роман Неноев Ковчег глава 5

Сна не было. Он лежал в темноте, смотрел в потолок и перебирал в памяти события прошедшего дня.

- Зачем она притащила с собой Галю? – недоумевал он.

Шло время, а ясности в их отношениях не прибавлялось. Раньше он знал двух Альбин:

Строгую, неприступную, помощницу Богданчика, и ещё одну, - нежную, ласковую, понимающую с полуслова. Такую близкую, такую родную…

Теперь появилась третья.

- Всё равно она будет моя. – Внушал себе он. – И я сделаю всё, чтобы она об этом не пожалела. Может быть меня и занесло сюда чтобы мы встретились?

Что-то нужно будет придумать экстраординарное. Ещё раз чем-то поразить, удивить, и она «капитулирует»,… сдастся на милость...

Был у него в запасе ещё один эффектный фокус….. Рискованный надо сказать…

По крыше домика зашуршали капли дождя. Где-то далеко ударил гром. Глухие раскаты прокатились по окрестности. Потом ещё раз, и ещё.

Кирилл встал, прикрыл окно. За противомоскитной сеткой ему померещилось лицо Альбины. Он встряхнул головой, подумал: - У меня уже «глюки».

- Открывай скорее, не видишь, дождик начался. - Шепнул призрак знакомым голосом.

Кирилл бросился к двери. Она вошла, вся мокрая, повисла у него на шее. Он обнял её, спросил: - Ну и как, выдержал я твоё испытание?... Сколько их всего будет?.. Три?...

- Прости, я действительно вздорная. Мы могли провести этот день вдвоём, а я взяла с собой Галю. Я уже сама жалею об этом, а Галя, так вообще, сказала что я «дура набитая». Наверное, она права. Со мной что-то происходит. Мне с тобой так хорошо, комфортно. Я забываю обо всём на свете, а когда остаюсь одна, меня вдруг начинают мучить сомнения. Вдруг для тебя это только игра, я привыкну к счастью, а ты меня бросишь?

Со мной уже такое было, я больше не хочу.

- Глупенькая. - Он прижал её к себе, провёл ладонью по волосам. Они были влажными. – Ты вся промокла, простудишься ещё. Быстро раздевайся и под горячий душ, а я пока заварю чай.

- Я не хочу чая, я хочу, чтобы ты меня согрел. Мне нравятся твои руки, сильные и такие нежные, ласковые. Я соскучилась по ним.

Он не стал ещё раз упрекать её Галей и сегодняшним днём, уложил в постель, укутал одеялом. Мокрую одежду отнёс сушится, на кухню, под вентилятор.

- Иди ко мне. - Позвала Альбина, когда он вернулся в комнату. – Только не спеши, я немного согреюсь. Просто обними меня,… крепко, крепко…..

Кирилл нырнул под одеяло, укрыл её так, что виднелся только нос, прижал к себе.

Она уткнулась ему в грудь, жалобно спросила: - Зачем ты меня сегодня обидел?

- Это была маленькая месть. Ты меня тоже сегодня обидела, и очень сильно.

- Тем, что привела с собой Галю?

- Нет… Ты позволила себе предположить, что я бросаюсь на каждую, подвернувшуюся бабёнку….. Зачем ты отпустила её со мной в хижину? Это притом, что она была практически голая. Признайся,… это была провокация?

- Прости меня, пожалуйста. Я подумала, что если ты меня любишь, то ничего не произойдёт, а если тебе нужен только секс, то….. Галя это умеет лучше….

- Так, подожди. Что про тебя там Галя сказала?... В её словах есть доля правды.

Аля, я нормальный, ещё не старый мужик. И я не скрываю, что мне нужна женщина. Но!.. Меня в этом плане, интересует только одна, единственная, совершенно конкретная женщина. Только с ней я хочу засыпать и просыпаться в одной постели, трогать её локоны, просто смотреть в её глаза. Быть счастливым только оттого, что она задремала на моём плече. Одинаково с удовольствием вместе с ней ходить в театр, и…. на рынок за картошкой.

Мы взрослые люди. Давай и поговорим об этом как взрослые.

Скажи мне честно, тебе в моём характере что-то не нравиться?

- Да нет, если бы было так, я бы к тебе не пришла.

- Я не устраиваю тебя как мужчина?

- Ну что ты? мне с тобой очень хорошо.

- Что же тогда между нами происходит? Почему ты сегодня одна, а завтра будешь совершенно другая,… чужая, холодная.

- Такого больше не будет. Я обещаю – Она нежно поцеловала его в губы. – А хочешь, я рожу тебе ребёнка? Я ещё не старая, я могу…. Ты кого хочешь, мальчика или девочку?

- Очень хочу!… И мальчика и девочку, и конечно же ты не старая, а совсем наоборот… ты у меня такая красавица….

- Ой, - Вдруг встрепенулась Альбина. – а мы успеем их вырастить? Поставить на ноги?

- Конечно успеем. Мы будем вести здоровый образ жизни, никогда не будем сориться и проживём долго, долго…. Мы ещё внуков дождёмся.

- Да… Мы будем водить их в Зоопарк. У меня квартира на Пресне, это рядом.

- Обязательно… Только жить мы будем за городом. У меня есть участок, в очень живописном месте, недалеко от Москвы. Мы построим дом, большой, двухэтажный. А вокруг дома будет сад.

- А как же наши дочери? – Вдруг вспомнила Альбина.

- Мы их познакомим, и они подружатся…. В нашем доме будет два этажа, на втором этаже будет много спален. Они будут приезжать к нам вместе со своими мужьями, потом с детьми. Это будет и их дом тоже.

- А на первом у нас будет гостиная с камином и большим круглым столом, за которым поместятся все. Мы будем собираться на праздники, а на Новый год ставить ёлку,.. настоящую, из леса. Хорошо? – Мечтала Альбина.

- Нет. Ёлку мы посадим перед домом. Она вырастит большая, большая. На Новый год мы будем украшать её лампочками.

- А если мы все-таки поссоримся?….. Я иногда бываю резкой, потом жалею.

- Специально, для таких случаев, мы заключим брачный контракт…. Настоящий, всё как полагается…. Заверим его у нотариуса.

В нём будет всего один пункт: Никогда не ложиться спать не помирившись!

- Замечательно!.. Я согласна!

Их сумбурный, перемежающийся страстными поцелуями, разговор скорее можно было назвать «протоколом о намерениях» чем действительно планами на совместную жизнь, поскольку известные обстоятельства, в ближайшее время, не позволяли приступить к реализации этих планов.

Утром прошла информация, что из Москвы приезжает руководство. На станции объявили аврал.

Началась суета, как в муравейнике. Все дружно занялись не своим делом. Строители собирали и сжигали валявшийся повсюду мусор. То, что не горело, бульдозером закапывали в землю. Электрики подметали территорию . Наладчики красили бордюры. Женщины, во главе с главным бухгалтером, мыли окна. Бригаде Безпрозванного, в помощь, выделили такелажников. Задачу им ставил сам Богданчик. Вскрытые ящики убрать с улицы, остальные упорядочить. Поржавевшую технику замаскировать.

Разговаривал корректно, голос не повышал.

Причина произошедших в характере «Рыжего» перемен вскоре прояснилась. Одним из Московских «гостей» будет сам Алямский.

- Ну, вот и всё! - сказал себе Кирилл – Конец твоей спокойной жизни. И вообще,… готовься-ка ты домой.

Потом вдруг спохватился – Альбина!.. Нужно, окончательно разобраться в наших отношениях. Может получиться так, что мне дадут два часа на сборы, запихнут в ближайший самолёт и аля-улю... Здравствуй заснеженная Москва.

Ему удалось поймать её в конце рабочего дня, в лифте. Она держала в руках пачку бумаги, сверху какие-то папки, коробки с канцелярскими принадлежностями, наверное, тоже готовилась к приезду начальства. Его смутил её взгляд. Было в нём что-то такое…. Будто и не было вчерашней ночи, как впрочем и предыдущих.

Пробормотав – Позвольте, я вам помогу? - Кирилл забрал у неё всё из рук. Выйдя из лифта, в коридоре второго этажа, они остались одни.

- Ты чего мне работать мешаешь? – недовольно спросила Альбина.

- Мне нужно с тобой поговорить, сегодня же…. Поверь мне, это очень важно. Просто так я бы тебя не стал беспокоить.

- Романов, ты же знаешь, из Москвы прилетает руководство, во главе с Алямским. У меня, ни минуты свободной. Нужно подготовить кучу документации. Я из-за компьютера не вылезаю. Потерпи, «Москвичи» уедут, тогда поговорим.

- Аля, «Рыжий» думает, что я человек Алямского. Только поэтому он меня ещё не вышвырнул отсюда.

- А разве это не так?

- Далеко не так. Тогда, после внезапной смерти тёщи, я попросился во внеочередную командировку. Мне повезло, Алямский был в хорошем настроении и дал добро. Думаю, уже на следующий день, он забыл о моём существовании.

Понимаешь, если «Рыжий» об этом узнает?... А он обязательно узнает. То может получиться так, что мы с тобой не то, что поговорить, увидеться не успеем.

- Ты это серьёзно?

- Ещё как!

- Хорошо, я постараюсь сегодня, освободится пораньше. Меня будет ждать дядя Лёша. В начале одиннадцатого, будь где-нибудь у ворот, мы тебя подберём.

Рабочий день закончился позже, чем обычно. Проголодавшийся народ спешил домой. Кирилл специально задержался в душе. Когда он вышел на улицу, территория станции уже опустела. Последний автобус ушёл. На автомобильной площадке оставались лишь две машины: Внедорожник Богданчика и микроавтобус «дяди Лёши».

Верный себе «Иваныч» под негромкую музыку дремал в салоне. В машине Богданчика никого не было. Напротив входа, в курилке, под древовидным папоротником, сидели двое охранников. Один маленький, светлый, с рыжими, запорожскими усами и переросшим ежиком на голове. Второй немного повыше, седой, на макушке лысина и тоже с усами. Оба курили.

Кирилл прошёл в курилку, хотел было стрельнуть у мужиков сигарету, но передумал. Вспомнил, что Альбина терпеть не может запаха табака. Спросил у охранников:

- Мужики, слышали новость?.... Говорят, если Московское начальство останется довольно, всем дадут премию…

Чтобы завязать разговор, сказал первое, что пришло в голову.

- Да ладно? – не поверил один из них, тот, что с ёжиком на голове, а второй добавил: - Специально кто-то слух пустил, чтобы народ пахал, себя не жалел. – но на всякий случай уточнил – А сколько обещают?

- Тридцать процентов от оклада. – не моргнув глазом соврал Кирилл.

- Тридцать? - Удивился лысый и добавил - Это может быть… Если бы хотели обмануть, заставить лучше работать, пообещали бы оклад, а то и два.

Пока Кирилл разговаривал с охранниками, из здания вышла Ольга, а следом за ней водитель, Серёга. Серёга уговаривал её сесть в машину, наверное, предлагал подбросить до посёлка, брал «под локоток», но она выдернула руку и не оглядываясь пошла к проходной.

Серёга сел в машину, опустил стёкла, врубил музыку. В воздухе загрохотало:

..я тоскую о тебе, ты была в моей судьбе, нет покоя мне ни где… на мотив бумса-бумса.

Охранники встали, пробормотав – Вот, чугунная башка! - ушли.

Досыта насладиться музыкой Серёга не успел. Пришёл «Рыжий». Музыка сразу умолкла, и они уехали. Кирилл оставил свой наблюдательный пост, перебрался в микроавтобус.

- Здорово, «труженик»….

- Ты? - «Иваныч» открыл глаза. В его микроавтобусе тоже играла музыка, только другая и негромко. - Ты чего здесь так поздно околачиваешься. Ваши давно уже ушли.

- Человека жду. – пояснил Кирилл.

- Что же, присаживайся, слышал новость? – оживился «Иваныч» - С кометой что-то не так у них поучилось. Разнесли её, в клочья! Только «клочья» эти, оказались, не такими уж маленькими. Есть опасения, что некоторые осколки могут упасть на землю.

- Ты вот что,.. близко к сердцу это всё не воспринимай. – успокоил Кирилл приятеля. - Если что-то и попадёт на землю, сгорит в атмосфере. Что не сгорит?... Знаешь,… Земля очень большая планета и шансов что нам с тобой что-нибудь, из космоса, свалится на голову, практически нет. Скорее кокосом убьёт.

Я тебе другой пример приведу:

По теории вероятности, у меня гораздо больше шансов попасть под колёса твоего автомобиля, чем пострадать от этих осколков.

Так что, Алексей Иванович,… не забивай себе голову всякой ерундой…

Да, у меня, к тебе, будет маленькая просьба. Разреши на машинке твоей прокатиться?

- Да ради Бога, сейчас Алька придёт довезём её до дома.

- А можно, я её один отвезу?

- Ты чего Кирилл, с ума что ли сбрендил? Я за неё головой отвечу.

- «Иваныч», я тебя как мужик мужика прошу. А голову,.. я за неё свою, не задумываясь, отдам!

- Кирилл,.. ты меня пойми,.. я ведь с ними третью командировку.. Надеюсь, не последнюю…

- И ты пойми…Сколько ей ещё по командировкам мотаться? Может пора уже дома сидеть?… «Пёрышки чистить»...

- Не знаю… Да и не выпустят машину без меня.

- А ты когда выходить будешь, охрану предупреди.

- Да ты чего,.. разве я им начальник?

- Ещё какой начальник…. Сколько ты им «пальмовухи» перевозил!

- Эх Кирюха, - грустно вздохнул «Иваныч» - баба она конечно что надо, но,.. держался бы ты от неё подальше… Не кончится это добром.

- Чего ты меня пугаешь? Не украсть же я её хочу! Немного поболтаем, и всё...

- Ладно. - Сдался «Иваныч» - Да, …ты это,… машину-то на площадке, возле её дома оставь, а за ключами я к тебе утром зайду.

- Едва «Иваныч» скрылся из вида, из здания вышел заместитель главного инженера и приятель Богданчика Барышев. Тучный, рыхлый Мужчина с обрюзгшим лицом.

- Этого мне только не хватало? – огорчился Кирилл. – Если следом за ним выйдет Альбина, я и «Иваныча» подведу, и мои планы расстроятся.

- Лёшь.. - начал было Барышев но увидев Кирилла осёкся, спросил– А где водитель?

- В кустах. – Не моргнув глазом, ответил Кирилл.

Барышев отошёл в сторону, достал сигарету, закурил. Когда сигарета закончилась, недовольно спросил: – Надолго он?

- Ненадолго, - снова солгал Кирилл – но часто…

Растоптав окурок, что-то бормоча себе под нос, Барышев направился к проходной, переваливаясь с ноги на ногу, как пьяный матрос.

В динамиках зазвучала знакомая мелодия, Кирилл прибавил громкость.

..... он не хотел запасть ей в душу, и тем лишить её сна.

