Позитивный образ будущего — необходимый элемент любой здоровой социальной системы, жить без пресловутого и не раз осмеянного «светлого будущего», как оказалось, невыносимо. Элементарная человеческая потребность веры и убежденности в том, что завтра будет лучше, чем сейчас, что дети будут жить лучше родителей, является условием развития общества. Образ будущего сегодня сосредоточен в новых информационно-коммуникационных технологиях, роботизации и автоматизации. Именно в эти направления вкладываются и ожидания позитивных преобразований существующей социально-экономической системы. Но стремительно наступающее будущее вызывает страх, тревогу, неуверенность в завтрашнем дне, которые было бы ошибочно объяснять консерватизмом, нежеланием меняться или вульгарным лудизмом. Так ли уж не обоснованы людские тревоги?
Одной из реализуемых уже сегодня концепций цифрового мира являются технологии тотальной прозрачности, прогнозируемости и управляемости. Госорганы, частные корпорации и банки с большим оптимизмом рапортуют о том, как они собираются или уже следят за поведением людей в среде социальных сетей и новых медиа. Таким образом информационно-коммуникационные технологии усиливают диспропорции контроля со стороны как старых, так и новых субъектов власти над личностью. Но при этом технологии контроля и тотальной прозрачности никогда не нацелены на саму государственную и уж точно ни на корпоративную власть.
Стоит напомнить, что главный пафос в концовке фильма «Сфера» (2017), снятого по одноименному роману Дейва Эггерса, заключался в том что руководители собирательной высоко-технологичной корпорации «Сфера», принципиально не были готовы к тем стандартам полной открытости, которые сами внедряли в общество. Пессимистический и антиутопический финал романа был изменен в фильме на их поражение в вышедшем из под контроля порыве главной героини заставить мир быть лучше.
По-прежнему идея «мониторной демократии», когда общество может само участвовать в слежке и контроле над органами власти, действует применительно к традиционному государству и порождает оптимизм и у гражданского общества. Проблема заключается только в том, что само государство согласно неолиберальным идеологам будущего должно быть демонтировано и уступить место тотальному корпоративизму. Правда, как убеждают нас идеологи цифрового общества, «цифровой гуманизм» заставит постчеловеческую и сверхрациональную систему не рассматривать человека в качестве послушной и контролируемой единицы управления. Общество, лишенное научного знания о себе самом, становится легкой добычей привлекательного бренда «будущего». Такая система позволяет элитам сохранять гегемонию, т.е. лидерство в проектировании и навязывании негативного сценария будущего.
Без критики, а значит цензуры и общественного обсуждения и контроля происходящих и внедряемых в общество изменений ответить позитивно на этот вопрос невозможно. Без понимания реальной структуры и отношений власти все разговоры о будущем являются предметом безответственного футурологического идеализма и политического самообмана.
Павел Родькин, доцент НИУ ВШЭ, член Зиновьевского клуба – для Агентства СЗК