Вновь, как и в случае с «Последней записью» Kunteynir, сегодня речь пойдёт не о пластинке моей юности, а о произведении, с которым я познакомился недавно. Правда, вышла запись на пару десятков лет раньше. Итак, «Жиганские песни» Михаила Круга, 1997 год.
Альбом начинается без обиняков и длительных вступлений, а будто в начале бытового разговора: «Я в детстве подружился с сигаретой...» И вы, если слушаете эту запись, процентов на 35-40, если не больше, тоже подружились с сигаретой ещё в школе, так что контакт установлен. А если не подружились, ничего страшного. Потому что дело не в сигаретах и «как прежде воровал». Но об этом позже.
У альбома интересный ритм. Сначала он, конечно, кружит вас в дикой пляске, не давая продыху с первого аккорда. Первая пауза - на четвёртой песне. Но, так как это знаменитый «Кольщик», передышка не для души, ибо рвутся её струны одна за другой... Если серьёзно, мне лично как раз эта песня не так сильно по нраву, тем более, что в конце идёт совсем нарочитая приторная патетика. Впрочем, я думаю, целевой аудитории это зашло ещё как. Но об этом тоже чуть позже.
Дальше пляска сменяется хотя и по-прежнему плотной, но всё-таки лирикой — ну прямо как блатное (или приблатнённое) застолье, на котором как раз этот альбом будет кстати. Но и в плясовых, и в задумчивых песнях много любопытных деталей:
- смешливые отсылки к современной альбому поп-культуре в «Прокурору зелёному слава!»;
- неожиданное, рвущее ритм a capella, представляющее песню «А сечку жрите сам» совсем иначе, чем казалось вначале;
- появление автора в качестве третьего лица (забыл, как называется этот художественный приём) в «Водочку пьём» («Купите кассету — прокрутим немножко, там Круг свои песни поёт... Вы Круга не знаете? Гляньте в окошко — он сам в этой будке и пьёт»). И вообще само- и просто ирония (например, в строках, часть которых я вынес в заголовок);
- абсолютно ничем не стеснённое насыщение песни блатной лексикой в « Не спалила, любила» (один из популярных поисковых запросов — «не спалила любила перевод с жаргона»);
и так далее.
Насчёт последнего (обилия блатного жаргона) — отдельный разговор. Мой друг Иван как-то вспоминал: некоторые песни невозможно было слушать (а его юность, конечно, прошла вместе с интонациями Круга) без словаря. И в этом Михаил Круг здорово проявился как стилист. А стилист он, конечно, прекрасный. Ведь, имея малое отношение к миру, о котором пел, он заставил его обитателей (или стремящихся туда) воспринимать его как самого что ни на есть носителя блатной сермяжности.
И меня как ценителя эти блестящие навыки стилиста восхищают. Но сермяжность «Жиганских песен» — в другом. Это ведь настоящий рок-н-ролл, в самом исходном смысле (подсказка: не в смысле музыкального жанра). Поэтому альбом изящно минует приблатнённых подростков, машет рукой уркам-шулерам и поднимается выше — туда, где живут произведения, не привязанные к времени и пространству. Ну, ладно, привязанные. Но которые можно воспринимать и без этой привязки.
...А ещё «Жиганские песни» — это то, чего не понять псевдоинтеллектуалам, тщящимся выглядеть умнее и изящнее ненавистной серой массы. Не понять, как искренне радоваться уже тому, что ты сидишь за столом, ешь и пьёшь, целый и невредимый, и у тебя есть как минимум завтра. И подпевать простым песням о какой-никакой, а всё-таки настоящей жизни — той, которой так мало у псевдоинтеллектуалов, собирающих в пирамиды культурные отсылки к собственной жопе.