Есть у меня одна история, которая как раз под сегодняшний денек – дождливый, теплый, с размытыми красками пестрых листьев.
Я еще не рассказывала в «Яндекс. Дзене», что много-много лет и много лет назад работала в журнале «Пионер».
Это был главный детский журнал страны. Его открыли в 1924 году, после смерти Ленина.
Пиковый тираж - 1 860 000 экземпляров - был достигнут в 1986 году (№№4-7). Похвалюсь: как раз в это время мои друзья и я работали в «Пионере», значит, в громадную тиражную цифру вплетен и наш творческий труд!
В «Пионере» печатались все ведущие детские писатели СССР – Самуил Маршак, Аркадий Гайдар, Лев Кассиль, Борис Житков, Константин Паустовский, Рувим Фраерман, Вениамин Каверин, Агния Барто, Лазарь Лагин, Виталий Бианки, Сергей Михалков, Юрий Сотник, Юрий Коваль, Владислав Крапивин и другие. Целый книжный шкаф!
Наша «пионерская» редакция была «зеленая». У руля редакции стояли пожилые аксакалы, а на остальных позициях находились мы – молодые учетчики писем, молодые редакторы и заведующие отделами, молодые авторы.
Конечно, мы обожали друг друга и любили тусить! Места наших вне редакционных тусовок были разные: в мастерской у кого-нибудь из художников, на квартире у редактора Тани Петровой ( хлебосольной, богемной и божественной), в кафешках (редко), в лесу (весна и осень).
Кто-то подумает: «В лесу молодежь, наверное, хорошо принимала «на грудь». Что ж, не совру, «на грудь» принимали, но главное состояло в другом.
Отправляясь в лес, мы придумывали какую-нибудь цель, например, снять на любительскую камеру 5-минутный фильм «Сумка Гайдара». Разрабатывался сценарий, выбирались режиссер, оператор, актеры. И вперед, на съемочную площадку в лес!
(Почему «Сумка Гайдара»? Потому что тема Аркадия Гайдара и тимуровцев всех нас уже тихо «достала». В каждый номер «Пионера» мы должны были сдавать материалы, посвященные бравурному шествию тимуровского движения по стране. А шествие-то, фьють, высосано из пальца… Одним словом, стоял насущный вопрос - как «спускать пары»? Вот и придумали киносюжет: перед трагической кончиной Аркадий Петрович повесил на сук в лесу свою сумку, в которой хранились все заветы и тайны писателя. Сумка провисела под снегом, дождем и солнцепеком несколько десятилетий, но активные тимуровцы не дали ей сгнить окончательно: отправились в лес, претерпели ряд приключений, препятствий и нашли!)
…Вы видите любительскую фотографию, на которой молодые «пионерцы» после киносъемок «Сумки Гайдара» в подмосковном лесу. Эта фотография должна была исчезнуть в потоке времени, но сохранилась, и вот почему.
После той, памятной поездки в лес, мы от души выпустили номер стенгазеты «Сумка Гайдара» и повесили ее в редакционном коридоре. Стенгазету заполнили фотографиями, стихами, заметками, шутками о лесной киноэпопее. В конце стенгазеты можно было видеть этот снимок, который сейчас разглядываете вы, и мои стихи по поводу снимка…
Надо сказать, что в «Пионере» наши озорство и чистая вольность преследовались. Все-таки «Пионер» - журнал ЦК ВЛКСМ, пуговицы на мундире должны быть пришиты и начищены, кто высунул нос из общего стоя – получи щелчок!
За нами «приглядывала» заместитель главного редактора Лия Симонова. Она жила в редакции теневой королевой, умела интриговать, сталкивать людей лбами, не стеснялась напомнить сотрудникам, чтобы они ходили к ней и докладывали друг о друге разные новости и подробности.
Она легко увольняла людей. Мы ее боялись. А тут вдруг – веселая газета, забавные фотографии, стихи про осенний день.
Симонова, увидев стенгазету, внимательно ее изучила, потом вошла в свой кабинет, хлопнув дверью. Там она зло и трубно просморкалась (вся редакция слышала, затаив дыхание, эти негодующие звуки, сидя в своих комнатах). Следом Симонова вызвала всех зав. отделами, которые присутствовали в редакции, учинила им «бемс», допрос с пристрастием, что они знают об этой преступной поездке?! А потом приказала снять газету и уничтожить.
Мы сняли стенгазету «Сумка Гайдара», но не уничтожили. Разрезали ее на части и каждый взял себе на память по нескольку фрагментов.
Мне достались несколько фотопортретов и этот, главный снимок на обрыве.
А свои стихи я помню наизусть и никогда не забываю...
Пока осенний длится день,
Мы будем счастливы друг с другом…
И на обрыве, полукругом
Сидим. А лес раскинул сень.
И в основании всего –
Сентябрь, золото и травы.
В тот день мы были как держава,
И все один за одного.
А что потом? У всех - свое.
Но этот снимок – подтвержденье,
Что в жизни прежде – единенье
И упоенье сентябрем.