Жить каждый момент, как последний

Мне было тринадцать, когда в летнем лагере я познакомилась с восьмилетним мальчиком из районного детского дома. Он любил сидеть у меня на коленях и трогать мои волосы, называл меня мамой, играл в нашей комнате, пока вожатая его отряда искала «потерявшегося».
Из лагеря я уезжала в слезах.
Дома рассказала маме, но усыновление не было вариантом. Всё, что я смогла, это доставать воспоминания о нём и мысленно с ним разговаривать.
⠀
Видимо, зачем-то было нужно, чтобы мы встретились снова.
В мои шестнадцать после перенесённой операции я приходила в хирургическое отделение шатурской больницы: то на осмотр, то за справкой для школы. В один из визитов я долго ждала врача у приемной и уже собралась уходить. В тот момент из палаты напротив вышел худенький рыжий мальчик. Я уставилась ему вслед. Когда он возвращался, сказала: «Привет. Мне кажется, я тебя узнала. Ты Лёша Попов, да?». На следующий день мы вместе ели M&M's, болтали, молчали. Я ушла, сжимая в руках бумажку с номером телефона детского дома.
⠀
По записанному номеру я позвонила не сразу. Однажды решилась. «Его забрали», – быстро ответили мне и повесили трубку. Это порадовало, но думать я о нём продолжала: нашла в интернете его рисунок, позже — страницу во ВКонтакте. Проверяла её редко, не оставляла сообщений, но каждый раз желала счастья парню с сигаретой на фото.
⠀
Однажды я разбирала закладки в браузере и нашла ссылку на знакомый профиль. Посмотрела: та же аватарка, по-прежнему мало фотографий. Привычно пожелала счастья и закрыла страницу. А потом что-то заставило открыть её снова и прокрутить вниз. Спам-записи, оповещения от игр, снова спам, а ниже — «помним, любим, скорбим», «пусть земля тебе будет пухом».
⠀
Я смотрела в одну точку экрана, пока не очнулась от грома внутренней растерянности.
У одного из тех, кто оставил поминальные записи, спросила о произошедшем. В ответ — «пил, курил, с сердцем плохо стало».
⠀
Лёша Попов, рыжий мальчишка, который когда-то любил сидеть у меня на коленях и трогать мои волосы, умер летом 2016. В девятнадцать лет.
⠀
Я не знаю, могла ли я сделать что-то, чтобы было иначе. Но получила однозначный сигнал о том, что нужно делать сейчас. Жить. По-настоящему. На чистовик. Каждый момент. Для себя и других.
⠀
Вечная, бесконечная память, Лёшка.