Он приносил по выходным ей сладости, читал в её ладонях линии,

и он не знал на свете большей радости, чем называть её по имени….

В отличии от молодого коллеги «Иваныч» слушал правильную музыку.

- Поют,.. об одном и том же, - подумал Кирилл, - а как по-разному….

- Привет! Ты уже здесь. А где дядя Лёша? – удивлённо спросила Альбина, обнаружив Кирилла на месте водителя.

- Я его домой отпустил. Замучила человека, нет от тебя покоя не днём, не ночью.

- Работа у него такая… Вообще-то я его жалею, и если есть возможность, даю отдохнуть. Ну, чего ты запаниковал, поверь мне, Александру Ивановичу сейчас не до тебя.

- Аля, я знаю что говорю. Ты сама меня предупреждала, что он обид не прощает,

и если Алямский не поинтересуется моей судьбой, не вспомнит обо мне, «Рыжий» всё поймёт. Если же вспомнит и спросит? – Как тут работает,… ну,… тот самый,…. Как его фамилия-то?… Инженер-наладчик которого прислали взамен покалеченного Вирюшкина? - Всё станет ясно само собой.

- Знаешь, Романов, есть у меня одна идея… Только давай-ка отъедем куда-нибудь в сторонку, где нам ни кто не помешает поговорить. – предложила Альбина.

Кириллу идея понравилась.

Охрана, у ворот, не проявила к знакомой машине ни какого интереса. Выехав на дорогу, соединяющую посёлок с городом Кирилл направил автомобиль в противоположную, от посёлка, сторону, поднялся на следующую террасу и, свернув на заброшенную тропу, заглушил двигатель.

Они вышли из автомобиля.

- Что это? - Удивилась Альбина, почувствовав на земле, под слоем листьев, каменную кладку.

- Старая дорога!.. Я тебе потом покажу, куда она ведёт, а сейчас давай, что там у тебя за идея?

- У нашего шефа – начала свой рассказ Альбина – есть маленькая тайна:

Неподалёку от Мбаха, в очень красивом месте, совсем недавно вырос отель… Небольшой, рассчитанный на состоятельных дайверов. Я подробностей не знаю, знаю только то, что построен он из материалов «сэкономленных» на строительстве станции и сейчас там заканчивается отделка. А ещё знаю, что Александр Иванович, узнав о внезапном визите Алямского, сильно занервничал. Думаю, ему бы хотелось сохранить эту, свою «маленькую вольность» в тайне.

- Аля, ты это точно знаешь?... Такую аферу невозможно провернуть одному.

- Он и не один. С ним кто-то из прорабов,.. Барышев,.. Вера Николаевна, думаю тоже ….

Я думаю, в какой-то критической ситуации, ты сможешь этой тайной с ними поторговаться.

- Ни в коем случае! Потому что первая под подозрение попадёшь ты.

- А вот и нет!.... Я, как бы, не в курсе. Узнала я об этом из стороннего источника, не связанного с моей работой.

Вот это уже лучше, но,…. прежде чем воспользоваться твоей информацией я, всё-таки должен знать, откуда она.

- Это, как раз и не обязательно.

- Аля, я должен знать! Поверь мне, это важно!

- Зачем тебе?

- Мне не безразлично кого за это убьют!

- Ты с ума сошёл! Кто убьёт?.... Барышев?... Александр Иванович?... Одно дело украсть несколько тонн арматуры и совсем другое отнять чью-то жизнь.

- Аля, убьют не люди, убьют деньги. Если ты не преувеличиваешь, то речь идёт о больших деньгах, а если взять в расчёт будущую прибыль, … об очень больших.

Если таким деньгам возникнет угроза, никто и задумываться не будет.

А исполнитель найдётся легко,.. были бы, эти самые, деньги….

- Ты серьёзно?

- Ещё как!

- Хорошо, я расскажу…. Только обещай, что больше ни кто этого не узнает.

- Могла бы и не предупреждать.

- О строительстве отеля я узнала от Гали.

- А Гале, конечно же, проболтался Николаев?

- Нет,… Воилин …

- Воилин? Незнакомая фамилия. Кто такой?

- Из службы безопасности, такой, среднего роста, неприметный. Его за глаза, «Оборотнем» зовут.

- А, знаю, слышал. Он что, тоже с ними?

- Нет! Он бывший мент, следователь. По прежней работе скучает. Как-то их вычислил.

- Слушай,.. а почему он рассказал об этом именно Гале, а не кому-нибудь другому,.. тебе, например?…

- Романов, мне твоих сказок хватает. Давай не будем вторгаться в чужую жизнь, тем более что к нашей проблеме это прямого отношения не имеет.

- Согласен, ты только предупреди подругу, чтобы она не очень-то языком трепала.

Всё то, что ты рассказала очень интересно, но я хотел бы поговорить с тобой о другом, более важном для меня.

Давай предположим, что твой шеф договорится, с Алямским, и меня отправляют домой.

Я хотел бы знать, как в этой ситуации поступишь ты?

- Конечно же, я попробую на это решение повлиять.

- В том, что ты попытаешься мне помочь, я не сомневаюсь. Я не это имею в виду.

Меня волнует, как ты поступишь в том случае, если мне, всё-таки, придётся уехать домой, в Москву.

- А чего тебе уезжать? Поселишься на берегу, в хижине. Я тебе буду приносить хлеб, соль, спички. Ты меня…. рыбой подкармливать, фруктами...

- Аля, я серьёзно!

- Если серьёзно, я об этом не думала.

- Тебе придётся подумать и решить.

- Не знаю. Я не смогу вот так взять и всё бросить. На мне тут много чего держится. А потом,… у меня контракт… Если я его разорву то много потеряю в деньгах, а у меня на них есть планы.

- Я помогу претворить в жизнь все твои планы. Ты, мне веришь?

- Верю конечно, но… пойми меня…

Несмотря на то что вы с Александром Ивановичем враги у меня перед ним есть обязательства

- Аля, иногда нам приходиться выбирать. Я понимаю, тебе будет нелегко, но придётся…

Вообще, в жизни, очень важно уметь отличать главное от второстепенного. Тогда жить намного легче и проще.

- Ты совсем как мой папа, он то и дело мне это повторял.

- К сожалению, у меня создаётся впечатление, что ты не очень то прислушивалась к советам родителей. Послушай, Сабурова,…. ты сама-то знаешь чего ТЫ хочешь от жизни?...Что для тебя главное?..

- Конечно знаю! Это не секрет. Сказать?

- Тссс,… - он приложил указательный палец к её губам – не говори ни чего,.. пока,… всё равно честно не скажешь... Бывают желания, в которых, люди сами себе стесняются признаться.

- У меня таких нет, я могу...

- Тсс,.. - снова остановил он её, затем, взяв под руку и увлекая на тропу, добавил – нам пора, пойдём, там всё и расскажешь.

- Где там? Куда мы идём? – удивлённо спросила Альбина - Скоро стемнеет!

Есть здесь одно интересное место. Если бы ты, как все, ездила на экскурсии, ты бы знала, а так,.. долго объяснять… Тут не далеко, сейчас сама всё увидишь.

Перед лестницей он её подбодрил – Ну, давай, смелее…

Поднявшись наверх, Альбина растерялась, - Что это такое?

- «Намоленное место» ..У них это называется «мараэ», по нашему «капище». На протяжении многих сотен лет предки местных жителей молились здесь своим богам.

- А это что за груда?

- «Пирамида желаний», … сложена из женских черепов. Если спустя некоторое время после заключения брака, женщина становилась стервозной, её привозили сюда, отрубали голову, тело сбрасывали с обрыва, а череп оставляли в назиданиё потомкам.

Она насторожилась - Зачем ты меня сюда притащил?

- Видишь вон там, во втором ряду одно место не занято….

- Мне здесь не нравиться пойдём отсюда. – Заволновалась Альбина.

- Подожди, - он остановил её, обнял, прижался щекой к волосам – Всё это было очень давно…

Она уткнулась ему в плечо, обиженно спросила – Ты правда считаешь меня стервой?

- Конечно же нет!... Ты у меня самая хорошая,.. самая нежная,… самая ласковая,.. самая понимающая..

- Тогда зачем мы здесь?

- Чтобы пирамида исполнила твоё желание.

- Какое?

- Самое заветное.

- Ты и сам прекрасно с этим справляешься.

- Аля, я серьёзно!

- Если серьёзно,… я большая девочка и уже давно не верю в сказки…

- Придётся поверить…. Встань здесь и расскажи пирамиде, чего ты хочешь от жизни, … тихонько,… чтобы слышали только она и ты.

Альбина попыталась что-то возразить, но он снова её остановил. – Сделай это для меня, я очень прошу…

Оставив её, возле пирамиды, одну, Кирилл отошёл на край площадки, к самому обрыву. Его так и подмывало оглянуться, посмотреть, что она там делает, но он сдерживал себя.

Небо было ясным, безоблачным, океан спокойным, солнце приближалось к горизонту,.. в общем, всё шло по плану.

- Аля, хочешь, прямо сейчас, проверить возможности пирамиды? – предложил он. – Попроси, чтобы она избавила тебя от одного раздолбая, который, своими причудами, не даёт тебе спокойно жить. – Пододвинувшись к самому краешку обрыва, Кирилл согнул в коленях ноги, руки раскинул по сторонам, как птица перед взлётом.

- Прекрати! – Она подбежала, схватила его за брючный ремень, оттащила в сторону. Он снова обнял её, она прижалась всем телом – Зачем ты меня пугаешь?

- Я хочу, чтобы ты, мне поверила.

- Романов, мне тридцать восемь лет, я что,…всё ещё похожа на такую дуру?

- Ты всё-таки не веришь!... Хорошо... Видишь солнце «коснулось воды», не отводи от него взгляд.

Сам он сделал несколько шагов назад, к пирамиде, громко произнёс, стараясь оставаться серьёзным – Хочу, чтобы сегодня последний луч солнца был такого цвета, какой всем остальным предпочитает эта непослушная женщина!

- Посмотрел бы кто-нибудь на нас со стороны….. Два идиота.. – начала, было, Альбина, но договорить не успела. Уходящее за горизонт светило, прощаясь, послало луч изумрудно-зеленого цвета и погасло в океане.

Альбина медленно повернулась к нему лицом, в её глазах, одновременно, присутствовали растерянность и страх.

- Романов,… что это было? – с трудом выговаривая слова, спросила она. - Я тебя начинаю бояться… Ты человек или кто?...

- «Альтист Данилов» - в шутку ответил он, взяв её за руку – Пойдём к машине, сейчас очень быстро стемнеет.

Находясь под впечатлением увиденного, Альбина долго молчала, и только оказавшись в салоне автомобиля начала приходить в себя.

- Так, стоп,.. заглуши мотор – попросила она. – Объясни мне, пожалуйста, что я сейчас там видела?... Скажи честно,.. ты обладаешь гипнозом, да?

- Принимай это так, как тебе проще. – Ответил он. - Давай успокаивайся, бери себя в руки, у меня, в отношении тебя, на сегодня, ещё есть кое-какие планы…

Утром Альбина едва не опоздала на последний автобус. Пришедшая немного раньше Галя, встретив подругу, расплылась в улыбке.

- Что я вижу!... Алька,.. да ты становишься похожа на нормальную бабу.

- Что ты имеешь в виду? - удивилась Альбина.

- Ну как же, физиономия сонная, под глазами круги, взгляд томный. Признайся,.. ночью не спала?

Альбина не стала отрицать очевидного, рассказала – Вчера вечером Романов потащил меня на верхнюю террасу, смотреть на закат.

Услышав про закат, Галя оживилась. – Слушай, меня Воилин, уже несколько раз приглашал посмотреть на закат, с крыши станции. Зрелище говорят!

Пойдёшь со мной? Одна я не могу, сама понимаешь,… Вовке кто-нибудь стукнет. А вместе с тобой никто ничего не заподозрит. Нужно только выбрать подходящий, безоблачный, день. В этих широтах, на закате, происходит очень интересное оптическое явление. Скрываясь за горизонт солнце, посылает последний луч зелёного, необыкновенной красоты, цвета. Мне, Воилин, про этот изумрудный луч, все уши прожужжал.

- Видела я вчера этот луч! – призналась Альбина, после некоторой паузы и неожиданно добавила – Убью гада!

- Кого? – удивилась Галя.

- Сама знаешь кого…. Он вчера, с этим лучом, «развёл» меня,… как последнюю «лохушку».

- Ох, Алька, - вздохнула Галя - Как я тебе завидую!

- Чему ты завидуешь?.. У тебя, у самой, двое…

- Знала бы ты, какие они оба скучные…

В связи с приездом высокого начальства поездки в порт были отменены. Кириллу же крайне необходимо было попасть в город именно до приезда Алямского.

Пришлось идти на сделку с собственной совестью.

Пожаловавшись на больной зуб, он отпросился, к стоматологу.

Ему посочувствовали, а Власов договорился с бухгалтерией и Кирилла подсадили в машину, везущую кассира в банк. Впрочем,.. договориться с Верой Николаевной, главным бухгалтером и по совместительству Женькиной женой Кирилл мог и сам.

В городе, вместо того чтобы идти к врачу Кирилл взял такси. Сначала заехал на набережную, поболтал с художниками, затем прокатился в ближайший пригород, где сделал фотоаппаратом несколько снимков.

В посёлок он вернулся ближе к вечеру. Прежде чем идти к себе, заглянул в буфет.

Проходя мимо, уткнувшегося в экран телевизора, охранника незаметно подбросил на столик, предназначенный для корреспонденции, небольшой конверт.

Не многочисленные посетители буфета увлечённо смотрели теленовости на Си-Эн-Эн. Кирилл взял пиво, присел за свободный столик. Двое ведущих, пожилой, седой мужчина и молодая, красивая женщина, с восточными чертами лица, наперебой, рассказывали о результатах атаки кометы. Говорили быстро, он не успевал воспринимать всё сказанное, но главное, кажется, уловил.

Эксперимент, в целом, удался. Комета была разрушена. Павда некоторые обломки оказались несколько крупнее, чем предполагалось в начале, да и разбросало их взрывом на довольно большое расстояние, однако, согласно последним наблюдениям, все они пройдут на достаточном удалении от Земли. И Максимум того, что угрожает её жителям это интенсивный метеоритный дождь в Южном полушарии. Приводились цифры. Кирилл попытался в уме пересчитать мили в километры, ему помешала Альбина. Она вошла в буфет вместе с «дядей Лёшей». «Иваныч», купив пачку сигарет, сразу же ушел, а Альбина, воспользовавшись тем, что все увлечены телевизором, подсела к нему за столик, обиженно спросила:

Романов, как тебе не стыдно?... Я тебе так верила! Мне казалось ты и вправду ко мне хорошо относишься. А ты?.... Прикололся,… выставил меня «круглой дурой»… И что,

это доставило тебе удовольствие?... Приятно осознавать, что есть кто-то глупее тебя?..

