Хотел накидать пару строк,
Но вырос целый рассказ.
Сделал только шаг за порог,
И вот уже другая страна.
Каждый из нас что-то не смог,
Прежде всего из-за нас
И, в конечном счете, итог:
Голос внутри получил резонанс.
А что тот голос? Обрывки кинолент,
И тлеют угольки в огне
Несбывшихся надежд, что покрывают пятнами
Рубашку - последней из одежд,
И глаза-пуговки кипят на ней.
Иди на свет.
Иди на свет.
Иди на свет.
Зачем? Чтоб вырваться из темноты?
Переходя на бег,
Переходя на красный,
Переходя на "ты"?
Напрасно.
Ведь в каждом ангеле инкуб.
Цепляясь за соломинку,
Мы тянемся, не важно: моё или твое,
Мы тянемся к тому, чего не достает.
Так молчаливый жаждет выйти в свет,
Познать лучи прожекторов, улыбок и оваций,
Он жаждет перестать стесняться
Ровно настолько, насколько потерявший детство перестать взрослеть;
Ровно настолько, насколько солнцу хочется остыть во мгле.
И чьим-то неудачам всегда хоть кто-то будет рад,
Пославший к черту все, на самом деле-то ждет бумеранг.
И как бессонному необходимо нежиться во сне,
Так сильно бесконечно темному захочется на свет.
Где грусть замком повесят молчаливым,
Там комом к горлу шар тоски подступит.
Где на воздыханья "I believe in",
В подсозанье эхом лишь "So stupid"
И там где нежности приливы
Кулак вдруг сменит, что крепко сжат, летящий в скулу.
Вот там проявится все естество,
Проявится вся нравственность, напыщенность всех действий.
Тогда рассвет, прорвавшись сквозь занавеси лезвием
На шестиутренность падет,
Нежданно, как любовь, негаданно, как волшебство,
И вроде бы не нужно больше слов.
Но более не тешится, а рвет, как тигр,
И мироточит как иконы,
И с хитрицой улыбка Мона Лизы той с картины
Раздуется тот шар и лопнет, и уколет.
И там где пустота внутри
Все скажут за тебя глаза.
И если все-таки прорвется крик
Все то, что сможешь ты сказать:
И кто все бросил к черту, назад ждет бумеранг.
Тату на сердце атеиста - "Верьте".
Возможно мы стремимся умирать,
Лишь потому что в жизни не хватает смерти.
Больше стихов здесь