Черный принц, рыцарь или король? От невозможности понять творческого человека, мы часто стремимся навесить на него какой-то ярлык, отнести его к понятному для нас явлению.
Теодор Курентзис – всемирно известный дирижер, худрук Пермского театра оперы и балета. Обычно журналисты не ограничиваются только этим описанием. Каждый стремится дать какое-то свое определение: черный демон, Гамлет и проч. Мы часто поступаем так по отношению к выдающимся людям, пытаясь их талант как-то соотнести со своим представлением о мире. Ведь намного легче дать Теодору определение «демонический», чем, например, вникать в суть его дирижирования.
Как верно подметил Борис Берман, в беседе с Курентзисом, что не только ответы интервьюируемого характеризуют его личность, но и в свою очередь вопросы характеризуют того, кто их задает.
Проследим это на примере четырех передач:
1. «Детали». Ведущая Тина Канделаки, 2006 год
2. Qubuz France. Ведущий Марк Зисман, 2014 год
3. «На ночь глядя». Ведущие Ильдар Жандарев и Борис Берман, 2016 год
4. «Энигма». Ведущая Ирина Никитина, 2017 год
Каким видят Курентзиса ведущие этих программ?
Берман и Жандарев считают его способным дирижировать пермской властью;
Канделаки определяет Курентзиса как гламурно выглядящего представителя массовый культуры;
Никитина называет его загадочным, мистическим, настоящим гостем «Энигмы»;
Зисман общается с Курентзисом только как с представителем музыкального мира, не затрагивая другие темы.
Исходя из представления о нем, Теодор Курентзис строит свою линию поведения и выбирает коммуникативную стратегию в общении с журналистами.
«На ночь глядя» 2016 год
Жандарев и Берман, по отношению к Теодору используют определения: «за вами записывали, у вас, видимо, был свой биограф», «как вы его заполучили в Пермь, спрашивать не буду: пусть это останется вашей тайной», «видно ваш авторитет в руководстве Пермского края выше» и др. Относясь к Теодору Курентзису, как к всемогущему дирижеру, способному в любой момент отказаться от выступления и «ничего не заплатить за свою свободу», журналисты применяет к нему коммуникативную стратегию манипулирования. Используя, например, речевую тактику выуживания информации:
Берман: Вот если был бы зал дирижерской славы <…>, какие бы вы имена назвали? <…>
Курентзис: Вообще я бы разрушил этот зал. Имею ввиду, что это глупо. <…> Мы ничтожество перед бесконечностью
Жандарев: Но вы можете назвать имена тех дирижеров, которые работают сейчас в России, кого вы особенно уважаете.
К: Вы знаете, я уважаю всех дирижеров <…>
Ж: Но я читал про вас, что однажды вы <…>, глядя на афишу выступления в Москве, сказали: «О, там этот и этот. Если это дирижеры, то я не дирижер». Вы были так категоричны в своих высказываниях.
К: Наверное, я был прав, в том смысле что я немножко… У меня разный подход <…>
Как можно заметить, Курентзис, используя тактику умалчивания, уходит от ответа на вопрос. Надо сказать, что делает он это всегда мастерски. Это подметил еще Александр Гаррос в своем очерке о дирижере в журнале «Сноб» за 2011 год:
Ведущие передачи «На ночь глядя» известны своими провокационными вопросами. Внимательно наблюдая, мы можем понять, что в разговоре с ними Курентзис очень сдержан и холоден в поведении, ненавязчив в коммуникации и уклончив от близкого контакта. Ученые относят такой тип поведения к стратегии отстранения.
Напряжение в общении с Берманом и Жандаревым присутствует и за кадром. Это можно заметить на фотографии, где Курентзис мертвой хваткой вцепился в бокал.
Можем предполагать, что эта коммуникативная стратегия использована Курентзисом, чтобы держать себя под контролем и не позволить ведущим поймать себя на крючок. Например, в эпизоде, когда Ильдар Жандарев приводит слова Аллы Демидовой о работе с дирижером, то мы можем наблюдать, как Теодор сдерживает свой порыв улыбнуться:
Или не дает себе вволю посмеяться над собственной шуткой:
А вот так, например, выглядит его смех в передаче для Qobuz France:
Берман и Жандарев, в рамках стратегии манипулирования, также используют такие речевые тактики как прерывания собеседника и провокация:
Курентзис: Я молился за всех людей, которых знаю. Это очень хорошая практика, я вам тоже предлагаю: сидишь три часа…
Берман (перебивая): Я не православный.