Признайся, кому-нибудь уже похвастался как Сабурову «развёл»?

Он попытался остановить её монолог. - Аля, ты всё не так поняла….

- Всё я поняла!… Ты решил, что я настолько к тебе привязана, что надо мною можно уже и поиздеваться…

- Аля, - он хотел взять её за руку – я всё объясню.. Давай выйдем отсюда..

Она не позволила дотронуться до её руки, только сказала – Ты меня очень обидел! Я с тобой ни куда не пойду! – встала и ушла, оставив на столе нетронутый стакан с соком.

Кирилл, растреный, вышел на улицу. В курилке, четверо мужчин, одним из которых был «Иваныч», оживлённо спорили. Разговор шёл, конечно же, о комете. Кирилл отозвал приятеля в сторонку, предложил:

- Алексей Иванович, а не хряпнуть ли нам грамм по сто? Мне тут сосед подарил бутылку отличного РОМА.. кубинского...

- Ну, если только по сто…. Вообще-то мне завтра, рано утром, за баранку. Но тут такое дело,… может в последний раз мы с тобой…

- «Иваныч,… ты чего?.... Радио наслушался что ли,.. «страстей-мордастей» про комету?... Ты музыку больше слушай, музыка у тебя хорошая, правильная…

- Да какая там комета! Нога-то у меня,.. всё хуже и хуже. Ольга меня местным врачам показывала. Они советуют климат сменить. Говорят так можно и без ноги остаться. Слышал, начальство из Москвы прилетает? С ними мне должны замену прислать. Домой, лечиться поеду…

- Ну это другое дело… Ты давай лечись, а про последний раз больше ни-ни… Мы с тобой в Москве ещё не раз встретимся. Я настоечку сделаю,… водку на чесночке… Не пробовал? Такая вещь! Тебе понравиться. Так.. рюмку выпиваешь,… выдохнул,… а на языке…. будто уже супчиком закусил…

Поедем ко мне на дачу, сделаем шашлычки, купим у местных бабушек малосольных огурчиков, а ещё,… я люблю замариновать шампиньоны, обвалять их в майонезе и на шампур. Под водочку, да вперемешку с шашлычком такая вкуснятина…

- Ох Кирюха, ты так рассказываешь,… у меня уже слюньки потекли.. Я ведь здесь с самого начала… надоела эта ихняя рыба… Да Бог с ней, с едой, я тебя вот о чём хотел спросить, ты только не обижайся. У тебя с Алькой серьёзно или как?

- Серьёзней не бывает.

- Ты извини, что я не в своё дело… Злая она не тебя сегодня,.. не иначе как влюбилась! Ты её зря не обижай. Баба она хорошая, правильная. Я к ней как к дочери относился, теперь вот уезжаю….

Прошло три дня. В течении этих дней Кирилл несколько раз пытался объясниться с Альбиной. Безуспешно. Она избегала встреч с ним.

Накануне прилетело Московское начальство. В первый же день Кириллу удалось попасться Алямскому «на глаза». Борис Гордеевич не только вспомнил своего «протеже» но даже поинтересовался, разобрался ли Кирилл в семейных отношениях?

Кирилл ответил неопределённо. – Разберёмся когда вернёмся!

Их короткий разговор длился не более двух минут и, к сожалению, Богданчика при этом не было, но Кирилл надеялся, что кто-нибудь из присутствующих, желая выслужиться перед «Рыжим», обязательно его проинформирует о неуставных отношениях высокого начальства с его, личным недругом.

Кирилл смирился с тем, что пока «высокие гости» не покинут остров, ему вряд ли удастся восстановить отношения с Альбиной. Он ни как не рассчитывал, что она так уж сильно обидится на невинный розыгрыш, и потому пребывал в некоторой растерянности.

Предполагая, что небольшая пауза в их отношениях, скорее всего, пойдёт этим отношениям на пользу, он решил не торопить события. Она немного успокоиться, а может быть и успеет соскучиться.

Сегодняшнюю ночь он решил провести на берегу. Порыбачить на вечерней зорьке, посидеть у костра. Хотел, было, пригласить на уху Алексея Ивановича но, подумав, что ему нелегко будет, на больной ноге, лазить по лестницам, от этой идеи отказался.

Тем временем вокруг происходило что-то непонятное. С утра ожидали приезда Алямского. Московское начальство собиралось «пойти в народ». Собственными глазами посмотреть, в каком состоянии находятся объекты строящейся станции? Пообщаться с людьми прямо на рабочих местах. Накануне прошёл слух о том, что если начальство останется проверкой довольно, то всем выдадут премию. Народ, с самого утра, в выстиранных и тщательно выглаженных комбинезонах, «рыл носом землю». Трудились, не покладая рук, забыв про отдых и перекуры, а начальства всё не было и не было.

Миновал полдень, прошёл обед, рабочий день приближался к концу. Народ, расстроенный тем, что его энтузиазм остаётся незамеченным, собирался в небольшие кучки. Тем не менее, от своих рабочих мест старались далеко не отходить, надеялись, что обход всё-таки состоится и не придётся стирать спецодежду два дня подряд.

А тут ещё кто-то принёс новость о том, что по последним данным, один из осколков кометы, по-видимому, упадёт на землю. Появилась новая тема для обсуждения.

Кирилл не принимал участия в разговорах, он просто сидел в сторонке и ждал окончания рабочего дня. Тем не менее, он так же был озадачен, как и все. Утром он собственными глазами видел, как приехал Алямский, как его с распростёртыми объятиями встречал Рыжий и всё,…. больше ни того, ни другого, ни кто не видел.

- Неужели и они напуганы кометой? – предположил Кирилл.

Его размышления прервал Власов. – Кирилл, тебя просили зайти в архив, в 235 комнату…. Не знаю, зачем ты им сейчас понадобился? Рабочий день уже заканчивается.

Кирилл знал, зачем его вызывают в архив. Утром он отдал Гале свой фотоаппарат. Карта памяти в нём была заполнена почти полностью, и он попросил Галю скопировать фотографии на CD.

В архиве, к удивлению Кирилла, вместо Гали сидела её подруга. По встревоженному взгляду Альбины было понятно, что произошло что-то неприятное и очень серьёзное.

- Проходи, присаживайся. – предложила она, запирая дверь на ключ. – Скажи мне: Это ты написал Алямскому приглашение отдохнуть в том отеле, про который я тебе рассказала?.. Приложил фотографии?..

- Было дело, а что не нужно было?.. Мы же с тобой вместе решали, как можно использовать этот факт в наших интересах.

- Да, но я не предполагала, что это будет иметь такие последствия.

- Аля, что случилось?.. Объясни мне, пожалуйста, я ни чего не знаю.

- Что случилось?... Вчера, получив твой конверт, Борис Гордеевич взял в городе такси, показал водителю фотографии и попросил его к этому месту отвезти. Там он поймал кого-то из наших рабочих, запугал судом, местной тюрьмой ну и тот ему всё рассказал...

В кабинете, у Александра Ивановича, с самого утра, идут такие разборки… меня выгнали. Я думаю, Богданчика отправят домой, а вместо него пришлют кого-то другого. Скорее всего, Голубицкого..

- Ну и замечательно, у нас будет нормальный начальник, адекватный, уравновешенный.

- Романов, неужели ты не понимаешь?.. Новому начальнику,… адекватному, уравновешенному,.. я не нужна! У каждого, из них, своя команда. А меня не только заменят, но и уволят с позором, поскольку я – человек Богданчика, и ни кто не поверит, что я была «не в курсе» этой махинации.

- Аля, подожди,.. а что значит - твой конверт?... Я, Алямскому, никаких конвертов, не передавал и не пересылал!

- Но ты же сам, только что, сказал про приглашение и фотографии…

- Ну да, я сделал несколько снимков, напечатал их, приложил записку с приглашением и адресовал всё это…. Богданчику….

Конверт положил в вашем корпусе на столик, возле поста охраны. Туда, куда обычно кладут всю корреспонденцию. Это было, как бы предупреждение «Рыжему» …. Чтобы он понял, что про их афёру известно и немного попридержал свой характер.

- Значит, кто-то решил тебе помочь. Ну, в общем, теперь это уже не важно,…

Думаю, очень скоро, моя командировка закончится. Я, с Александром Ивановичем, уеду в Москву, а ты останешься здесь…

- Без тебя я здесь, конечно же, не останусь,.. я всё сделаю, чтобы меня отправили домой…. Да и не очень-то я здесь нужен.

- Зачем?.. Потеряешь много в деньгах, да и потом, если ты сейчас разорвёшь контракт, в командировку, в хорошее место, тебя уже ни когда не направят. Так что трудись до окончания контракта, иначе тебе тоже придётся менять место работы. А здесь, ещё год, максимум полтора и все работы закончатся.

- Сабурова!..О чём ты говоришь?... Какие полтора года?... Ты проводишь ночь в моей постели а на следующий день….. Будто, между нами, никогда, ничего и не было. Каждый раз мне приходиться завоёвывать тебя заново...

А через полтора года,… ты меня не вспомнишь и не узнаешь!

- А тебе бы хотелось, чтобы я, по первому твоему кивку, прибегала и садилась у ноги?

- Аля, я хочу только одного: …. Знать, что ты у меня есть!

- Это я понять могу… Я не понимаю, зачем ты в прошлый раз надо мной поиздевался?

- Аля,.. тогда, там наверху, я тебя не разыгрывал. Я хотел, чтобы ты, хотя бы сама себе, вслух, призналась, чего ты хочешь от наших отношений?

- Интересно!.... А если бы в моих желаниях тебе не нашлось места?

- У тебя была возможность реализовать это немедленно!

- Романов,… мне кажется, ты на такое не способен, ты любишь жизнь.

- Да, я люблю жизнь!... Потому что в ней есть ТЫ!

- А мне кажется, ты сейчас так говоришь только для того чтобы меня снова «завоевать».

Закончить этот разговор они не смогли. В дверь постучали. Пришла Галя. Забрав у неё карту памяти и диск с копиями фотографий, Кирилл попрощался и ушёл.

До конца трудового дня оставалось менее получаса. Расстроенный разговором с Альбиной, Кирилл, не вернулся на своё рабочее место. В посёлок тоже не пошёл, решил провести сегодняшнюю ночь на берегу океана. Причиной его отвратительного настроения, была не столько их ссора, которую и ссорой-то нельзя назвать… глупая женская обида,.. а то, что он, своим необдуманным поступком, причинил ей серьёзные неприятности.

- Кто ты, мой добровольный помощник? – гадал Кирилл – Какую тайную игру ты ведёшь, и для чего меня так подставил?

Тем не менее, себя он винил больше чем неведомого «доброжелателя» хотя и понимал, что тот, кто воспользовался его фотографиям, в достижении своей цели, запросто, мог обойтись и без оных.

Солнце уже клонилось к горизонту, но былое ещё жарко. Освежив к океане уставшее за день тело Кирилл забрался в гамак и закрыл глаза. Думать ни о чём не хотелось. К сожалению, повлиять на результаты своего необдуманного поступка, он уже не мог.

- Романов, ты здесь? – Кирилл приоткрыл веки. Голос Альбины был хотя и тихим, но настолько явственным, что он удивился, не увидев её рядом. Посмотрел на солнце. С тех пор как он задремал, прошло часа два. Вздохнув, снова закрыл глаза, сожалея, что и в этот раз, она ему только пригрезилась.

Наверху, в хижине, громко хлопнула дверь. Кирилл, спрыгнул на песок, пулей взлетел по лестнице.

- Чего тебя принесло сюда, среди недели? – Едва увидев, набросилась на него Альбина. - Давай одевайся, мы сейчас же идём наверх.

На ней была та же, «парадная», одежда, в которой она встречала московское начальство, в глазах испуг.

- Аля, что-то случилось? – настороженно спросил он.

- Да, случилось! Собирайся быстрее, теперь ты будешь жить у меня.

- Ты это серьёзно?

- Серьёзней не бывает.

- Аля, три часа назад ты… - Договорить она ему не дала.

- Романов, давай мы наши, с тобой, разборки оставим, до лучших времён… Речь идёт о жизни и смерти!

- Чьей жизни? – Уточнил он.

- Твоей!

- Так, подожди... Давай сначала ты мне всё расскажешь,.. хотя бы вкратце,.. а потом мы вместе решим что делать.

- Романов, ты ничего не понял... ПОТОМ,.. может уже и не быть! – она едва не сорвалась на крик.

- Ну, не пойду же я, по посёлку, в таком виде,… моя одежда, обувь, всё внизу.

- Хорошо, - сдалась Альбина – пойдём вниз, пока ты будешь одеваться я тебе, кое-что, расскажу:

- После того как ты ушёл, я пошла к себе, посмотреть, не закончились ли там все их склоки?

В кабинете Богданчика было, на удивление, тихо. Ключ торчал в двери, но я не знала, есть в кабинете кто-нибудь или нет.

Я не осмелилась открыть дверь и посмотреть, что там происходит? Боялась, что снова накричат, выгонят. В тоже время, если все уехали, то нужно было проверить всё ли там, в порядке и может быть вызвать уборщицу. Тогда я решила воспользоваться селектором…

Дело в том, что у моего переговорного устройства есть одна особенность. Если я нажимаю кнопку связи с его кабинетом не до конца, то я слышу, что происходит у него, а он меня нет. Он, этой особенности селектора, не знает.

То, что я услышала, меня ошеломило. Богданчик, просил, кого-то, наказать одного «старого друга», предлагал за это очень приличную сумму. Фамилий не называлось, но я сразу поняла, о ком и о чём идёт речь. Я бросилась к тебе, предупредить, но сразу же вернулась. Ведь я не узнала главного, - С кем разговаривал Богданчик?

Только я присела на своё место, открылась дверь, и вышел…

- Кто?

- Галин ухажёр,… Воилин..

- Воилин,… это серьёзно!

- Ещё как серьёзно…. До работы в милиции он отслужил, лет десять, в армии в разведке, несколько раз был ранен.. Романов, что нам делать, а? – Альбина едва не плакала.

- В первую очередь не суетиться. Я думаю вряд ли что-то произойдёт сегодня. К таким делам основательно готовятся. Выбирают место, время… И ещё,… я не думаю что меня просто попытаются убить. Такое ЧП никому не нужно. Скорее всего, попробуют организовать «несчастный случай»,… падение с высоты, может утопить.. а лучше всего чтобы просто исчез… Пропал и пропал,… то ли в океане утонул… то ли нашёл себе местную красавицу, загулял, и обо всём забыл. А может,.. пошёл погулять да и свалился в какую-нибудь расщелину… Разве тут найдёшь?

- Романов, - Остановила его рассуждения Альбина. – одевайся быстрее, неужели ты не понимаешь, что здесь, для этого, самое лучше место?

- Да, но о нём, Слава Богу, никто не знает!

