Наступил ноябрь, и мои коллеги-паразитологи вздохнули с облегчением. Кривая паразитарных инвазий пошла вниз, особо сложные случаи сменились банальными детсадовскими острицами. Остались, правда, охотники-любители сырого мяса и трихинелл, но в прошлом году в области было несколько громких случаев, и теперь каждый охотник наизусть знает, что дикого кабана есть полусырым без предварительной проверки опасно для здоровья. Даже под водку. Даже обжарив на огне. Даже под много водки. Даже с перцем. Даже под очень много водки.
В работе паразитологов наступило долгожданное затишье, и они поспешили поделиться со мной историями нового сезона.
Гименолепидоз (карликовый цепень)
«Баянистый анекдот. Студенту-медику на экзамене достаётся вопрос «Гименолепидоз».
- Ага, - думает студент. – Хрен знает, что это такое, но дай-ка я с латыни переведу. Что получается? Ожирение девственной плевы. Да ну нафиг! Но, наверное, и такое бывает.
И к ужасу преподавателей начинает рассказывать про ожирение. В том самом месте».
Паразитологу Иванову позвонили из районного дома-интерната.
- Коллега, необходима ваша консультация, - обратился к нему врач-педиатр, в зоне ответственности которого находилось данное заведение. У меня четверо пациентов с одинаковыми симптомами. И все четверо проживают в одной комнате. Подозреваю что-то паразитарное.
Иванов выбил у начальства служебный транспорт – шикарный и очень комфортный, но слегка скрипящий УАЗик, с ресурсом выработанным на 95%, и поехал.
В доме-интернате компактно проживали полсотни детей-школьников разного возраста. Утром в понедельник их собирал по окрестным деревням школьный автобус, он же отвозил их по домам в пятницу вечером. Все будние дни дети проводили в интернате.
Заболели четверо соседей по комнате. У всех симптомы одинаковые. Боли в животе, изжога, у одного – кровь в стуле.
Паразитолога встретил педиатр и заведующая интерната – могучая дама среднего возраста.
- У нас на кухне всё в порядке! – сразу бросилась в атаку она.
- Так вас ещё никто не обвиняет, - слабо запротестовал Иванов.
- Я вам говорю – у нас всё в порядке. И никогда такого не бывало. Это они из дома притащили. Тут знаете какие дети бывают?!
- Догадываюсь, - вздыхает доктор.
- Мне уже из района звонили. Говорят, что это аскаридоз.
- Замечательно, что районный отдел образования научился ставить диагнозы по телефону, - огрызнулся Иванов. – Но позвольте хотя бы увидеть пациентов.
Пациенты находились в изоляторе. Четверо бледных, осунувшихся пацанов девяти лет. Доктор осмотрели их и опросил. Как бы он не возмущался, но телефонный диагноз райотдела образования кажется подтверждался. Смущала кровь в стуле одного из пациентов. При аскаридозе кровотечение почти не встречается.
Врач взял кал пациентов на анализ и уехал в лабораторию. А в лаборатории его ждал сюрприз. Среди ровных округлых яиц паразитов посмотрела на него с той стороны оторванная голова-сколекс инопланетного существа, так не похожего на обычный пятачок аскариды. А на голове и присоски, и крючья, и вообще жуть какая-то. По этой голове доктор и определил сразу, что причиной заболевания явился карликовый цепень. Гость в его районе редкий, но встречающийся
Заражение паразитом происходит контактным путём. То есть кто-то из ребят привёз «подарочек» из дома. А там уж заразил соседей по комнате.
Иванов позвонил педиатру, согласовал с ним противопаразитарные мероприятия и принялся искать «виновников». Членам семей заболевших были проведены анализы, но среди взрослых заболевших не было выявлено. Источник обнаружили лишь по опросам.
- Это мы и ожидали, - рассказывал мне потом Иванов. – Если не происходит аутоинвазии, то есть повторного самозаражения, то гименолепидоз проходит месяца за два. А дети – они часто не соблюдают гигиену, вот и заражаются повторно. Меня одно удивляет. У взрослых же животы постоянно болели, кровь в стуле, изжога. А терпели всё лето. К врачу не ходили, лечились народными средствами, ну и водкой само собой. Я спрашиваю – чего ж к врачу не обратились? А они мямлят – мол, посевная-уборочная, некогда болеть.
Финалом этой истории был звонок заведующей интернатом.
- Доктор, ну что, обнаружили аскаридоз?
- Нет, но зато обнаружили гименолепидоз. Это такая паразитарная инвазия. Они с аскаридозом даже антагонисты – то есть терпеть друг друга не могут, и в одном очаге не встречаются..
- Погодите, - перебивает врача заведующая. - Но аскаридоза-то нет?
- Нет.
- Вот и хорошо.
И заведующая гордо отрапортовала в райотдел:
«Аскаридоз не обнаружен».
Трихинеллёз
Теперь о случае, после которого все районные охотники научились опасаться сырого кабаньего мяса.
Как-то группа сельских жителей завалила в лесу огромного кабана. Досталось каждому по солидному куску. А оставшуюся полутушу было решено употребить в дело. А именно – с прошлого года висело над мужиками обвинение в браконьерстве. И строго приглядывали за ними участковый, и местный начальник лесного хозяйства. Этому-то начальнику, дабы наладить отношения, мужики полутушей и «поклонились». Тот на радостях, созвал гостей, нажарил шашлыков и угодил в больницу с трихинеллёзом, да так тяжело протекало заболевание, что полгода отвалялся, едва не помер. Потерял должность, здоровье, нажил кучу врагов среди гостей, которые тоже не последние люди в районе были. Естественно, обвинил во всём «дарителей»
Охотников хотели привлечь к уголовной ответственности, но так как они сами проходили лечение – умысел доказать не удалось.
А начальник и сам дурак. Ведь двадцать лет с лесом работал, уж кто-кто, а он должен был знать о том, что от мяса диких кабанов не только икота по утрам бывает.