Белоруссия сделала свой выбор и громко об этом заявила, при этом почти идеально минуя все подводные камни.
Как известно, Минск в последнее время метался, пытаясь усесться сразу на несколько стульев, и неоднократно приседал в недвусмысленных реверансах перед Европой. Вполне возможно, что Александр Лукашенко просто пытался вырвать выгодный бонус у европейских партнёров, но он не мог не понимать, что за любой «подарок» будет нужно платить и Брюссель рано или поздно заберёт своё. Поэтому действия Минска на западном фронте, естественно, вызывали определённые опасения даже у самих белорусов. Как бы то ни было, поклоны западу и показательная поддержка Украины оказались лишь игрой, и свою твёрдую позицию Александр Лукашенко продемонстрировал ещё в сентябре, игнорируя истошные вопли европейских «друзей» об опасности учений «Запад-2017» и угрозе вторжения российских войск с территории Белоруссии.
Накануне позицию Белоруссии по отношению к Европе повторно (для особо непонятливых) озвучил глава министерства иностранных дел Владимир Макей, подводя итоги саммита ЕС Восточное партнёрство. Дипломат заявил, что Минск не рвётся сломя голову в Европейский союз, хотя и приветствует развитие двухсторонних торгово-экономических связей. Белоруссия уже является членом Евразийского экономического союза и намерена принимать всестороннее участие в его развитии.
Макей подчеркнул, что во внешней политике Беларусь сейчас ставит во главу угла тему диверсификации, как уже не раз заявлял Александр Лукашенко. При этом важнейшим партнёром Минск считает Россию и ЕАЭС, и не намерен в ближайшем будущем менять свою позицию. Европа же всегда будет второй в этом списке, какими бы заманчивыми перспективами ни «блестела» евроинеграция и последующее вступление в ЕС.
Вот так дипломатично и категорично, глава МИД Белоруссии расставил все точки над i и поставил Европу на своё место. На фоне некоторого охлаждения отношений с Брюсселем и усугубляющейся конфронтации с Украиной, которую Минск и поддерживал только чтобы удовлетворить лидеров Евросоюза, заявление Макея звучит как предостережение для Европы. Брюссель слишком настойчиво толкал Белоруссию в свою яму (превращающуюся, в итоге, всё равно в подобие украинской). Минск же окончательно пресёк дальнейшие инсинуации и официально заявил о верности России.