- Ты ничего не понял… Воилин «дружит» с Галей!... Давно!.. Здесь не так уж много мест где мужчина и женщина могут уединиться. Не исключено что она его сюда приводила.

- Вряд ли. Я бы это заметил.

- Хорошо если так… - Неуверенно произнесла Альбина – Зачем только я тогда взяла её с собой?

Поднявшись на террасу, Кирилл попросил подождать у лестницы, а сам заглянул в хижину. Метательные ножи, доставшиеся вместе с хижиной, «по наследству», были сейчас его единственным, подходящим оружием.

Иногда, «от нечего делать», Кирилл баловался ножами. Он без труда научился поражать круг размером с футбольный мяч, и чаше всего ножи у него втыкались, но,… только с одного, совершенно конкретного, расстояния.

Сейчас он, конечно же понимал что, в случае чего, возможности действовать на этом расстоянии у него, скорее всего, не будет.

- Романов, - шепотом окликнула его Альбина - мне показалось я слышала голоса… Там…- она показала взглядом на верх.

Кирилл быстро поднялся по лестнице, осторожно заглянул на следующую террасу, так же быстро спустился вниз.

- Кто там? – испуганно спросила Альбина.

- Не знаю. Я видел только спину. Кто-то спускается по лестнице. Если ты слышала разговоры, значит не один.

- Что нам делать? – она едва не заплакала.

- Тихо! У нас есть две минуты, максимум три. – Он говорил тихо и кратко, голосом, не допускающим возражений. – Слушаешь меня внимательно и выполняешь беспрекословно всё, что я скажу, поняла, беспрекословно,… ни какой самодеятельности..

Я сейчас спущусь на пляж, а ты спрячешься вон там, в кустах. Будешь сидеть тихо, как мышка, что бы вокруг не происходило.. Я думаю их двое, не больше.. Если они оба спустятся ко мне ты тихонько поднимешься на следующую террасу, пойдёшь направо, там начинается расщелина, та самая, над которой канатный мост. На дне расщелины груды камней, поваленные деревья, кусты, есть, где спрятаться. Наверх не ходи, у моста могут караулить.

- А ты?.. Я тебя одного не оставлю!..

- Ты ничем мне не поможешь, только «свяжешь руки». Если всё обойдётся, я тебя найду.

- А если нет? – её голос задрожал, по щекам потекли слёзы.

- Если нет, в посёлок ни ногой… Завтра, около полудня, вон на том островке, должны появится люди,.. рыбаки… Двое туземцев и белая женщина, француженка, её зовут Марсель. Расскажешь им всё, они помогут добраться до города. Там, сразу в полицию…

- Романов, может мы вместе.. – он не дал ей договорить.

- Аля, они меня будут искать.. и обязательно найдут… Пусть хотя бы думают что я здесь один.

- Затолкав её, подальше, в чащу, Кирилл спустился на берег присел за стол.

Его руки лежали на коленях, в каждой ладони было зажато по ножу.

Наверху послышался говор, кто-то подошёл к лестнице. Навес закрывал Кириллу обзор, со своего места он видел только ноги в бежевых брюках. Его сердце учащённо забилось.

Постояв возле лестницы, незваный гость скрылся.

- Только бы они не начали шарить по террасе. – подумал Кирилл. – Если они её найдут, мне придётся сдаваться…

Не было смысла тянуть время.

Спрятав ножи за спину, за брючный ремень, Кирилл выглянул из-под навеса, окликнул:

- Эй,.. кто там ходит?

Над обрывом показался тот, кого они ожидали и кого меньше всего желали видеть.

- Добрый вечер. - поздоровался Воилин – Извините что потревожили, мне бы Сабурову, .. на пару слов…

- Её здесь нет. – Стараясь говорить как можно спокойнее, ответил Кирилл.

Из-за спины гостя выглянула Галя. Подойти к краю террасы она, видимо, боялась, потому держалась за Воилина.

- Кирилл, а ты не знаешь где она может быть? Со станции ушла, а дома не появлялась.

- Неожиданный фортель! - Растерялся Кирилл. – Интересно,.. он использует Галю в тёмную или она «в курсе»?

- Альбина Евгеньевна… - Громко окликнул Воилин. – Я знаю, что вы здесь!.. Пожалуйста,.. я вас надолго не задержу.

Едва Кирилл успел подумать, - Только бы она не купилась на Галю. – наверху послышался голос Альбины. Незваные гости сразу же, из поля зрения скрылись. Забыв о всякой осторожности, Кирилл бросился к лестнице.

Воилин стоял к лестнице спиной, в руках, у него, ничего не было, в карманах, кажется, тоже. Услышав за собой учащённое дыхание, он не оборачиваясь, попросил:

- Кирилл, я с добрыми намерениями… Глупостей не наделай!…

- Может быть мне, кто-нибудь, объяснит, что здесь происходит? - Вмешалась в разговор Галя. – Почему меня вытаскивают из автобуса и в единственных, приличных босоножках заставляют бегать по песку, скакать по ржавым лестницам? Надеюсь, для этого, был серьёзный повод!

- Ты была нужна,… для смягчения ситуации, что ли, … а ещё, я не хочу чтобы ты узнала всё это от кого-то другого - пояснил Воилин – давайте где-нибудь присядем, я всё объясню..

Кирилл предложил спуститься на пляж, где под навесом стоял стол.

- Я знаю, что вы слышали наш разговор. – Обращаясь к Альбине начал свой рассказ Воилин. – Точнее это был не разговор, а предложение,.. неожиданное,… которому я был удивлён не меньше вас. Во-первых, мне, конечно, обидно что меня здесь считают человеком способным ради денег на всё,.. но это отдельный разговор… А в тот момент,..

честно говоря, я растерялся. Я не знал, что мне делать. Если бы это происходило у нас, на родине, всё было бы просто: Уголовный розыск,… имитация выполнения заказа и он бы сел,… надолго…

А здесь,…. в полицию с этим не пойдёшь, прогремит на весь мир… Из-за одного негодяя пострадает престиж нашей страны…

- Вы мне расскажете, наконец, что произошло? – снова вмешалась Галя - Я тут сижу среди вас как дура!…

- По нынешним временам, ничего особенного – Пошутил Воилин. – Богданчик предложил мне подработать денег …. Сделать так чтобы одному его недругу «стало плохо».

- Ты Кирилла имеешь в виду? – уточнила Галя.

- Ты же сама рассказывала мне про историю с пассатижами…

- А что значит плохо?

- Конкретно ничего не называлось но, судя по предложенной сумме, - чтобы совсем плохо…

- Вот сволочь! – выругалась Галя.

А Вы,… - Воилин переключился на Альбину – как вам не совестно?... Вы ведь и вправду решили, что я способен на такое… Ладно Кирилл, он меня совсем не знает, а с вами, мы здесь,…. почти с самого начала… Неужели Вы настолько не разбираетесь в людях?

- А что я могла подумать, услышав всё это? – возмутилась Альбина.

- Я ведь знал, что вы всё слышали… - продолжил Воилин - Когда вышел из его кабинета,… понял это по вашему, испуганному взгляду… Я не мог тогда ничего вам сказать, он следом за мной собирался выходить… Я хотел объяснить всё через Галю, ей вы бы скорее поверили. А потом, случайно, в окно, увидел вас бегущей к проходной и понял, что слышали вы, отнюдь, не всё…. А именно то, как я послал его,… «куда подальше» вы , скорее всего, и не слышали.

- Но это ни чего не меняет, он будет искать кого-то другого, и, рано или поздно найдёт. – Высказала свои опасения Альбина.

- Почему он обратился именно к вам? – спросил Кирилл Воилина.

- Ходят здесь про меня слухи…. В прошлом я майор милиции, работал в УБЭП, уволен из органов за вымогательство, взятки, пытки подследственных… Правда, потом с меня все обвинения сняли, моего непосредственного начальника уволили, а мне предложили вернуться и занять его место но,.. за четыре месяца проведённые в камере я сделал для себя неожиданный вывод:

За решёткой, количество плохих и хороших людей, в процентном отношении, примерно такое же, как и среди моих бывших коллег.

Почему-то, все здесь, охотно верят в первую часть этого фрагмента моей биографии и с большим сомнением относятся ко второй.

- А мне-то теперь что делать? – спросил Кирилл.

- Пока ничего! После моего отказа, пока я буду здесь, думаю, он ни чего не предпримет, но через месяц я уезжаю домой.

А вообще,… нужны какие-то предупредительные меры… Давайте мы обсудим это

«на холодную голову».

Посчитав свою миссию выполненной, сославшись на то, что он сегодня дежурит, Воилин собрался уходить, сделал несколько шагов, потом вдруг вернулся, спросил:

- Ребята, откровенность за откровенность… Как вы нашли этот чудесный, укромный уголок?... Поймите меня правильно, безопасность станции и посёлка – моя работа… В первые недели пребывания на острове, я облазил здесь всё вокруг и не нашёл даже намёка на подходы к посёлку с этой стороны.

Кирилл не стал вдаваться в подробности, просто рассказал, что на этот берег его подвезли, на лодке, знакомые рыбаки и показали путь наверх.

Воилин ушёл, Галя осталась. Чтобы у мужа не возникло подозрений, в отношении её незапланированного отсутствия, Кирилл и Альбина должны были проводить её до дома. Кроме того, после вынужденной пробежки она захотела искупаться.

Поскольку купальника у неё не было, она попросила Кирилла пересесть к океану спиной и ушла к воде.

- Что это за рыбаки и кто такая, Марсель? – вдруг спросила Альбина, когда они остались вдвоём. Опасность временно отступила, и её снова стали интересовать другие стороны его жизни.

- У меня здесь есть два приятеля, они местные жители, бизнесмены, в свободное время любят рыбачить в этих водах. Марсель,… француженка,.. художница, и…. как бы поточнее выразиться…. их любимая женщина, что ли….

- Что значит ИХ?

- То и значит!

Альбина задумалась.

- И они оба знают?

- Разумеется.

- Разве так бывает?

- Видимо бывает… Мне показалось, что они, все, друг друга любят!.. Такой вот, равносторонний, любовный треугольник.

- Как интересно. Романов, ты открываешься для меня с совершенно неожиданной стороны.

- Но, но – возмутился Кирилл – пожалуйста, без оскорблений. Я сторонник традиционных отношений между мужчиной и женщиной.

- А их-то ты, где нашёл?

- Вон там. – он кивнул в сторону океана – За островом,.. километрах в пяти,… впрочем,.. может я немного и ошибаюсь.

- И что же ты там делал?

- Тонул! – Мрачно ответил он.

- Так, - Сразу стала серьёзной Альбина. Взяв за руку, потребовала: – Давай выкладывай, что ещё с тобой случилось, и как тебя туда занесло?

Он уже заканчивал свой короткий рассказ, когда за спиной послышались лёгкие шаги.

- Галя, представляешь? – не смогла сдержать своё возмущение Альбина. - Этот великовозрастный раздолбай, в первый же день пребывания на острове, наперекор всем инструкциям полез купаться, и его унесло течением в открытый океан. Это какое-то чудо, что его подобрали рыбаки и он сейчас здесь…

- А мне кажется, с ним всё равно бы ничего не случилось. – Спокойно ответила Галя, натягивая одежду на мокрое тело.

- Почему это тебе так кажется? – удивилась Альбина.

- Да потому, что заслужила ты своё счастье. Должна же быть какая-то справедливость в мире!

- Ой, ой, ой, тоже мне счастье… Знала бы ты его поближе!

- Сплюнь через левое плечо. – Посоветовала подруге Галя забираясь в гамак.

Альбина к совету подруги сплюнуть не прислушалась, но костяшками пальцев по столу, всё-таки, постучала.

- Воилину, твоему, можно верить? – спросила она Галю после некоторой паузы.

- Я верю! – ответила Галя. – Он бывший военный, офицер. Несколько раз был ранен, контужен… После контузии его комиссовали, потом работал в милиции..

Кого-то они там «зацепили», с бюджетными деньгами,… не того, кого можно..

Его пытались запугать, не получилось. Потом самого посадили, якобы за взятки, но сломать не смогли. Позже отпустили, даже предлагали вернуться, он не захотел… или не смог,.. не знаю…..

И ещё….. я только попрошу, пусть это останется между нами… Он уговаривает меня выйти за него замуж!

- Как замуж? – Возмутилась Альбина – ты же замужем.

- Да! Ты правильно заметила. Я замужем! – в голосе Гали появилось раздражение – Только мне почему-то кажется, что замужество состоит не только в том чтобы, вечерами чистить рыбу, а по утрам, за завтраком, выслушивать подробности о том, сколько взяток, на «мизере», взял Пашка Огарков.

Я женщина, я хочу, чтобы меня любили. Я не эгоистка, я потом втрое больше отдам, но мне важно знать, что я кому-то нужна.

Пойми меня правильно: Я не против того, что у мужчины могут быть свои интересы…. Меня не устраивает то, что в списке этих его интересов я… даже не на последнем месте.… Меня там вообще нет!… Не хочу быть лишь приспособлением для готовки пищи и сброса дурного семени!

Шмыгнув носом, Галя спрыгнула на песок и, как была, босиком, скрылась в зарослях, вытирая слёзы на щеках тыльной стороной ладони.

Кирилл хотел пойти за ней, но Альбина его остановила.

- Подожди, она успокоится и придёт сама.

- Я впервые вижу её такой. – Удивился Кирилл. - Мне раньше казалось, что она о жизни особо и не задумывается. Всем довольна, живёт одним днём.

- Знаешь?... Она не такая ветреная, какой хочет казаться. Я сама поняла это недавно, и как бы это не показалось странным, только благодаря тебе.

Помнишь ту историю с вазой?.. Я думала, на следующий день, о ней, будут знать все!..

Раньше мы общались, ходили друг к другу, в гости, но в душу к себе я её не пускала. А тут вдруг оказалось, что Галя умеет хранить чужие секреты, что в сложной ситуации она может дать дельный совет, и на завтра о твоих проблемах ни кто не узнает..

Вернулась Галя, присела за стол. Лицо покрасневшее и влажное, наверное, умывалась в роднике.

- Я родилась и жила в небольшом поселке. – Начала она свою исповедь. – В детстве, сколько себя помню, была пухленькой. Из-за моих габаритов девчонки неохотно брали меня в свои игры, мальчишки дразнили «комбижиром». Лет до пятнадцати я чувствовала себя гадким утёнком, очень переживала, а потом, за одно лето, вдруг всё переменилось. Я подросла, у меня появилась талия, моя фигура округлилась, и вместе с изменениями в моём теле, менялось отношения ко мне окружающих людей, особенно мальчишек - старшеклассников. Меня уже ни кто не дразнил, наоборот, хотели подружиться или хотя бы привлечь моё внимание. При всём при этом, честно признаюсь, я ни сколько не похудела.

Окончательно оценить произошедшие во мне изменения я смогла только спустя некоторое время, когда вернулся из армии наш сосед Игорь. Высокий, хорошо сложенный, симпатичный он был на четыре года старше меня.

