. — Я всю жизнь посвятил охоте на все, что не человек, но теперь… Хах…
Демон выпускает колечко дыма и понимающе кивает.
— Никогда не думал, что будешь умирать рядом c тем, чей род ненавидишь?
— Я не… Ненавидел вас. Мой дед был Охотником, мой отец им был. Я считал, что так правильно. Ловить ведьм, прогонять демонов. А сейчас… Кх… — человек кашляет кровью, заляпывая ей и без того грязную одежду. — Вчера я видел, как Ведьма погибла, чтобы спасли человеческого ребенка. Я задумался… А вы ли на самом деле нечисть….
Демон цокает языком и разводит руками.
— Люди не могут жить без войн. Каждое столетие — одно и то же. Я столько раз это видел, и столько раз еще увижу. У тебя, человек, редкий дар видеть нас такими, какие мы есть, но ты потратил его на то, чтобы изгонять. Вы, люди, всегда решаете проблемы силой, никогда не пытаясь поговорить. Признайся, ты думаешь, что все мы, рогатые и хвостатые, пришли из места, под названием Ад и принимаем облик человека, чтобы кому-то навредить?
Человек молчит, и демон качает головой, смотря на свои руки, покрытые короткой черной шерстью.
— Нет в этом мире ни Ада, ни чего-то еще. Мы все когда-то были людьми. Сотни, может, тысячи лет назад. Мы, согрешившие в прошлой жизни, получили проклятие на всю жизнь, видеть свое уродство в зеркале и жить вечно. Мы условно зовемся демонами, но это нет так. Это, — демон прикасается когтистой ладонью к растущим вдоль головы рогам, — наши отметины, чтобы мы никогда не забывали, что сделали плохое в прошлом. Что причинили кому-то боль. Мы живем веками, и я еще не нашел что-либо, способное нас убить. Я уже столько раз подставлялся под снаряды, под ножи и пули. Думаешь, демоны лезут к таким, как ты, потому что хотят убить? Как раз наоборот.
Человек слушает, смотря в грустные янтарные глаза демона, слушает молча, жадно глотая слова, надеясь хотя бы перед своей смертью узнать всю правду.
— Демон никогда не сделает зла снова. Но люди… Посмотри на это, человек, — демон кивает в сторону тлеющего здания и черной воронки, оставшейся от снаряда, — очередная война, и ради чего? Человеческие технологии прекрасны. Их музыка, их искусство. Оно великолепно. Но сами люди… Ты правильно думал, человек. Не нас надо звать нечистью.
— Теперь уж я это понимаю… — смеется человек, сквозь боль, потому что любое движение затрагивает раны. — Ясно…
И человек умирает с ироничной улыбкой на губах, осознав, что был неправ всю жизнь. Демон докуривает сигарету и тушит окурок о холодную землю.
— В людских войнах настоящими людьми остаются только демоны… — говорит он сам себе.
Где-то наверху слышится свист падающего самолета.