Бывший министр экономического развития Алексей Улюкаев, которого накануне суд приговорил к восьми годам колонии строгого режима, рассказал о том, как прошла его первая ночь в СИЗО.
Пока приговор не вступил в законную силу, Улюкаев отбывает заключение в Федеральном изоляторе № 1, который также называют «Кремлевский централ». Помимо бывшего чиновника, в нем содержатся 103 человека.
Отмечается, что многие заключенные выразили желание стать соседями Улюкаева и помочь ему адаптироваться, однако бывший министр попросил об одиночной камере.
Если это возможно, я бы хотел остаться хоть на какое-то время один. Мне будет психологически трудно, если в камере появятся новые люди.
Алексей Улюкаев
Такую возможность ему предоставили на 10 дней, пока длится карантин. По истечении этого срока одиночное содержание возможно только по медицинским или психологическим показаниям.
Улюкаев добавил, что, хотя у него не было иллюзий по поводу приговора, он не ожидал, что будет арестован в зале суда, так как по закону приговор не вступает в законную силу до апелляции. «Я мог бы остаться на домашнем аресте, ведь за все время я ни разу не нарушил условия», — пояснил он.
Бывший министр рассказал, что условия заключения кажутся ему терпимыми, но выразил недоумение по поводу некоторых правил — например, запрета на ношение часов.
«Ведь жизнь тут идет по распорядку, а как его можно соблюдать, если нет времени?» — удивился он. Также журналисты расспросили его о питании, сне и состоянии здоровья, жалоб со стороны Улюкаева не последовало. «Все в порядке. Быть в одиночестве сейчас для меня большая ценность, чем все остальное», — заверил он.
Замоскворецкий суд Москвы в пятницу вынес решениепо самому громкому делу о коррупции за последние годы: экс-министра приговорили к восьми годам колонии строгого режима за получение взятки в два миллиона долларов от главы «Роснефти» Игоря Сечина.
Дополнительно 61-летнему Улюкаеву — самому высокопоставленному осужденному взяточнику в современной истории России — был назначен штраф в 130 миллионов рублей и восьмилетний запрет работать на госслужбе после освобождения.