Раньше, до армии, он иначе как «толстуха» меня не называл, а тут вдруг зачастил к нам домой, а уж если я что-то делала в огороде, он часами висел на заборе, развлекая меня пустяковыми разговорами. Мне его внимание льстило.

В конце концов, то, что должно было произойти, произошло…

Игорь пообещал, что жениться на мне, как только я закончу школу.

Из-за меня он не уехал в город на заработки, как это делало большинство поселковой молодёжи, и после долгих поисков устроился рабочим на пилораму. Часть будущей зарплаты он планировал откладывать на нашу свадьбу.

Поначалу так и было. А потом пришла зима.

С наступившими морозами его коллеги боролись традиционным способом. Постепенно пристрастился к водке и он. Мне это его увлечение не нравилось, но он оправдывал, свои выпивки, холодами и я терпела.

С приходом весны холода закончились, но выпивки не прекратились. В тот день, когда я сдавала свой последний экзамен, Игорь погиб. Его задавило упавшими с лесовоза брёвнами. В заключении медицинской экспертизы было сказано что он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения.

Я после его смерти долго переживала, плакала. Моя мама тоже плакала, а потом вдруг сказала: – Может так оно и к лучшему…

Потом я училась в райцентре, в строительном техникуме. Не могу сказать, что это дело было мне по душе, просто других учебных заведений, у нас, поблизости, не было.

Вот там я прочувствовала на себе что женская красота это действительно страшная сила. Мужики липли ко мне как мухи на мёд. Причём, чаще всего, это были не мои ровесники мальчишки, а взрослые дяди, по возрасту годящиеся мне скорее в отцы, чем в ухажёры. Некоторые из них были женаты и обременены детьми, но ради моей благосклонности готовы были через всё это перешагнуть. Мне предлагали «золотые горы», а я хотела любви,… большой,.. настоящей,… со слезами,.. чтобы под ложечкой щемило.

Я не мечтала о принце. Я тогда уже понимала, что их нет. Мне хотелось встретить его, единственного, который не будет исподтишка заглядывать ко мне в вырез платья и при каждой возможности дотрагиваться до моей задницы при этом потея и кряхтя.

Того, кто разглядит под пышным телом тонкую, ранимую душу и которому я, с радостью, доверю себя всю.

Однажды мне показалось, что я его встретила, но прошло совсем немного времени, человек почувствовал, что он мне дорог и очень быстро изменился. Он вдруг решил, что теперь я стала его собственностью, что ему уже больше не нужно оказывать мне знаков внимания, что наоборот, я должна быть счастлива лишь оттого, что он меня выбрал и всячески ему это доказывать. В итоге мы расстались.

Время шло, я закончила учёбу, устроилась на работу. Большинство моих ровесниц повыходили замуж, некоторые неоднократно, а я, оставалась одна, несмотря на то что, по-прежнему, была окружена вниманием мужчин.

Честно говоря, я по этому поводу не комплексовала. Мне едва исполнилось двадцать лет. Я была молода, хороша собой, мне ничего не стоило вскружить голову понравившемуся мужику, а замуж, мне тогда казалось, уж я то всегда успею и что всё у меня впереди.

Однажды, я тогда работала секретарём в поселковом совете,.. был какой-то праздник,.. мы его отмечали на работе. Алексей Михайлович, глава нашей администрации, пожилой шестидесятипятилетний мужчина, находясь в состоянии изрядного подпития, зазвал меня в свой кабинет. – Неужели этот «старый хрыч» буде ко мне клеится? - подумала тогда я. Мне стало даже интересно, как это всё будет выглядеть, ведь он, в молодости, ухлёстывал за моей бабушкой. У меня было игривое настроение, и я была готова позволить ему некоторые шалости, но он, вопреки моим ожиданиям, усадил меня в кресло и завёл душеспасительную беседу.

- Галя, извини, что я вмешиваюсь в твою личную жизнь, но это по-отечески. – сказал он – Ты интересная женщина, а вот жизнь у тебя не складывается. Тебе бы родить. И в старости не будешь одна, да и для здоровья полезно. Давай-ка ты, завтра, напиши заявление на отпуск. Нам выделили путёвку, в пансионат, в Адлер,… съездишь, отдохнёшь,… с кем-нибудь познакомишься…

Сказал, будто ведро ледяной воды на голову вылил. Я вдруг поняла, что давно уже не девочка, что мне уже двадцать восемь, что молодость незаметно пролетела и что жизнь действительно не складывается. Всю ночь я проплакала в подушку, а спустя несколько дней к нам в поссовет заглянул незнакомый приезжий мужчина. Дальняя родственница, пожилая, одинокая женщина, завещала ему свой дом. К нам он зашёл за справкой.

Этим мужчиной был Николаев.

Он сразу же «положил на меня глаз». Мне он показался симпатичным и добрым. Я немного «поломалась». ровно столько, сколько требовалось для соблюдения приличий.

О любви речи не шло. Это был обоюдный, молчаливый брак по расчёту. Я получала статус замужней женщины, серьёзного, самостоятельного мужа, достаточно обеспеченного, для создания нормальной семьи.

Николаева незадолго до этого бросила жена. Женившись на молодой женщине, он избавлялся от появившегося после развода комплекса неполноценности, а заодно получал возможность вернуться к привычному, для него, образу жизни, когда не нужно думать о стирке, готовке и некоторых других, немаловажных проблемах с которыми он столкнулся, став холостяком.

Я прекрасно понимала, что с новым статусом на меня ложится куча новых обязанностей и первое время, честно старалась их исполнять,… в отличие от мужа…

Он же, во-первых, с самого начала скрыл от меня, что у него больше не может быть детей.

А во-вторых, очень быстро отодвинул меня на дальний план. Ему не было дела до моих интересов, моих проблем, если только эти мои проблемы не затрагивали его интересы и права.

В общем,… я не считаю себя чем-то ему обязанной. А ещё, мне кажется, я так же как и все имею право на простое человеческое счастье.

- Прости! – Альбина встала, подошла к Гале, обняла, прижалась щекой к щеке. – Прости меня, пожалуйста! Ты всегда такая жизнерадостная, неунывающая, я думала у тебя всё хорошо…

Кирилл, почувствовав что, в данный момент, он лишний, поднялся в хижину за кокосами, предоставив женщинам возможность посекретничать наедине.

Когда он вернулся, они уже болтали о каких-то пустяках, и лишь небольшой румянец на Галиных щеках напоминал о минутной слабости.

Согласно договорённости Кирилл и Альбина проводили Галю до дома. Возле самого крыльца их с Николаевым жилища, к удивлению всей компании, стоял микроавтобус дяди Лёши. Под капотом ковырялся незнакомый Кириллу молодой водитель. Альбина перебросилась с ним несколькими фразами, затем шепнула Гале:

- Если бы мы еще немного задержались, тебе бы наше присутствие не потребовалась, твой муж собирается на рыбалку.

Из домика вышел сам Николаев. На плече огромный рюкзак, в руках снасти. Кивнув Кириллу и Альбине, он отозвал Галю в сторону, что-то сказал. Прежде чем садиться в машину добавил, уже обращаясь ко всем: - Ребята в двадцать два ноль-ноль будет важное сообщение, послушайте новости …

Поскольку из присутствующих телевизор был только у Альбины, она пригласила всех к себе. Галя от приглашения отказалась, сказала, что если что-то случилось действительно серьёзное, об этом будут «трубить» все средства связи и пригласила к себе в дом.

- Пойдёмте, выпьем водки, день сегодня какой-то,… а новости можно и по приёмнику послушать. – предложила она.

Новость действительно была серьёзной и неприятной: Осколок ядра кометы, величиной с океанский лайнер, с вероятностью девяносто пять процентов спустя тридцать один час и десять минут столкнётся с Землёй.

Предыдущий прогноз, согласно которому все большие осколки должны были пролететь мимо, оказался неточным по одной очень простой причине. В спешке, не было учтено положение луны во время пролёта осколков в районе Земли. Ночное светило, своей огромной массой, неумолимо, влияло на траекторию полёта злосчастных осколков. Единственным утешениём было то, что произойти это неприятное событие должно было где-то в районе Антарктиды.

Комментарии учёных, по поводу последствий расходились кардинально.

Одни считали, что большинство жителей земли не заметят этой, якобы, катастрофы. Другие же утверждали что, для жизни на планете, последствия могут быть самыми плачевными. Были и такие, которые считали, что это событие привнесёт неоценимый вклад в науку, например тем, что позволит заглянуть под толщу антарктических ледников.

Последнее сообщение можно было отнести к разряду курьёзных. Одна южноамериканская авиакомпания объявила о продаже билетов на экскурсию в район Антарктиды желающим посмотреть на «фейерверк» собственными глазами.

Женщины попросили Кирилла как единственного присутствующего мужчину выразить своё отношение к возможному, предстоящему событию.

Кирилл считал, что падкие на сенсации журналисты, как обычно, всё преувеличивают.

- Знаете? А у меня, для вас есть ещё одна очень интересная новость – вдруг вспомнила Галя. - Хотите я скажу куда, на ночь глядя, отправился мой муж?.... Организовывать на завтра рыбалку, на яхте!… А знаете для кого? … Для Алямского и Богданчика!

- Неужели смогли договориться?... И это после такого скандала! – удивилась Альбина.

- Этого следовало ожидать. – оживился Кирилл. – Рыжему, лучше потерять часть, чем всё.

Алямскому?… Грех отказываться оттого, что само плывёт тебе в руки.

- Ладно, всё равно от нас ничего не зависит, давайте мы лучше чего-нибудь выпьем. – Предложила Галя.

- У меня, для тебя, есть ещё одна новость: – Прошептала Альбина, пока Галя копалась на кухне. - Мне сегодня разрешили взять отпуск. Я его столько ждала, так просила, а теперь… как-то нужно отказываться. Даже не знаю как….

- Не нужно отказыватьс. - начал, было, Кирилл, но Альбина не дала ему договорить.

- Даже не заикайся про это!… Ты мне нужен живым!.. Не знаю, как мы будем выпутываться из этой истории?

Пришла Галя. Принесла запотевшую бутылку водки и тарелку с наскоро порубленной закуской.

- Романов, просыпайся, на работу опоздаем.

- Кирилл открыл глаза. За окном было пасмурно, накрапывал дождь, стучал по подоконнику.

- Аль, может… ну её эту работу, а? - Предложил Кирилл. - Рыжий твой на рыбалке, и вообще, на завтра обещали Конец Света. Давай встретим его в постели!

- Романов, какой Конец Света?... Тебя убьют раньше. Мне надо что-то с отпуском решать. У нас куча дел, на работе не пойми что... Выпусти меня, я встану...

- Минутку подожди. - Кирилл придержал её за талию. – Сабурова, скажи честно: Я нормальный мужик?

- Ты ненормальный!

- Это я понял. Ты скажи: - Как мужик, я нормальный?

- Как мужик, нормальный!

- Хорошо… А ты, красивая женщина?

- Об этом не мне судить!

- Ладно, ты себя обнажённую в зеркале видела?... Не ужели ты и вправду думаешь, что нормальный мужик, на утро после пьянки, такую женщину,.. голую,… выпустит из своей постели.

- Тебе что, ночи мало было? – она попыталась вырваться. Он крепко сжимал её в своих объятиях.

- Я тебя сейчас укушу! – пригрозила она и показала зубы.

- Кусай, надеюсь яд у тебя не смертельный. – Съязвил он.

В неравной схватке победили Природа и Любовь!

- Романов!... Как тебе нестыдно? Я из-за тебя на работу опоздала. Первый раз в жизни. Вот пожалуюсь Вере Николаевне, и она тебя премии лишит. – бухтела Альбина, но на работу уже не рвалась.

- Это те нежданные тридцать процентов?... Ой, напугала!... Мне их и так не дадут!.. Тебе, между прочим, тоже!

- Это ещё почему? – Удивилась она.

Да потому что я Веру Николаевну знаю намного дольше, чем ты. Помню как-то раз, много, много лет назад, когда она была лишь обыкновенной девчонкой, курносой, веснушчатой, мы, в одной компании, даже в бутылочку играли.

- И ты, конечно же, с ней целовался?

- Точно не помню, кажется, с ней целовался Женька, а мне тогда приглянулась другая девушка.

- И всё-таки,.. несмотря на бутылочку,.. не в компетенции Веры Николаевны лишить меня премии. Даже если бы она и захотела это сделать.

- А спорим, ты всё равно премию не получишь.

- Получу!

- Спорим, что нет!

- Романов,… даже если бы это было в твоей власти. Ты что лишил бы меня премии?…

- Тем не менее, ты её не получишь.

- Ты это серьёзно?... Хорошо!… На что спорим?

- На желание.

- Нашёл дуру!... А впрочем, давай, я согласна… Не заставишь же ты любимую женщину сделать что-то непотребное.

- И ты потом не откажешься, не пойдёшь в попятную?

- Никогда!

- Вот и отлично. Считай что ты проиграла… Ни какой премии не будет. Это всего лишь слух, и пустил его я!

- Ты? – Искренне удивилась Альбина. -Зачем тебе это?

- Как-то само получилось. Зашёл в курилку, там незнакомые мужики. Нужно было завязать разговор… Сказал первое что пришло в голову. Теперь вот вся станция «гудит»…

- Ну ты балбес!.. Связалась я с тобой. … Мне даже сон сегодня приснился:

Представляешь? Будто лежим мы в постели, и вдруг я вижу, что окно это не окно, а стеклянная дверь. Открывается эта дверь и входит женщина,.. красивая, серьёзная такая, и вся в белом… подходит к постели. А я лежу голая,.. твоя голова у меня на плече, твоя рука,….. ну, в общем, стало мне так стыдно. Одеяло в ногах, я хочу накрыться, и не могу сдвинуть тебя с места. А она смотрит на меня так строго, строго, а потом вдруг наклоняется и протягивает ко мне руку. Я испугалась, зажмурилась и … чувствую, она провела мне ладонью по голове… Вроде как пожалела,.. а потом поцеловала в лоб.. Как мама в детстве.

Я проснулась, а глаза открыть боюсь. Ощущение – будто всё это на самом деле. Я осторожно поднимаю ресницы, передо мной прежнее окно и ты, сопишь мне в ухо.

- Не хрена было после водки пить банановый ликёр, - сделал вывод Кирилл.

- Романов что нам делать а? Может быть мне поговорить с Александром Ивановичем, сказать ему, что ты самый близкий мне человек и что я всё знаю.

- Скажи!… Попроси, когда нас будут топить, чтобы обоих, к одной железяке привязали.

- Романов, я серьёзно.

- И я серьёзно!.. Я сам с ним поговорю… Вот Алямский уедет.

- И что ты ему скажешь?

- Знаю я, что ему сказать, только сначала морду набью, мне давно хотелось.

- А нельзя как-то без этого?

