35 лет трагедии в «Лужниках»
Холодный осенний вечер, 20 октября 1982 года. Московский «Спартак» пытался пробиться в 1/8 Кубка УЕФА, играя против не слишком именитого голландского «Харлема». На стадион пришли всего шестнадцать с половиной тысяч зрителей. Из-за неожиданно выпавшего снега сотрудники «Лужников» сумели подготовить только две трибуны – А и С. Большинство болельщиков предпочло трибуну С – она находится ближе к метро, что было весомым аргументом при такой погоде. «Спартак» повёл в счёте уже на 16-й минуте: гол со штрафного удара забил Эдгар Гесс. Больше ничего выдающегося на поле не происходило, игра медленно подтягивалась к своему логичному завершению. На следующий день об этой игре появятся красочные статьи в «Советском спорте» и еженедельнике «Футбол-Хоккей», сухой заметкой ограничилась «Вечерняя Москва». Но самое важное осталось за пределами газетного листа.
Болельщики, отважившиеся на поход на стадион в такую погоду, к концу игры уже устали и порядком замёрзли, а потому начали расходиться по домам заранее. Несмотря на то, что на обеих трибунах были открыты все выходы (что впоследствии подтверждалось показаниями очевидцев), основная масса людей воспользовалась лестницей №1. Именно на ней и произошла страшная давка. Согласно официальным данным, жертвами трагедии стали 66 человек, ещё 61 человек получил травмы различной степени тяжести.
Версий случившегося много. Согласно результатам расследования (то есть, официальной версии), к трагедии привела совокупность факторов: большое количество людей, спешащих к выходу, плотный, напирающий поток и трагическая случайность. Внизу на лестнице, якобы, упала девушка. Кто-то пытался помочь ей подняться. Однако сзади продолжали напирать, в результате чего они были просто сметены толпой. Идущие следом спотыкались о лежащих, тем самым лишь увеличивая груду тел. Образовавшаяся давка была настолько мощной, что металлические перила прогнулись под давлением и люди стали падать вниз. Для кого-то это стало спасением, а кто-то был раздавлен теми, кто падал сверху.
Вопреки расхожему мнению, давка не была спровоцирована голом Швецова. Занимавшийся в 1982 году расследованием обстоятельств трагедии следователь по особо важным делам Прокуратуры г. Москвы А. Шпеер не только опровергнул данную теорию, но и сделал вывод о том, что тот самый мяч напротив, позволил избежать еще больших жертв. «Гол не усугубил положение, а, пожалуй, даже облегчил его, — цитируют «Известия» Шпеера. — Многие из зрителей — кто только выходил из многочисленных «люков» верхнего этажа стадиона на галерею — кинулись назад и тем самым ослабили напор на уже идущих по лестничному маршу. Внизу, в спрессованной массе людей, при давке можно было разве что повернуть голову, но никак не развернуться, и как необоснованно утверждается, создать встречный поток». Однако эта версия была столь популярна, что сам автор гола Сергей Швецов считает себя виновным в произошедшем.
О случившейся трагедии умолчали. В прессе информация о ней появилась лишь в эпоху Гласности, во времена «Перестройки». Спартаковцы узнали о случившемся от начальника команды Николая Петровича Старостина. «Мы ничего не знали о жертвах, — приводит издание The Guardian слова Эдгара Гесса. — Мы сидели в раздевалке и понятия не имели о том, какая катастрофа происходит вокруг нас. Позднее мы слушали радиостанцию «Голос Америки», которая сообщила о произошедшем вечером. Николай Петрович Старостин рассказал нам об этом на следующий день». Кстати, игроки «Харлема» заявляли, что узнали о происшествии лишь спустя семь лет.
Как бы там ни было, жизни погибших в этой страшной давке не вернет уже никто. К несчастью, случившееся в «Лужниках» стало не единственной подобной трагедией в период 1970-1980-х годов. Аналогичные несчастные случаи произошли на шотландском стадионе «Айброкс» и английском «Хиллсборо». Причем происшествие на «Айброкс» во многом совпадает в подробностях с трагедией в «Лужниках», одинаково и число погибших. В 1992 году недалеко от лужниковской трибуны В был воздвигнут Памятник погибшим на стадионах мира. Именно туда, в этот черный день, 20 октября, потянутся стройные ряды спартаковских болельщиков, чтобы почтить память погибших товарищей.
Светлая память всем тем, чья жизнь оборвалась в тот промозглый осенний вечер...
Александр Гребенников