Курентзис: Но неважно. У каждого человека есть своя вера. И даже неверующий может молиться.
Излюбленной же речевой тактикой Курентзиса в этой передачи можно назвать тактику кооперации. Постоянно повторяя фразы: «как вы знаете», «у всех людей» и др. Можно сказать, что этим он стремится убрать границу между собеседниками, показать, что мы с вами на одной стороне.
В целом можно сказать, что в этом интервью, Теодор Курентзис как всегда стремится быть предельно искренним, но в тоже время контролирует себя, чтобы не сболтнуть чего-то лишнего, не поддаться на провокацию ведущих.
«Детали», 2006 год
Стратегию манипулирования в своем общении стремилась использовать и Тина Канделаки. Плюс к этому она прибегла к стратегии «перевоплощения». Своим зрителям ведущая пообещала вечер откровений. И добивалась она этого специально подчеркивая разрыв в знаниях, стремясь показать себя «незнайкой», «дилетантом». Вот так выглядит их диалог в самом начале передачи:
Канделаки: я помню горящие глаза моей подруги, очень модной гламурной девушки, которая мне сказала: «Ты не представляешь, кто такой Теодор! Я говорю…
Курентзис (перебивая): Я покончу с собой, если…
Канделаки (перебивая): Нет, ну правда, я сейчас не придумываю.
Курентзис: Мне не нравятся гламурные девушки.
Канделаки: Но она очень умная при этом!
Курентзис: Только это и нужно было сказать.
Фраза Теодора «Я покончу с собой» является речевой тактикой драматизма. Ее можно отнести к стратегии агрессии. Это проявляется и в том, как он смотрит на собеседника:
Канлделаки: Внешне, я могу с полностью ответственностью вам говорю, вы выглядите очень гламурно. В хорошем смысле этого слова. Сейчас не убивайте меня взглядом, пожалуйста.
На последнюю фразу Теодор отреагировал улыбкой. И мы можем говорить, что совместно со стратегией агрессии он использует стратегию избегания конфликта.
Еще один из примеров использования Теодором стратегии избегания конфликта. Тина Канделаки неправильно называла фамилию гостя в начале: то «Куртензис», то «Курзентис». После видеоролика, где фамилию Теодора произнесли как Курентзис состоялся диалог:
Канделаки: Я только сейчас поняла, что правильно Курентзис, да? Правильно ударение?
Курентзис: Как хотите – главное чувствовать.
Канделаки: Мне хочется Тедди. Ласково. Но нельзя же.
Курентзис: Можно и Костя.
Где-то в середине передачи Тина Канделаки назвала Курентзиса представителем массовой культуры. Теодор не стал спорить. Придерживаясь стратегии ухода от конфликта, он просто сменил свою позу на закрытую – скрестив руки и ноги. Через какое-то время, как Канделаки сказала, что на «Хованщине» ей скучно, пришло время ответного шага от Теодора. Прибегая к речевой тактике осуждения, он сделал укол в сторону ведущей. И в итоге закрытую позу приняла уже Канделаки:
Курентзис: Опера ‒ это какая-то психологический спортзал, который нужно донести. Вагнер, например, который вам, наверняка, будет скучен.
Также он часто делал ей замечания о неправильном использовании термина «классическая музыка».
Но в целом интервью закончилось на положительной ноте. Одной из излюбленных речевых тактик Курентзиса в общении с журналистами является речевая тактика приведения примера. Причем примера близкого для собеседника. Так, в этой передаче, зная, что Тина Канделаки грузинка, говорит о пении на грузинском застолье. Что невероятно поразило ведущую:
Канделаки: Теодор, объясните откуда вы столько знаете? Я не понимаю… Про Грузию-то!
Курентзис: Я как Джеймс Бонд: It’s my business to know.
Qoubuz France, 2014 год
Речевую тактику приведения примера Теодор Курентзис использует и в передаче для Qubuz France. В разговоре с французом Марком Зисманом он использует сравнение своей жизни в России 90-х, с жизнью в Париже 20-х годов 20 века. Также при разговоре о европейских городах, говорит, что Париж самый красивый.
В общении с журналистом Курентзис расслаблен, дружелюбен, положительно эмоционален, использует открытые позы и жесты. Т.е. использует коммуникативную стратегию близости . Поведение ведущего, хоть он и за кадром, указывает на то, что он использует ту же стратегию.
