Я его почти не знала. Встречала время от времени на Грушинском фестивале – веселый, яркий, добрый.
Как будто всегда в отличном настроении, всегда шутит, всем читает свои смешные стишки. Как будто всегда немножко пьян, ну и что?
Бывает, люди как выпьют, так сразу становятся невыносимыми. А он смешной. На кураже читает новые стихи, балагурит.
Однажды ехали с фестиваля, он зашел к нам в купе, что-то еще прочел.
Я его вообще другим не видела – всегда читал стихи. Свои собственные. А тут разговорились. Оказывается, жена умерла, остался с сыном, "ученики" украли квартиру, но он даже о них отзывался без злости, а так... как будто дураки какие-то, сами себе карму испортили... Подарил книжку своих стихов "Ювенильный романс". Мы ее сразу читать начали, прямо в поезде. Утром в Москве на перроне Дима стал искать Виталика, чтобы выразить ему свое восхищение. Тот немного смутился.
Виталий Калашников окончил философский факультет Ростовского университета. Жил в Ростове-на-Дону, Азове, потом в Москве, был одним из основателей поэтической группы «Заозёрная школа». Занимался ювелирной керамикой, выставлял свои работы в Японии, Америке, Франции. По его сценариям сняты несколько фильмов и поставлены пьесы.
Он умер 11 января 2012 года, не приходя в сознание, в результате уличного нападения в ночь с 6 на 7 января в городе Дубне. Похоронен на кладбище хутора Недвиговка.
Убийцу поэта в августе 2012 года приговорили к 10 годам колонии.
Мне, к сожалению, не довелось увидеть фильмы по его сценариям и его прикладные работы. Но я читала его стихи, они настоящие!
Здесь, под высоким небом Танаиса...
Здесь, под высоким небом Танаиса,
Я ехал в Крым, расстроен и рассеян,
На поиски случайной синекуры.
И у друзей на день остановился,
И дом купил, и огород засеял,
И на подворье запестрели куры.
Здесь под спокойным небом Танаиса,
Я перестал жить чувством и моментом:
Я больше никуда не порывался,
Я больше никогда не торопился,
Возился с глиной, камнем и цементом
И на зиму приготовлял запасы.
Здесь, под античным небом Танаиса,
Зимой гостили у меня Гораций,
Гомер, Овидий, Геродот, а летом
Родные и приятели: актрисы,
Писатели каких-то диссертаций,
Изгнанники, скитальцы и поэты.
Здесь, под ненастным небом Танаиса,
Сначала долго, нестерпимо долго
Терпел я недороды, но в награду
Однажды все рассады принялись, и...
Взошла любовь, Россия, чувство долга,
И, наконец, душа, которой рады.
Здесь, под бездонным небом Танаиса,
Перед собой я больше не виновен
В том, что люблю мышленье и свободу:
Вот дом, в котором я родился,
Вот кладбище, где буду похоронен, -
Всего минут пятнадцать ходу.
1985
А еще Виталик написал текст гимна Грушинского фестиваля (музыка Андрея Козловского).
Светлая память.