- Аля,.. мне казалось ты свой выбор сделала?…

- Какой выбор? О чём ты говоришь?... Я влюблена в тебя как… кошка… Я без тебя жить не захочу. Просто я не знаю, что нам сейчас делать…

- Что необходимо сделать я тебе скажу: Во-первых,.. сварить кофе... Пора бы уже чего-нибудь и перекусить.

Во-вторых, сейчас мы пойдём на работу, и первое что ты сделаешь: напишешь заявление на отпуск, попросишь девчонок оформить документы как можно скорее.

И ещё,.. подумай, что тебе нужно забрать с собой? Что тебе здесь дорого? – он окинул взглядом комнату – Потому что ты сюда больше не вернёшься.

- Как, совсем?... А ты?

- Я приеду очень быстро, и мы больше не будем ездить в командировки.

- А если с тобой что-то случится?

- Если со мной, здесь, что-то случится, ты сюда сама уже не захочешь. Или я не прав?

- Конечно прав! Только,… Романов,.. ты всегда будешь так мной командовать?

- Мне бы хотелось, что в нашей семье командовала ты. Не подумай что я

так говорю лишь для того, чтобы ещё раз тебе понравится. Я считаю, и всегда считал, что в доме, главной, должна быть женщина,.. если конечно она не круглая дура…

Сейчас исключение… Это как - …. на время войны власть переходит к военным.

- Романов, если ты считаешь, что я рвусь в твои руководители, ты ошибаешься.

Мне-то, как раз наоборот, хочется спрятаться к тебе «под крыло».

- Оно всегда будет к твоим услугам.

Позвонили со станции. Альбина взяла трубку. Пообещала через час быть на рабочем месте.

- Что-то случилось? - Поинтересовался Кирилл.

- Барышев заболел,… что-то с сердцем… Виноградская со своей преемницей повезли его в госпиталь. А ещё, пришла телефонограмма, от местных властей, а всё остальное руководство в городе, развлекает высоких гостей.

- Аля, что значит преемница Виноградской?.. Кто это?

- У Ольги Олеговны закончился контракт. На следующей неделе она улетает домой.

- Знаешь, мне нужно тебе кое-что рассказать! Мне давно следовало это сделать, но я всё не решался.

- О чём?.. У нас мало времени.

- Обо мне и Виноградской.

- Мне не интересно выслушивать твои откровения о своих любовницах!

- Я бы не хотел, чтобы ты узнала об этом от кого-нибудь другого.

- Обещаю, в таком случае выслушать и твою версию. Собирайся нам пора.

В отсутствии руководства на станции царили «разброд и шатания». Почти ни кто не работал. Обсуждали предстоящий катаклизм и его возможные последствия. Новость о том что, согласно распоряжению правительства острова, два последующих дня объявлены нерабочими, была воспринята по-разному. Некоторые считали, что это является подтверждением серьёзности грядущего события. Всё чаще звучало выражение «Конец Света». Большинство же было радо дополнительным выходным дням.

Ночь, скорее всего, предстояла бессонная. Если бы не обещание Альбине держаться на людях, Кирилл удрал бы домой отоспаться.

Исполняя обещанное, он в раздевлке, на пару с Крюгером, резался в домино против бригады такелажников. На кону стояли два литра пива. От этого занятия его оторвал зашедший попрощаться «Иваныч». Усадив вместо себя Васю, Кирилл пошёл проводить приятеля до проходной.

- Как у тебя с Алькой дела? Помирились? - Поинтересовался Алексей Иванович. – Её-то я постеснялся спросить.

- Всё замечательно, благодаря Богу, тебе, и ещё одному нашему общему знакомому. – Полушутя, полусерьёзно ответил Кирилл.

- Вот и хорошо!.. Да, я сейчас к ней заходил, попрощаться, она как раз звонила Власову, по моему, разыскивала тебя. – Вспомнил «Иваныч».

Пообещав приятелю, что тот будет первым гостем в их общем доме, Кирилл поспешил к Альбине. Она встретила его растерянным взглядом. Кажется, ещё более растерянным, чем накануне на берегу.

- Хорошо, что ты пришёл, присядь пока. – Ничего не объясняя попросила она, раскладывая на столе какие-то рваные бумажки.

Когда «пазел» был почти собран, в дверь постучали. Пришёл Воилин. Пристроив на место последний клочок бумаги, Альбина заперла дверь на ключ, спросила Воилина:

- Вчера, когда вы разговаривали с Александром Ивановичем, какие-нибудь фамилии назывались?

- До этого дело не дошло. – ответил он. – С лёгкой руки жены Митрохина об их с Кириллом ссоре знают многие. Власов тоже кое-что рассказывал. А красные пятна на твоём лице вчера, только подтвердили мои догадки.

- Вчера,.. как всё происходило?

- Он положил на стол пухлый конверт. Сказал что там двадцать тысяч… Остальное вы знаете!

- Этот конверт? – спросила Альбина, показав на собранный «пазел».

- По цвету, похоже.

- Всё это я сегодня нашла в его мусорной корзине. – пояснила Альбина, раскладывая поверх порванного на шесть частей конверта обрывки обычной белой бумаги так, чтобы линии разрыва совпадали. Когда последний обрывок нашёл своё место, стало возможно прочитать написанное на листке и жирно перечеркнутое слово: - Барышев.

- Вот те на!.. И на старуху бывает проруха! – признал свою ошибку Воилин, и добавил. – Поэтому они его сегодня и не взяли с собой.

- Я бы тоже могла догадаться. - Призналась Альбина. - Богданчик не тот человек, который может потратить такие деньги на месть за банальную склоку. Он мог это сделать только в одном случае, если бы эти деньги потом вернулись к нему с наваром.

Испортить тебе жизнь он может и не тратясь.

- Как же так, говорят, что они с Барышевым давние друзья? – Вспомнил Кирилл.

- Друзей, в твоём понимании, у них вообще не бывает! Там всё завязано на взаимных интересах. – пояснила Альбина.

- Наверное, что-то не поделили. – Предположил Воилин.

- А как быть с Барышевым? – вспомнил Кирилл. – Надо ему как-то дать знать.

- Думаю, он догадывается. – Предположил Воилин. – поэтому и спрятался в больнице… В любом случае, оставьте это мне.

- У меня как камень с сердца! – призналась Альбина, когда они остались вдвоём.

- А твоё вчерашнее требование, что жить я теперь буду у тебя, оно остаётся в силе,… или,… в связи с открывшимися обстоятельствами всё будет как прежде?....

- Решай ты!... Я надеялась, что тебе у меня понравилось.

- И ты не будешь больше «кобенится»?

- Никогда!.... Тебе, больше не придётся меня «завоёвывать».

- Знаешь?... Я вчера, на берегу, вдруг понял: - Завоёвывать тебя, мне доставляет огромное удовольствие.

Приближалась «последняя» ночь. Начальник АХО выделил автобус желающим поехать в южную часть острова, посмотреть на необыкновенное событие вживую.

Некоторые собирались смотреть с крыши электростанции. Несмотря на то, что до предполагаемого места катастрофы тысячи километров, все надеялись, что что-нибудь да будет видно. Кирилл и Альбина решили, что «Конец Света», как фигурное катание, лучше всего наблюдать по телевизору. Покажут с разных ракурсов, наиболее интересные моменты несколько раз повторят.

Ожидать такое событие в постели было как-то даже неприлично. Они заранее вдвоём устроились в одном кресле, включили телевизор, но отключили звук. Не было смысла выслушивать чьи-то предположения. Пройдёт несколько часов и всё разрешиться само собой.

- Что если мы все действительно погибнем? – высказала свои опасения Альбина.

- Страшно одному, когда все вместе не так страшно. – Попытался успокоить её Кирилл.

- Почему ты так считаешь?

- Если ты будешь знать, что погибнут все, выжить одному будет гораздо страшнее, чем умереть вместе со всеми.

- Тебе было страшно одному,.. тогда,.. в океане?

- Да, очень!.. Сначала. А потом наступила апатия. Хотелось, чтобы всё быстрее закончилось.

- Дурачок!... Как подумаю, что могло произойти… холод по спине.

- Встретила бы другого мужчину, более достойного такой женщины как ты.

- Замолчи! Мне ни кто не нужен! Помнишь, вчера, Галя расказывала, как ей хотелось настоящей любви?..... Я уже не так молода, и не так хороша как Галя. А у меня всё это есть! Мне всё это дадено,… ни за что,… просто так. И дал мне всё это ТЫ!

- Сабурова,… ты лукавишь. Посмотри на себя в зеркало. Ты хороша как греческая богиня!

- Просто … ты меня любишь! Потому необъективен…

- С чего это ты взяла, что я тебя люблю? – удивлённо спросил Кирилл, пересадив её к себе на колени и крепко обняв. – Ты вздорная, злопамятная, и вообще, тебя все Киборгом зовут.

- А ещё, у меня сиськи в разные стороны торчат, я помню… Надеюсь это все мои отрицательные качества?

- Нет, есть ещё одно.

- Какое?

- Я не могу без тебя жить!

- Это правда? – Она уткнулась ему в грудь, на его руку упала слезинка. Он заглянул в её глаза. Они были полны слёз.

- Что с тобой? – спросил он.

- Не обращай внимания, Это так…. От счастья!

- Сабурова, ты сама себе-то веришь?.. Какое счастье? У тебя от меня одни неприятности.

- Ты не представляешь как это важно для женщины – быть кому-то необходимой…. Не на час…. Не на ночь…. Просто необходимой!

- Ты мне не поверишь. Но для мужчины это не менее важно.

- Скажи, а как ты догадался, что зелёный цвет - мой самый любимый?

- Аля,.. ну ты чего?... Загляни в свой гардероб… Даже те «лодочки», которые я ремонтировал, – зелёного цвета.

- Хитрый!.. Я ведь тебе, тогда, поверила, а ты меня… просто «развёл».

- Аль, а что ты тогда там, наверху, просила? – осторожно спросил он.

- Не скажу! – встрепенулась она.

- Аля, я волшебное слово знаю: - ПОЖАЛУЙСТА!

- Ну хорошо… Я попросила того, что вряд ли, когда-нибудь, сбудется и что, на моём месте, попросила бы, наверное, каждая женщина. Дословно я не помню, но примерно так: - Чтобы ты любил меня до конца жизни… Чтобы у нас была большая семья… Чтобы жили мы где-нибудь в тихом, уютном местечке, где народу совсем немного… и чтобы все сложилось так что все помыслы и заботы мои были о семье, а не о работе.

- Сабурова,.. я за тебя рад!.. Ты становишься нормальной женщиной!

- Не поверишь!.. То же самое мне недавно сказала Галя.

- Аля, я вот о чём подумал: Дом, тихое, уютное местечко, это конечно на Родине.

А вот по поводу большой семьи,… тут тянуть резину нельзя. Этим нужно заняться немедленно!

- Перестань,.. не тронь меня,.. я же не для этого тебе рассказала.

- Почему перестань? Давай будем решать проблемы по мере их поступления.

- Знаешь?.. Сегодня такая ночь... Я её боюсь. Давай мы просто посидим. Что ты хотел мне утром рассказать?

- Хотел покаяться!

- У тебя был роман с Виноградской. Я знаю.

- Не роман! Случайная связь! Мы оба были пьяны, она была не против.

- А говорил, что страдал по мне с первого дня!

- Так оно и было!.. А вокруг все твердили: Сабурова любовница Богданчика, он по всем командировкам таскает её за собой! Она его верный пёс.

- И ты поверил?

- Не хотел верить, но однажды случайно увидел, как ты поцеловала его в щёчку, а он шлёпнул тебя, по заднице и у меня заныло вот здесь, за грудиной.

- Было такое дело. – вспомнила Альбина – Мы с Галей, за неделю до этого, в городе, записались к косметологу. А накануне ей подкинули срочную работу. Я просила, чтобы он отпустил её со мной на полдня. А ты что подумал?

- На что было похоже, то и подумал! А с Ольгой я пытался вытеснить тебя из своих мыслей, из своих снов,… из своей жизни,... не вышло!

- Дурачок…Ты даже не попытался… Мне пришлось всё решить самой.

- Ласточка моя, если можешь, скажи честно, сколько мужчин, здесь, до меня, тебя активно добивались?

Она улыбнулась. – Были такие!

- У них что-нибудь получилось?... Можешь не отвечать… Я выбрал самую верную, при этом самую честную, по отношению к тебе, тактику: Я был самим собой!

Сейчас, зная твой характер, могу с уверенностью сказать: Если бы я назойливо докучал тебе своим вниманием, не давал проходу, активно пытался понравиться, у меня не было бы ни каких шансов.

- Романов, не обольщайся, хотя вы и называете меня Киборгом, всё-таки я женщина, мне необходимо внимание. И,… я сама не знаю, как бы я на всё это реагировала! А по поводу Виноградской могу тебя успокоить... Это вы, мужчины, ревнуете к тому, кто был до вас. Женщина ревнует к той, что будет после неё.

- Ты так спокойно к этому отнеслась,… я удивлён!

- Чего ты хочешь? Прошло уже столько времени!

- Столько времени после чего?

- После того, как Ольга сама мне всё рассказала.

- Ольга, сама?... Когда это было?

- Давно, ещё до того, когда я в первый раз к тебе пришла.

- Интересно!.. И как это было?
- Так, как могла сделать только женщина…

- Я, из окна вестибюля наблюдала, как вы с Крюкиным дурачились во дворе. Она проходила мимо, уже прошла, но потом вдруг вернулась.

Мы, конечно же, знали друг друга, но не были настолько близки, чтобы делиться подробностями своей личной жизни. Она прекрасно понимала, что я не стану выслушивать её откровений, тем не менее, хотела поставить меня в известность….

Буквально двумя фразами она рассказала гораздо больше, чем ты за весь сегодняшний день.

- И что же она тебе сказала?

- Неплохой мужик!.... Но трахается так себе.! - сказала она и ушла.

- Интересно… Ну а ты?

- А что я? У меня работа такая, ни кому не доверять, всё перепроверять самой…

- «Конец света» прошёл незаметно… Они его попросту проспали,… в кресле,.. обнявшись… У него затекло плечо, он открыл глаза. За окном рассвело. По телевизору показывали синий экран. Он осторожно взял её на руки, отнёс в постель, накрыл одеялом. Она открыла глаза, хотела что-то спросить. Он прижал палец к губам, прошептал:

- Тссс, спи, всё в порядке – и выключил свет.

Прежде чем выключить телевизор, «пощёлкал» по каналам… Везде показывали одно и то же – синий экран.

С момента ожидаемого катаклизма прошло около часа. Хотелось узнать, что же всё-таки произошло, там, в районе Антарктиды. Можно было сходить к себе в бунгало за радиоприёмником. Он выбрал более простой способ узнать новости – распахнул окно.

