Было это в те не далекие времена, когда наша страна не была еще партнером Америки не стояла перед ней на четвереньках. Но имела возможность крепко дать супостату по зубам. А в драке, как известно, бывает всяко, могло и отскочить. Поэтому нас готовили и к обороне. К гражданской обороне. Обычно раз в месяц группами человек по 15 снимали с работы и весь день либо в бомбоубежище ,либо в городской поликлинике читали лекции.
О том как нужно оказывать помощь пораженным в очагах применения оружия массового поражения. В частности атомного. Жуткую я вам скажу картину рисовали нам. Развалины, горы трупов, всевозможные раны и травмы. А мы (наша сандружина) где то пересидевшая нападение врагов вброшены в этот ад должны были оказывать помощь всем нуждающимся. Мы быстро привыкли ко всему этому и откровенно скучали. Иногда нас вывозили на природу в какие ни будь развалины. И там мы одетые в специальные балахоны в противогазах, учились оказывать помощь раненым. Врачам читавшим лекции эти мероприятия видимо были тоже не в радость и они обычно где то после обеда распускали нас по домам . Был май, самое начало, нас собрали в поликлинике.
Я приехал туда на своем «Москвиче» и оставил его во дворе, а не у дороги. Во время очередного перекура все вышли во двор. Ребята стали подшучивать надо мной, увидев что возле моей машины отираются двое парней. Дескать сейчас мы уйдем, а они колеса сопрут. Как обычно нас распустили пораньше. Спешу к машине. На душе все равно остался осадок от шуток. Обошел вокруг, нет все в порядке. Ничего не снято все на месте. Вообще то всякое бывало. Сажусь, завожу мотор. Он заводится, как то странно застучав. И тут же я явственно услышал стон. Прислушиваюсь, нет больше не слыхать. Думаю показалось. Трогаюсь и тут же стон, нет скорее вопль врезается мне в уши. Глушу мотор и выскакиваю из машины. Первая мысль: те двое парней подсунули мне под машину ребенка и я его раздавил! Бросаюсь на землю и заглядываю под машину. Ни кого и ни чего. А у меня не рук не ног, ведь я слышал! Тут стоны возобновились и я уловил, что идут они из мотора. Поднимаю капот и вижу довольно жуткую картину.
Там все в кошачьем пухе, а сам кошак зажат между аккумулятором и вентилятором . Причем досталось ему крепко. Бок разодран по голове тоже настучало ,глаза выпучены и все в крови. Видимо залез на поддон поближе к теплому двигателю погреться, а когда я завел движок, кота за шерсть прихватило ремнем вентилятора и пропеллером отделало. Зажало его так ,что не сняв аккумулятор кота не освободить. Как только я пытался его ухватить кот орал как душа грешника в аду. Тут вижу идет один из наших сандружинников. Ну думаю спасен! Сейчас мы вдвоем эту проблему решим . Ведь нас учили как разбираться с толпой раненных и умалишенных. Что нам разорванный кошак. Зову, он подходит и увидев все это, сам у меня на глазах превращается в зеленый труп, правда пока живой.
Вылупив глаза и беспорядочно маша руками, он испаряется в пространстве. Опять один. Начинаю откручивать аккумулятор, а там все в окислах и эта дрянь сыпется на раны и в глаза Василию. Блажь стояла жуткая. Что характерно НИКТО не подошел, хотя боковым зрением я видел мелькавшие фигуры. Когда я убрал аккумулятор, котяра сам выскочил из моторного отсека и довольно резво хотя и боком умчался в кусты. Какова его дальнейшая судьба я не знаю. Но остался вопрос: А если завтра ВОЙНА?