наше детство - это наша память, те яркие картинки, которые в ней остались. кто-то помнит первые атракционы, кто-то первую ссору с родителями. а я запомнила большую ванную комнату, в которой кроме меня голышом стоят ещё десять девочек, все ждут своей очереди, когда няня намылит общим мылом и польет тебя из шланг теплой водой. тогда мне впервые было стыдно. стыдно, что на меня смотрят, стыдно было смотреть по сторонам самой.
чуть позже я осознала, что живу я в интернате. я только из книжек узнала, что дети живут с папой и мамой. у нас же были воспитатели и няни вместо родителей. воспитатели водили нас на уроки в школу, няни - укладывали спать.
Я помню, когда приезжали комиссии из министерства. На нас надевали красивые платьица, заплетали банты. Кормили так вкусно, что ночью от непривычки болел живот. Комиссия уезжала - праздник заканчиваля.
В 12 лет я отважилась на серьезный разговор с заведующей. Подошла к ней, потянула за халат.
-У меня есть родители? - спросила.
-Да! Они сдали тебя в дом ребенка, когда тебе было 5 месяце.
Я отошла от нее. Меня переполняла радость. Я не сирота. Я была уверена, что мои родители хорошие, просто так получилось. И когда я выросу, я непременно их найду. Как-то в интернат приехала женщина. Бизнес вумен. Ее сумка была битком набита разными сладостями. Девченки из нашей группы бросились к ней с криками "Мама! Мама!" - обступив ёё со всех сторон. Но я-то знала, что эта тетка никакая мне не мама. Я одиноко стояла у окна и наблюдала за радостной возней своих подруг. Я задумалась и не заметила, как ко мне подошла наша "благодеятельница".
-Почему ты не подходишь ко мне?
-Вы мне никто! У меня есть мама и папа.
Женщина молча протянула мне ее адрес.
Пришло лето. Мои долгожданные родители не давали о себе знать. И воспитатели начали собирать нас в психиатрическую лечебницу. Не так много было детей, у которых не нашлось бы добрых родсвенников, желающих забрать их на лето. В первый раз нас на каникулы отраправляли в дурдом. Я была так напугана, что с трудом высидела обед. Я вбежала в спальню, бросилась к кровати, нащупала под матрасом конверт с адресом "благодеятельницы". Потом я подошла к стене и украдкой оторвала кусок обоев.
"Заберите меня к себе! Я не хочу в дурдом" написала я по детски просто.
И как не странно через две недели за мной приехали. Имя моей спасительницы было Елена - "светлая". Она привезла меня в свой дом: кормила, одевала, подолгу разговарвала со мной. Она отвезла меня в сентябре обратно. Но теперь каждые каникулы я проводила с ней.
Через два года, окончив интернат, мне так же не было куда идти, как и в всем кто вырос со мной в этих родных казенных стенах. Теперь двери нашего дома были широко распахнуты в неизвестность. Кажется не было в мире такого места, где бы нас ждали.
Елена как и раньше забрала меня к себе, только на этот раз навсегда.
Спустя десять лет, я думаю о ней, о том, что у нее есть тысяча недостатков и один самый главный плюс. Все эти годы я ей нужна. Спасибо тебе, Елена.