Их коллеги, проведя половину ночи на крыше станции, возвращались домой разочарованными. Разговаривали достаточно громко. Плохая погода не позволила им увидеть хотя бы что-то. Делились новостями, услышанными по радио. Новостей, заслуживающих внимания, было две:

В космосе, мелкими осколками, повреждено несколько спутников, в том числе и телевизионных.

А ещё, в результате столкновения осколка ядра кометы с Землёй, в районе Ледяного континента, возникло огромное облако, высотой свыше тридцати, и диаметром около тысячи, километров, продолжающее увеличиваться в своих размерах..

Трезво рассудив, что вряд ли сейчас можно узнать что-то большее, Кирилл завалился спать.

Во второй половине дня, воспользовавшись дополнительным выходным, они планировали поездку в город. Побродить по тихим улочкам, заглянуть в магазины, посидеть в уютном кафе.

Звонок Богданчика нарушил их планы.

Московская комиссия, вместе с Алямским, накануне вечером, ещё до предполагаемого катаклизма, неожиданно свернула свою деятельность и отбыла на Родину...

Местное руководство, во главе с Грабарчуком, решили отметить это событие, а также несостоявшийся «Конец Света», пышным банкетом. Приглашались только избранные. Сабурова была в их числе. Банкет был назначен на полдень следующего дня. У Альбины не было ни какого желания посещать это мероприятие, но и придумывать искусственный повод для отказа ей тоже не хотелось. Она предложила совместить банкет с их прогулкой по городу.

Завтра она немного поприсутствует на банкете, а потом тихонько удерёт и они, с Кириллом, проведут остаток дня вместе.

Его данный расклад более чем устраивал, поскольку у него был свой, собственный план на этот день и согласно этому плану ему некоторое время нужно было побыть в городе без Сабуровой.

- Представляешь, они струсили…. – Возмущалась (имея в виду Московское начальство) Альбина. - Просто струсили и удрали, наплевав на свои обязанности, на нас, на тех, кто должен был вернуться домой вместе с ними. Дядя Лёша, Виноградская, ещё несколько человек,…они должны были улететь этим самолётом. Я видела вчера вечером Алексея Ивановича в буфете, он ни куда не спешил.

Я о Алямском была иного мнения!

- Подожди, не горячись. – Остановил её Кирилл. – Возможно, предупреждение было настолько серьёзным, что решение немедленно вернуться домой было самым разумным.

- А как же мы все здесь?

- Ну не могли же они, на одном самолёте, забрать всех!

Словно в подтверждение опасений Кирилла вдруг всё вокруг загремело, загрохотало, под ногами задрожал пол, порывом ветра распахнуло окно, со всех сторон доносились громкие шлепки – это с пальм падали кокосы.

- Что это? – перепугалась Альбина.

- Думаю, звуковая волна от того катаклизма…. Это как во время грозы… сначала мы видим вспышку и только спустя некоторое время доносятся раскаты грома.

«Молнию» мы с тобой проспали, а это был «гром».

- Но Антарктида,… это же так далеко!

- Тем не менее, удар был такой силы, что звук дошёл и до нас. Могу предположить, что звуковая волна обойдёт весь Земной Шар, и ещё вернётся.

Лица, приглашённые на банкет, добирались в город на обычном автобусе, совершавшем, как всегда, в выходной день, несколько рейсов в Мбаха и обратно.

Все они тщательно скрывали, от других пассажиров, цель своей поездки, однако, их легко можно было отличить от остальных по «парадной» одежде. Кроме того, они прекрасно понимали, что завтра, об этой пьянке, будет судачить вся станция.

Кирилл ехал один. Аля, двумя часами раньше, отбыла в город на машине с новым водителем сменившим «Иваныча». ( Тем самым, которого они видели у домика Николаевых) По просьбе Богданчика, Альбина должна была подготовить ему, к торжеству, небольшую речь.

Пассажиры автобуса, между собой, обсуждали несостоявшуюся катастрофу. У Кирилла складывалось впечатление, что многие из его коллег, накануне этого события, были сильно напуганы, ожидали более серьёзных последствий, и когда их «надежды» не оправдались, были не то чтобы огорчены,… разочарованы что ли…

А ещё он заметил: - Многие, громче, чем обычно разговаривают, нервно смеются, что, скорее всего, было результатом перенесённого стресса.

Банкет проходил в небольшом кафе неподалёку от гостиницы. Они договаривались встретиться у входа в кафе, где-нибудь через час после начала. Он немного задержался. Её, в назначенном месте, не оказалось. Кирилл решил, что поскольку он, о данном мероприятии как бы не знает, потому имеет право «случайно» заглянуть в кафе в качестве обычного посетителя. Он неоднократно бывал в этом заведении и примерно представлял, где она может его дожидаться. Слева и справа от входа в зал располагались два небольших, изогнутых дугой, коридора с удобными диванами отгороженными друг от друга карликовыми папоротниками. В конце каждого коридора располагались небольшие рассчитанные на компанию из шести-восьми человек приватные кабинеты.

Из зала уже доносилась заводная музыка, веселье было в самом разгаре. Кирилл не удержался, заглянул внутрь. В левой половине полукруглого зала стоял заставленный бутылками, фруктами и всевозможными закусками, рассчитанный человек на тридцать – тридцать пять, П-образный стол. За столом уже почти никого не было. Во главе стола Рыжий, с заговорщицким видом, о чём-то, перешёптывался с Верой Николаевной, чуть в стороне от них скучал её муж, Женька Власов. Ещё двое: один из прорабов и какая-то незнакомая Кириллу молодая женщина ускоренно напивались. Видимо опоздавшие «догоняли» остальных.

В правой части зала, под исполняемый местными музыкантами экзотический вариант цыганочки, лихо отплясывал пьяный Николаев. Ему, неумело тряся плечами, подтанцовывала секретарша Грабарчука Неля. Несколько человек их подбадривали, хлопая в ладоши. Альбины среди них не было. Кирилл отправился её искать, наугад, в один из коридоров, и сразу же натолкнулся на страстно целующихся Воилина и Галю.

Они были настолько увлечены друг другом, что Кирилла не заметили. Не желая им помешать он вернулся, прошёл в другой коридор. Там, первые два дивана пустовали, на последнем, устроились трое: - Начальник противопожарного отделения Бавыкин, его зам Шикота, и Людка, кассирша из бухгалтерии.

Шикота что-то шептал женщине на ушко, периодически целуя то мочку уха то шейку, Людка вяло противилась его действиям, повизгивала и шептала что-то в ответ. Её платье, вверху было расстёгнуто, в прорези виднелся приспущенный лифчик.

Бавыкин был занят исключительно поглаживанием полных Людкиных коленок. Его лицо, обычно серьёзное и многозначительное и сейчас оставалось таким же.

Все, трое, не обратили на Кирилла, ни какого внимания. Он приоткрыл дверь, заглянул в кабинет, но тут же её захлопнул. Озадаченный увиденным вернулся к входу. Там на него наскочила Альбина.

- Где тебя носит?.... Меня тут уже чуть было не трахнули!

- Что это у вас здесь за вертеп? – в свою очередь поинтересовался он.

- Не знаю! Все как будто с цепей посрывались. Перепились,… твориться…. не пойми что… Что с людьми происходит?... Я в жизни такого не видела!

- Ладно, пойдём отсюда скорее. У нас с тобой своя программа.

- Что будет первым пунктом нашей программы? – спросила она, когда они вышли на улицу.

- В кафе, на набережной, для нас заказан столик!

- Как?... Опять кафе?... Может быть мы просто погуляем?

- Обязательно погуляем, но сначала немного посидим в кафе. Мы сейчас «в разных весовых категориях». Должен же я тебя «догнать»?

- О чём ты говоришь?... Я и не пила совсем, пригубила несколько раз и всё!

- Хорошо. Ну а со мной немного выпьешь?..

- С тобой выпью,… немного…. – сдалась она.

В кафе всё было готово, столик был накрыт на веранде, под навесом, откуда открывался живописный вид на бухту, и ближайшие острова. Звучала негромкая музыка. Соседние столики пустовали. Официант зажёг свечи, откупорил и разлил шампанское. Попросив Альбину подождать несколько секунд, Кирилл удалился, и тотчас же вернулся с букетом белоснежных роз. Услужливый официант принёс вазу. Кирилл жестом отпустил его. Затем достал из кармана маленькую, обтянутую зелёным бархатом, коробочку в виде раковины жемчужницы, протянул Альбине.

Он заранее готовился к этому событию, подготовил какие-то важные слова, но они в нужный момент вдруг увязли на языке, перепутались с другими, менее подходящими к этому случаю.

Она открыла коробочку. Внутри, на белоснежной подложке лежало золотое колечко с небольшим изумрудом.

- Спасибо! Я так понимаю, ты делаешь мне предложение? – пришла ему на помощь Альбина, примеряя кольцо.

- Да! – признался он. – И если ты согласишься, обещаю что сделаю всё возможное и не возможное, для того, чтобы ты об этом никогда не пожалела. А ещё обещаю, что никогда ….

- Не нужно ни каких обещаний…. – прервала его Альбина - Я согласна и так! – она сама поцеловала его в губы, ещё раз поблагодарила за подарок, потом предложила: - Давай выпьем шампанского и пожелаем, чтобы всё у нас было хорошо!...

- Пригласи меня на танец – попросила она, когда шампанское было выпито, и бокалы вернулись на свои места на столе. – Мы с тобой никогда не танцевали….

Он протянул руку…

- Мне так захотелось прижаться к тебе,.. сейчас, сию минуту,.. а другого приличного повода я не придумала. – Шепнула она, когда они вышли на свободную половину веранды.

Музыка была спокойная, ни к чему не обязывающая, он обнял её, она положила голову ему на плечо.

- На нашей свадьбе мы будем танцевать вальс. На тебе будет необыкновенно красивое платье, и все мужчины будут мне завидовать…

- Романов! – остановила она его монолог – А ведь ты так и не сказал мне самого главного…..

- Я буду говорить тебе это каждый день,… по много, много раз,…и сейчас,… я готов прокричать это на всю набережную.

- Не надо кричать,… прошепчи мне на ушко, тихо, тихо, чтобы слышала только я... - попросила она.

- Милая, родная моя женщина! Я люблю тебя с первых минут нашего знакомства!

Люблю так, как никогда никого не любил! Такая любовь может быть только один раз в жизни и далеко не каждому она выпадает. Я счастлив лишь оттого, что встретил тебя и необыкновенно счастлив, что ты ответила мне взаимностью…

В её глазах появились слёзы.

- Романов, Зачем ты жил с нелюбимой женщиной?... Почему не нашёл меня раньше?... Я тебя так ждала!..

Пол, под их ногами вдруг заходил ходуном, со всех сторон доносились грохот, треск, звон бьющейся посуды, где-то недалеко жутко завизжала женщина. Затрещал и накренился навес. Кирилл затащил Альбину под ближайший столик, накрыл своим телом.

- Это что, снова звуковая волна? – испуганно спросила она, когда пол перестал дрожать.

- Нет! Это, наверное, землетрясение. – Ответил он, помогая ей выбраться из-под стола. – Идём отсюда скорее, это заведение в любой момент может рухнуть в океан.

Красивейший город за несколько секунд превратился в помойку. Улицы устилали осколки битого стекла, кровли, кое-где валялись упавшие деревья, стояли, уткнувшись в стволы деревьев и стены домов, разбитые автомобили, в воздухе пахло дымом.

Перепуганные жители повыскакивали на улицу, со всех сторон доносился детский плач.

Из расположенного напротив детского развлекательного центра выбежала женщина, криками и жестами просила о помощи. Кирилл, Альбина и двое оказавшихся поблизости молодых людей помогли ей вынести из полутёмного зала, на лужайку, самых маленьких.

Не смотря на жуткое зрелище, землетрясение было не очень сильным. По крайней мере на тех улицах по которым Кирилл и Альбина брели к отелю разрушенных зданий не было. Были несколько горевших. Пожары происходили в результате обрывов электрических проводов и, как следствие, замыканий.

Из-за пожаров, некоторые улицы были перекрыты. Пришлось поплутать по городу прежде чем они смогли добраться до офиса «ЗагранЭнергоСтроя».

Здание отеля не пострадало, если не считать упавших телевизоров, картин, плафонов, разбитых ваз, цветочных горшков посуды и пр.

К их приходу вызванный землетрясением переполох утих. Проживающие в гостинице соотечественники наводили, в своих номерах, порядок, приезжие ожидали автобус, чтобы вернуться «домой», на станцию. Многие, несмотря ни на что, ещё не протрезвели.

Альбина ушла в офис, на «разведку», Кирилл остался на улице. Его заметил Николаев и сразу же полез обниматься.

- Кирюха друг! - Кричал он – Знаешь, как я тебя уважаю? Мы с тобой…. – что они вместе делали он вспомнить не смог, потому сказал только: - Эх!!… - мотнул головой и снова полез обниматься. У него плохо получалось твёрдо стоять на ногах, но он старался изо всех сил.

- Знаешь, какой он мужик? – говорил Николаев, обращаясь уже к стоявшей поодаль Гале. – Дай ему в руки хоть чего,…. хоть пассатижи и отвёртку… Он тебе ими чего хочешь, сделает!… Хочешь телевизор починит, хочешь дом построит, а хочешь… консервную банку откроет… Мы с ним такие дела делали!…. Но об этом тсссс… - он приложил палец к губам – Ни кто не должен знать!

Кирилл не знал, как избавиться от ставшего вдруг таким любвеобильным приятеля, но тут появился Мещеряков, начальник автослужбы и объявил: Сегодня автобус на станцию не пойдёт, дорога завалена упавшими деревьями и когда их уберут не известно.

Все отправились устраиваться на ночлег. Под этим же предлогом Галя увела мужа в гостиницу.

Кирилла приютил Виталик. Сам он отправился ночевать к своей местной пассии.

Поздно вечером, когда коридоры опустели, к Кириллу прошмыгнула Альбина.

Она по-прежнему, не хотела афишировать их близкие отношения. Его это тоже устраивало. До сих пор им удавалось сохранить свои отношения в тайне для большинства коллег.

Первое о чём спросил её Кирилл: - Ты выполнила мою просьбу по поводу своего отпуска? Когда ты можешь улететь в Москву? Нужно сделать это как можно быстрее!

- Я могу лететь ближайшим самолётом, но, мне казалось, все неприятности позади…

- Аля, я не буду часто навязывать тебе свою волю, но сейчас, я очень прошу, пожалуйста, сделай по-моему, возвращайся на Родину. Здесь становится очень опасно!

- Разве все опасности не миновали?

- Ненаглядная моя! Давай мы сейчас не будем вдаваться в дискуссии, сделай так, как я прошу. Просто мне поверь..

- Хорошо. А как же ты? Тебя не отпустят. Мне нужно как-то договариваться по поводу тебя.

- Не волнуйся я эту проблему решу сам.

Утром Кирилла нашёл Власов. Попросил помочь восстановить в офисе связь, компьютерную сеть и т. п. Альбина возвращалась на станцию одна.

