**
Иду мимо остановки, на которой сидит тихий дедушка, и вдруг мир вокруг взрывается благоуханием – то ли «Шипра», то ли «Красной Москвы», то ли жидкости от потливости ног.. с веточкой повилики.. Пристально всматриваюсь в дедушку - похмелялся он, что ли? Вроде, нет. Тогда, может, этот дворник с метлой и в оранжевом жилете? А как же коран?
Нет, надо верить людям. Вон за углом парфюмерный магазин «Новая Заря».
**
По узкому чумазому проезду медленно крадется тойота, а вдоль тротуара так же медленно летит белый пакетик. То подлетит к дороге, подрожит, потрепещет, то отскакивает под ноги прохожим, потом несмело опять сворачивает к дороге – и вот медленно, но непоколебимо укладывается прямо под тойотины колеса. А ведь вензель на нем – АВ, а не АК.
**
Надо бы изобрести специальную смартфонную клавиатуру для дам с маникюром. Потому что даже с ногтями длиной всего пол-сантиметра какой-то происходит сбой прицела. Целишь в «е», а попадаешь в «п», ловишь «х», а вытаскивается «д». И так все время. Когда печатаешь быстро, получается лютая шифровка.
Воот. Можно же даже не спецклавиатуру делать, а аналог Punto Switcher, который будет эту абракадабру переводить на человеческий. Для правой руки, для левой, для сантиметровых и двухсантиметровых ногтей – разные поправки. Или у меня одной такие кривые ручки, а остальные справляются?
**
В витрине Bosh – холодильники и стиральные машины, и среди этого блеска и белизны – мольберт с большим холстом «Завтрак аристократа» (в масштабе 3:1). Это вот к чему? Мол, в таких машинках можно отстирать даже красные атласные шаровары? Или будь у аристократа такой большой холодильник, аристократ бы в нем нашел на завтрак что-нибудь получше, чем кусок черствого хлеба? Короче, ворон и конторка..
**
На первом канале государственного ящика разнузданный дядька как-то по-ларёчному сипло вещает: «ему вся это стремная движуха со внешними конфликтами очень в тему, чтобы отвлечь народ от внутренних проблем..». Смысл этого посыла, в общем, не вызывает возражений, но вот лексика..
Ааа, да, передача была, разумеется, про Трампа.
**
Почти бегом летит по двору лохмато-очкастый бородач, громко толкуя в телефон: йес, он дэ сэйм плэйс, анде де стоун…
Интрига!
**
Метро сегодня бодрит санитарно-гигиенической тематикой.
Вот лежит на всю лавочку тетенька-бомж – под головой сумка, под лавкой – сиреневые резиновые боты, вокруг пустота, несмотря на утреннюю толпу; в вагоне остались только самые насморочные. А ведь так, наверное, и выглядит полная внутренняя свобода?
На одной из следующих остановок в вагон входит дяденька-бомж – огромные кроссовки, черное пальто, в руках – пакет «Ароматный мир».
На обратной дороге рядом со мной на лавочке устраиваются юные студенты не знаю чего и с увлечением принимаются разглядывать на планшете большущие и яркие «папулы со вдавленным центром» и прочие «язвы Ханнера».
**
Шикарная колоритная тетка – большая, крепкая, настоящая, как Нонна Мордюкова из «Родни» - в половине девятого утра дергает и дергает дверь магазина «Ирокез».
Когда она на минутку отступает, видно, что под верхней табличкой притаилась вторая - «Гринбукет», а в руке у тетки оказывается сверток, из которого торчат какие-то стебли.
Уф, ну, тогда ладно.
**
У Серпуховке микротолкучка; бабулька в валенках топчется возле перевернутой картонной коробки с надписью «ШИПОВНИК БОЯРЫШНИК КАЛИНА». На коробке расположились облепиха, чеснок, грибы.
Ха, а зато перед визовым центром Греции в чумазом снегу вокруг колонн крыльца торчат бутылки с оливковым маслом и жестянки с оливками (без названий). Тоже продаются.
**
Витрина кондитерской. Среди мишуры и золоченых шаров – огромный деревянный Щелкунчик. Рядом с ним – горка безешек. Не орехи, нет. Ну, что.. Стареем, брат!
**
Иду по Полянке мимо ресторана «Бургер-дог», кафе «Вино-и-бургер», бистро «Бургер’з» п направению к «БургерКингу» и думаю, в какое все-таки интересное время проживаем мы все ж.
Для меня вот ужасно много нОвостей. К примеру, что голос теперь по-настоящему предоставлен народу, стоит только глянуть в сеть, в бесчисленные ее форумы – и вот он, истинный vox populi. Правда, частенько вспоминается опыт профессора Преображенского, но все равно удивительно же. Все могут слышать всех, никакого ценза нет – сословного, возрастного, образовательного. Просто «Blow Horn!», как пишут индусы на капотах машин.
Или еще – что троллинг стал нормой жизни, важной и полезной жизненной компетенцией, а не уродливым поведенческим отклонением.
Или еще – что в жизнь пришли психологи, исправлять наши кривизны. Это ж тоже новость и прогресс, потому что раньше вопросы правильности пути решались в поле идеолого-религиозном, а теперь – еще эвон как.
А еще – что курить на улице нельзя теперь. Два мужика идут и говорят серьезно и озабоченно – а тут курить-то по дороге можно? Или заберут? Ну, не знаю. Там сколько-то метров от метро зона? Помнишь, на площади проходили «Смоук бар», наверное, там можно было..
**
Ой. А попалась мне тут в сети Мария, наоборот, Тонких, которая пишет про «избегание нересурса как профилактику обезличивания учеников». А я так не умею.
**
Вскакиваем в вагон метропоезда «Москва – город, где творится история» - и оказываемся напротив огромного фото обложки книги «Описание земли Камчатки. С приложением рапортов, донесений и других неопубликованных материалов». И тут Москва примазалась! Степан Крашенинников, оказывается, москвич был.
Камчатка, эх. И в столовой сегодня кижуча жареного давали.
**
Ой, а юный дедмороз у метро Чкаловская (шелкова бородушка, шелков халатик) – он обрызган еще еловым ароматизатором. Такая освежительная аура вокруг него. Только чего он делает там – так я и не поняла. Скидочные купоны, что ль, раздает.
