Вскоре после того, как телевизионщики отбыли обратно, а оставшиеся очаги сопротивления подавили окончательно, мы на вертолетах убыли обратно, на базу 3-й роты в Иньянге. К этому времени солнце уже почти село. Всем было понятно, что мы оставались на базе до утра. Мы слонялись у вертолетов и ждали наших офицеров – они ушли договариваться насчет кормежки и ночлега. И тут до нас как-то дошло, что парни из 3-й роты, которые нас днем осаждали, сейчас что-то не видно. Если бы мы только тогда знали почему! Мы уже умаялись ждать наших командиров (хотя на самом деле прошло всего-то минут 20). Тут они появились и с ходу заинтриговали нас одной фразой: «Парни, у вас есть выбор». Мы опешили: в армии слово «выбор» применимо к рядовым в принципе не применяется. Короче, они нам объяснили, что в Монклере (популярное место отдыха с кучей заведений в Джулиасдейле, примерно в 40 километрах) проходит акция: «Вечер – за 10 центов». Ну и наши офицеры заняли для нас денег у офицеров из 3-й роты, а также договорились насчет транспорта туда и обратно.
Мы приходили в себя от такого шока (нам предоставили выбор(!), мама моя!) – и тут нам офицеры пояснили, что это все не просто так, а на определенных условиях. Если мы хотим туда поехать, то мы, соответственно, отказываемся от ужина в столовой 3-й роты, а во-вторых, у нас есть 30 минут, чтобы принять душ и привести себя в порядок – потом машины уезжают. Тут еще что необычно было – в увольнения нас отпускали только при полном параде: т.е. чистая отглаженная камуфляжная форма (парадно-выходная), форменный ремень, берет, отполированные ботинки и т.д. Само собой, сержант проверял, насколько мы чисто выбриты и коротко пострижены. На операциях же мы были одеты кто во что горазд – точнее кому как удобнее – и даже близко не стояли рядом с обликом образцового легкого пехотинца с плаката. Так что мы обалдели еще и от этого – что поедем тусоваться ровно в том, в чем были.
Естественно, от такого предложения отказываться дураков не нашлось, и все единогласно закричали: «10 центов!!!», после чего помчались искать ближайшую душевую. К этому времени уже полностью стемнело. Когда мы, наконец, эту душевую нашли, то к превеликой досаде обнаружили, что в целях соблюдения мер безопасности, все источники света на базе в ночное время были отключены – в том числе и помывочный блок. И еще одно – парни из 3-й роты, памятуя о нашей заносчивости (ну мы же были элитой, Легкой Пехотой, а не какой-то там пехтурой), узнав от своих офицеров, что мы остаемся в их расположении на ночь тут же израсходовали весь запас горячей воды. Мыться ночью на ощупь под холодной водой – удовольствие сомнительное, но вдобавок, нам не дали ни мыла ни полотенец. В общем, камуфляжный крем мы не смыли – всего лишь размазали его более тонким слоем по телу и лицу. Вместо полотенец мы использовали наши футболки, шорты и комбинезоны – их же потом и надели на себя. Ну а далее, как были, в полной выкладке, т.е. в обвесах и с оружием погрузились на грузовик и направились в Монклер.
В Монклере выяснилось, что щедрость наших братьев по оружию из 3-й орты воистину была «безгранична»: на каждого бойца пришлось аж по 2$ — на которые он мог ни в чем себе ни отказывать. Нас это правда не смутило – мы с энтузиазмом направились в казино Монклера. Когда мы туда ввалились, то присутствовавшие там уставились на нас, мягко скажем, с удивлением: разинув рты и в гробовом молчании. Ну, мы-то, как легкие пехотинцы, давно привыкли к тому, что гражданские к нам относятся с определенной степенью неприязни. Да, видок у нас был, конечно еще тот: загорелые сурового вида парни, с оружием и в форме. Но чтобы вот так вот нас встречали – это уже было как-то чересчур. Чуть позже выяснилось, что несколькими месяцами ранее на это казино пытались напасть гуки – и неожиданное появление вооруженной до зубов банды с перепачканными лицами посетители расценили как очередное нападение. Страх Божий у них читался на лицах крупными буквами.
Оружие и обвес мы свалили в огромную кучу в углу казино. Я был чудовищно голоден, подозвал официанта и заказал себе пиво и сэндвич – что обошлось мне в доллар. Утолив голод, я уселся за стол с блэкджеком, вытащил второй оставшийся доллар и попросил фишек по 10 центов. На что крупье мне тут же выдал одну долларовую. Я поинтересовался – а что тогда подразумевалось под «Вечер за 10 центов»? Он любезно ответил, что это правда чистая – только касается рулетки и игральных автоматов с покером. Просить деньги назад было как-то позорно, так что я поставил фишку и попросил сдавать.
К моему глубокому удивлению эту сдачу я выиграл – а за ней следующую, и еще, и еще, и еще, и так далее, просто без конца. Карта пёрла фантастически! Понятно, что на эти деньги парням была тут же заказана выпивка. Последнее что я помню – то что я сижу один за столом, играю одновременно на несколько рук, а за моей спиной толпятся наши парни и азартно следят за игрой. Проснувшись утром на базе, я обнаружил в карманах довольно приличную сумму денег и кучу фишек.
Поскольку по правилам мы обязаны были прибыть в Гранд-Риф как можно скорее (боевого дежурства никто не отменял), то из расположения 3-й роты мы вылетели как только солнце едва показалось над горизонтом. В полете я дико замерз, сидя у двери – не говоря уже о жесточайшем похмелье. Но несмотря на головную боль и затуманенный взгляд, я помню, как я опять наслаждался красивейшим пейзажем: долины, залитые туманом, как молоком, и из этого моря торчат конические вершины зеленых холмов.
Ну и в качестве постскриптума: еще спустя несколько недель после этого приключения, ко мне то и дело подходили самые разные парни и вручали обратно мелкие суммы денег со словами: «Спасибо за то, что одолжил тогда денег в казино». Говорят, что у каждого есть какой-то особый день в жизни, когда абсолютно всё складывается в его пользу. Ну, можно со всей уверенностью сказать, сказать, что тот день для меня был самым удачным….