Вдвоём с Женькой они довольно быстро справились с поставленной задачей, сказался давний опыт совместной работы.

На площадке, у отеля, их поджидал знакомый микроавтобус. Вот только водитель был совсем другой. Молодой человек, лет двадцати - двадцати двух. Тот самый, что несколькими днями раньше увозил Николаева на рыбалку. Поговаривали, что он родственник кого-то из руководства и в этой командировке скрывается от службы в армии.

К огорчению Кирилла кроме Женьки его жены Веры и упоминаемого выше Шикоты у них был и ещё один «попутчик»: Александр Иванович Богданчик. Накануне, во время землетрясения, на его внедорожник упало дерево.

Кирилл от этой встречи ничего хорошего для себя не ожидал. Кроме того, после известных событий, испытывал к своему давнему недругу ещё большую неприязнь.

Впрочем, на этот раз «Рыжий» Кирилла напрямую не задевал. Он лишь затеял с водителем нравоучительный разговор. Внушал, что вовсе не обязательно всю жизнь крутить баранку. Что для того чтобы стать уважаемым человеком, нужно добиться от жизни многого. Что все люди делятся на две категории: тех, кто «выбился в люди», кем-то стал и на остальных, большинство из которых можно охарактеризовать одним коротким словом – быдло. В ход шли и более оскорбительные эпитеты.

Кирилл прекрасно понимал, что разговор этот затеян не столько для того, чтобы научить «уму-разуму» нового водителя, сколько для того чтобы унизить его, поскольку из всех присутствующих только он был рядовым инженером. Понимали это, и некоторые из пассажиров микроавтобуса..

Зная, не понаслышке, о непростых отношениях между присутствующими «осторожный» Власов сделал вид что задремал.

Кирилл дал себе слово, не на какие провокации не поддаваться, пересел на заднее сидение и закрыл глаза. Чтобы отвлечься он представил себе дачу своего приятеля Паши Кобзева под Звенигородом, морозное утро, согнувшиеся под тяжестью снега ветки елей, искрящийся на солнце, поскрипывающий под ногами пушистый снег…

Вера Николаевна, а в неофициальной обстановке для него просто Вера, пересев на заднее сидение вернула его в душные тропики.

- Ну ты меня удивил. – без всякого предисловия, негромко, так чтобы никто посторонний не услышал, призналась она.

- Что? – не понимая переспросил Кирилл.

- Прости, но я её соседка,… невольно что-то вижу, что-то слышу…

Извини, что вмешиваюсь, мне всегда казалось что ты непоколебимый семьянин, что семья, дом, для тебя это всё...

- Так оно и есть!

- Как же тогда твои жена и дочь?

- Дочь выросла,.. а с Машей мы развелись!

- Как-то ты об этом сказал,… будто и сам не уверен... - Заметила Вера.

Была в её словах доля истины. Дело в том, что с самолёт, на котором прилетала московская комиссия привёз и почту. Кирилл получил письмо от дочери. Среди прочих новостей Дашка как бы невзначай сообщала, что родители её мужа наконец-то достроили свою дачу, что в качестве сторожа и садовника они пригласили дедушку, что он с удовольствием принял это приглашение и теперь живёт за городом. Что ему там очень нравится и в город он больше не хочет. В этом же конверте лежала короткая записка от Маши.

Она сообщала что, воспользовавшись тем, что в данный момент осталась в квартире одна, хочет сделать ремонт, и интересовалась, не станет ли он, как ответственный квартиросъемщик, возражать против некоторых переделок.

В тексте записки ни чего особенного не было, но сам факт этого короткого письма и тон в котором оно было выдержано, говорили о многом.

Конечно же, ни появления записки от Маши, ни сообщение об отъезде тестя уже ничего изменить не могли, но где-то глубоко, глубоко под сердцем, неожиданно, появилось чувство вины.

Прочитав письмо, он хотел сразу же, не откладывая в долгий ящик расставить всё по своим местам. Взял лист бумаги, авторучку и…… не смог написать ни слова…

Вера щекотливую тему больше не поднимала. Они поговорили о последних событиях, она поделилась своими опасениями по поводу последствий катаклизма. Его эта тема тоже волновала.

- Посмотри, вон туда! – он обратил её внимание на тёмную- тёмную тучу широким фронтом приближающуюся к острову с юго-востока. – Я даже не могу определить какого она цвета. Сколько живу, никогда такого не видел!

По всёй ширине грозового фронта, учащённо возникали яркие вспышки, правда, грома за шумом двигателя, пока слышно не было.

Неожиданно мотор их автомобиля зачихал, пофыркал и стих. Благодаря тому, что дорога шла под уклон, микроавтобус ещё какое-то время катился вперёд, водитель предпринял несколько безрезультатных попыток снова запустить двигатель, безрезультатно. Машина выкатилась и остановилась на дне ущелья, возле моста. Воспользовавшись остановкой, все вышли размять ноги. Водитель поднял капот, Шикота вызвался ему помогать, «Рыжий», достал из портфеля спутниковый телефон но, убедившись, что связь так и не заработала, решил взять над ремонтниками руководство. Кирилл отошёл немного в сторону, присел, а затем вытянулся на огромном плоском валуне. Было пасмурно, но камень ещё хранил тепло накопленное ранее.

Неподалёку от него присели на такой же камень Власовы. Вера отчитывала мужа за то, что из- за его нерасторопности они не успели вложить деньги в какие-то акции, говорила об упущенной выгоде.

- Ребята, вы не о том сейчас думаете. – остановил их перебранку Кирилл. - Слышите гром?.... Через полчаса, максимум минут сорок, та страшная туча будет над островом.

- И что? – настороженно спросила Вера.

- Наткнувшись на гору она выльётся проливным дождём… Здесь, со скоростью пассажирского «экспресса», будет нестись, сметая всё на своём пути, поток из воды, камней и грязи. Не дай Бог, он будет такой силы, что перельётся поверх дороги.

Что бывает не редко….

Эту, старую колымагу - Кирилл привстал и показал на микроавтобус. – унесёт как спичечный коробок.

- А что же делать? - Ещё более настороженно спросила Вера. - Я очень боюсь грозы!

- Скажи этим,.. «автослесарям»,.. чтобы проверили бензонасос. – посоветовал Кирилл и снова лёг на валун.

Женька ушёл к машине, а Вера, с надеждой в голосе, спросила: - Кирилл, ты разбираешься в автомобилях?

- Я разбираюсь во всём что крутиться, вертится, одно движется относительно другого, или вставляется в розетку. Работа у меня такая. А ещё,… когда мы, в последний раз, с Алексеем Ивановичем, прежним водителем этого «раритета», пили пальмовую самогонку он жаловался именно на бензонасос.

Женька вернулся от автомобиля будто оплёванный, однако несколько минут спустя возле машины несколько раз прозвучало: - бензонасос – а «Рыжий» наорал на водителя за то, что тот не остановил машину сразу же, как только заглох мотор, а съехал на самое дно ущелья.

Всё шло к тому, что машину придётся бросить, а оставшийся путь преодолевать пешком, мягко говоря,.. в не очень комфортных условиях…

- Передай, пожалуйста, этому индюку что я, хотя и самое что ни наесть быдло, однако могу вернуть эту колымагу к жизни. - Предложил Кирилл Вере, и добавил: - Только сразу хочу предупредить. – У меня будет одно условие!

- Какое? – оживилась Вера.

- Хочу домой, в Москву,… первым же самолётом…

- В отпуск, надолго? – уточнила она.

- Насовсем! – коротко ответил он.

Вера, что-то пробормотав, ушла к машине и очень быстро вернулась.

- Александр Иванович говорит что без согласования с Москвой ни чего не сможет сделать и предлагает вот это. – сказала она протягивая две банкноты по сто евро.

Кирилл взял деньги, рассмотрел их на свет.

- Я могла бы предложить тебе ещё столько же, но мне кажется, что у меня ты не возьмёшь. – предположила Вера.

- Правильно думаешь. - сказал Кирилл скатывая полученные купюры в тонкую трубочку. - Верни ему,… он всё поймёт.

- Ну, характер у тебя!... Если бы не гроза…. Сам бы с ним разбирался. – возмущалась Вера пытаясь вернуть купюрам прежнюю форму.

- Времени остаётся всё меньше и меньше, а я не волшебник. – поторопил её Кирилл.

Они совещались минут пять. Сначала Богданчик громко бухтел, но очень скоро утих. Гроза приближалась, глухие раскаты грома становились всё резче и резче. Он сам подошёл к Кириллу, сказал: Давай, начинай, что ты там хотел сделать, отправлю я тебя в Москву…. Трусы мне здесь не нужны… Да и надоел ты мне уже.

- Слово? – Многозначительно спросил Кирилл.

- Что тебе ещё нужно? – возмутился Богданчик.

- Слово? – переспросил Кирилл чуть громче.

- Обещаю при всех! - Сдался «Рыжий». Топать, несколько километров, в грозу, под тропическим ливнем ему не хотелось

Кирилл встал, первым делом заглянул в багажник. Предназначенный для подкачки колёс компрессор лежал на месте. Он открыл крышку, компрессора, достал сменную насадку, металлическую, самую тонкую, для накачивания мячей. Затем снял пробку бензобака, раскалённым на зажигалке ножом, проделал в ней небольшое отверстие.

Все с большим интересом наблюдали за его манипуляциями.

Загнав в отверстие насадку от компрессора, Кирилл хотел было вернуть доработанную пробку на место, но вспомнил о компенсационном отверстии.

- Жвачка есть у кого-нибудь? – Спросил он.

Жвачка нашлась в сумочке у Веры. Доводя жвачку во рту до нужной консистенции, Кирилл окинул взглядом присутствующих, предложил: - Прошу занимать места. - и, обращаясь только к водителю, добавил – Я сам поведу, есть одна тонкость...

Водитель вопросительно посмотрел на Богданчика, Богданчик промолчал.

Тонкость состояла в том, что нужно было подобрать скорость на грани возможностей нового «бензонасоса». В противном случае могло разорвать бензобак. Была и ещё одна сложность: Пришлось открыть стекло задней двери и рукой держать компрессор «за бортом». Эту обязанность взял на себя Женька.

В остальном всё было просто. Компрессор накачивал в бензобак воздух, тем самым, выталкивал бензин в топливопровод.

Гроза всё-таки застала их в пути. Пришлось отключить компрессор и закрыть окно. Какое-то время, воспользовавшись тем, что дорога идёт под уклон, Кирилл позволял машине катиться дальше, но дождь полил с такой силой, что дворники перестали справляться с количеством воды падающей на стекло. Видимость была нулевой. Пришлось остановиться.

А вокруг бушевал тропический ураган. Беспрестанно сверкали молнии, гремело, не умолкая, будто это вовсе и не гром, а несколько десятков реактивных самолётов кружат над дорогой, безостановочно преодолевая звуковой барьер. Порывы ветра раскачивали автомобиль, грозя перевернуть, вышвырнуть в кювет. То и дело вздрагивала земля, это где-то неподалёку падали, не выдержав напора ветра, огромные деревья.

Кирилл, включил автомобильный приёмник. Воспользовавшись временным бездействием, хотел послушать новости. На него зашипели со всех сторон, заставили выключить. Напуганы были все, особенно Вера. Она уткнулась мужу в грудь, и вздрагивала при каждом, ударе грома. «Рыжий» сидел бледный как полотно. Только желание убраться с острова как можно быстрее не позволили Кириллу напомнить начальнику об упрёке в трусости.

Сам он не то чтобы уж вовсе не боялся грозы и урагана. Просто после того, «одиночного плавания», он совсем не так как раньше воспринимал многие происходящие вокруг события. Кроме того, сегодня был его день, и он не имел права на непозволительную слабость.

- Вера Николаевна, во время грозы, салон автомобиля, это одно из самых безопасных мест. – попытался успокоить женщину Кирилл.

На самом деле эта информация предназначалась для всех присутствующих, напуганных до полусмерти.

Альбина ждала Кирилла в его домике . Её комната, во время землетрясения, немного пострадала. Лопнуло стекло в окне, входная дверь перекосилась и открывалась с трудом. Облетевшей штукатуркой засыпало стол, постель, кресла, и пр.

- Комната требует ремонта а у меня нет ни какого желания наводить там порядок. – заявила она. - Через четыре дня из Мбаха в Германию летит самолёт…. Для меня забронировано одно место!

- Займи там местечко и для меня… Если можно у иллюминатора. - попросил Кирилл.

- Если бы ты мог лететь со мной, я, не раздумывая, отдала бы тебе своё место, а сама летела стоя. – грустно сказала Альбина.

- А что, разве свободных мест нет?

- Может и есть, но какое это имеет значение?

Кирилл не хотел раньше времени говорить ей об обещании Богданчика. Он не очень-то верил в его «слово» но, поскольку разговор зашёл сам собой, пришлось всё рассказать.

Ночью опять трясло. Его жилище не пострадало, лишь с тумбочки упали и остановились часы. А утром его вызвали в отдел кадров. «Рыжий» сдержал своё слово, возможно не без помощи Веры Николаевны, посредника в том договоре и в силу своего служебного положения далеко не последнего человека на станции.

Весь день ушёл на оформление документов, а ночь,…. ночь они решили провести на берегу океана. Накупаться впрок, посидеть у костра, переночевать в хижине.

- Мне так не хочется улетать! - призналась Альбина. - Мы будем вспоминать это время всю оставшуюся жизнь.

- У тебя есть три недели. Если захочешь, сможешь всё переиграть и вернуться обратно. Ты даже можешь вообще никуда не лететь… Просто, сдать билет и остаться.

- Перестань! Мы всё решили… Это так… минутная слабость.. С кем я ещё могу поделиться как не с тобой… Давай мы завтрашний день, проведём на берегу океана, будем купаться нагишом, кушать фрукты… ты наловишь рыбы, я её приготовлю….. как ты учил, в банановых листьях….. это будет самый лучший день в нашей жизни. Пройдёт много, много времени, старенькие, седые, мы будем вспоминать этот день и рассказывать о нём нашим внукам….

Их планам не суждено было сбыться. Они ещё не знали что спустя некоторое время, после ночного землетрясения, огромная волна цунами, обрушилась на западное побережье острова и смыла всё, что находилось ниже десяти метров над уровнем моря. Что, ворвавшись в бухту их «Райского уголка», запертая с трех сторон, волна выплеснулась почти до середины второй террасы, в щепки разнесла хижину, все, что было на пляже, и отхлынула, оставив за собой полуметровый слой грязи, вперемешку с мусором, камнями, поломанными деревьями, водорослями и дохлыми обитателями океанских глубин.

Увидев, во что превратился прекраснейший уголок природы, с которым было связано столько счастливых минут их жизни, Альбина расплакалась, но как-то сразу успокоилась, вытерла слёзы и сказала: - Ты был прав, мы не должны здесь задерживаться… Я хочу в Москву!