В рамках этой стратегии Курентзис открыто не соглашается с точкой зрения собеседника, а не уходит от ответа. Может быть секрет такой коммуникации кроется в том, Марк Зисман хорошо разбирается в музыке. Поэтому Курентзис позволяет себе называть имена музыкантов, интерпретации, которые ему нравятся и не нравятся, в отличии, например, от его общения в «На ночь глядя».
Правда такая стратегия может плохо сказаться на интервью в целом. Ведь из-за полного восхищения собеседником и невозможностью таким образом прервать его речь, гость может ловко перехватить инициативу у ведущего и диалог в итоге превращается в монолог. Используя речевую тактику иллюстрирования, Теодор Курентзис, подтверждал свою мысль многочисленными образными примерами. В итоге, интервью затянулось и сам интервьюируемый откровенно заскучал. Об этом говорят его жесты: он начал собирать с себя несуществующие пылинки.
«Энигма», 2017
Иногда, используя речевую тактику иллюстрирования, Теодор Курентзис может и совсем уйти от темы (как осознанно, так и неосознанно). Например, в передаче «Энигма» отвечая на вопрос об оркестре и хоре MusicAeterna, он долго говорил об энергии, которая циркулирует между людьми при общении, а после перешел на воспоминания о «прекрасных временах, когда мы жили без телефона и интернета» и потом долго рассуждал об анонимности общения в сети. Ведущая Ирина Никитина вынуждена была прервать затянувшийся монолог и вернуть собеседника к разговору о музыке, так как передача посвящена именно этой теме.
Коммуникативную стратегию Теодора Курентзиса в передаче «Энигма» можно описать как нечто среднее между избранными им стратегиями в передачах «На ночь глядя» и интервью для Qobuz France: он дружелюбен, положительно эмоционален, но в тоже время сдержан и соблюдает дистанцию. Можно предположить, что он выбрал именно эту поведенческую модель из-за того, что Ирина Никитина в самом начале передачи поставила перед собой цель открыть героя по-новому, разгадать его «образ». В итоге Теодор Курентзис здесь слегка ироничен и его общение можно отнести скорее к стратегии сотрудничества.
В отличии от резкого несогласия с мыслью собеседника в передаче «Детали», здесь он это делает очень мягко и деликатно, используя речевую тактику компромисса:
Никитина: Вам не напоминает, вот даже в образе «Петербург и Афины. Афины – это тоже город, который возник не так давно и построен, в общем-то из деревни вокруг Акрополиса. И тоже декорации получились.
Курентзис: Вообще Афины и Петербург – это два города, по-моему, которые ничего общего не имеют с остальными городами. Т.е. я не знаю город, как Афина.
Чаще других тактик, Курентзис использует здесь тактику доверительности:
· Говорит о дорогих сердцу местах в Афинах, куда приглашает ведущую: «Я знаю в Афинах места… Я надеюсь, что мы сможем встретиться там и я вам покажу места»;
· Сам предложил рассказать историю о конкурсе, который он не прошел: «Но… В общем… Что мне сказать по поводу этого конкурса? Хотите, я вам историю расскажу, что было тогда?»
· Стремится быть откровенным: «Я вам честно скажу, я бы не хотел… Если бы мог не быть дирижером, а быть композитором. Я бы предпочел это» и др.
В итоге сама Никитина, в конце передачи, так описывает их беседу:
«Теодор, я благодарна вам очень за это интервью. Оно красивое, оно яркое. В каждый дом, через телевизор, куда оно войдет, оно открывает новые пространства, новую территорию: где музыка и любовь».
В заключении хотелось бы перечислить не упомянутые выше речевые тактики, которые Теодор Курентзис использует почти во всех своих интервью:
актерское перевоплощение:
юмор:
внесение элемента неформальности (произносит жаргонизмы):
тактика интеграции («Как вы знаете», «Вы помните» и др.),
отстранения от себя (говорит о себе в 3-м лице):
Таким образом, выходит, что Теодор Курентзис, в общении с журналистами может использовать различные линии поведения. Выбор коммуникативной стратегии зависит от многих факторов: начиная от цели разговора, поставленной журналистом, заканчивая тем, насколько собеседник силен в музыковедении. Для реализации коммуникативных стратегий Курентзис использует различные речевые тактики. К наиболее частотным можно отнести: тактики иллюстрирования, актерского перевоплощения и умалчивания.