Если бы буквально вчера вы спросили: «когда появились три обезьяны?» — можно было бы ответить, что наиболее достоверная дата — не позднее 1636 г. (строительство священной конюшни в Тосёгу, Никко). Но сегодня границу уверенности можно опустить с XVII в. сразу до XIII. И это маленькое открытие!
Итак, Япония периода Камакура. Буддийский монах с интересным именем «не жилец» — Мудзю Итиэн (無住一円) создает в 1279—83 гг. сборник поучительных историй, баек, притч и анекдотов, названный «Собрание песка и камней» или по-японски «Сясэкисю» (沙石集). Книга весьма любопытна, это целая энциклопедия камакурской Японии и, прежде всего, японских религий того времени.
В 2017 г. увидел свет русский перевод и исследование «Сясэкисю» Надежды Трубниковой,теперь и российский читатель может с ним познакомиться.
Но книга Мудзю — не развлекательная литература. У автора есть своя сверхзадача: иносказательно, через «низкие» истории и через комментарии к ним донести высокие идеи буддизма и, прежде всего, сгладить острые углы противоречий между буддистским зерном и той культурной почвой, в которую оно попало в Японии. Как можно сочетать буддизм и добуддийские анимистические верования? Как могут ужиться между собой столь различные буддийские школы, часто считающие конкурентов «еретиками»? Как могут взаимодействовать религиозное и мирское? Может ли светская поэзия вести по истинному Пути? На каждый вопрос у Мудзю есть по несколько историй.
Кстати, о поэзии. Именно реабилитации традиционной секулярной лирики посвящен целый раздел книги. «Народные песни» — не зло и не пустословие, не конкурент Учению, а его помощник.
В завершении пятого свитка Мудзю Итиэн приводит короткую притчу и традиционное стихотворение о четвертой обезьяне:
Некий человек весь свой век вскармливал трех обезьян: Ивадзару [не говорю], Мидзару [не смотрю], Кикадзару [не слушаю]. Человеку, идущему по Пути, нужно растить четырех обезьян, и среди них особенно — ту, которую зовут Омовадзару [не желаю] — так говорят.
Ивадзару-то
Мидзару-то кикадзару
Ё-ни ва ари
Омовадзару-оба
Имада мину кана
«Не говорю»,
«Не смотрю», «Не слушаю»
В мире водятся,
А вот «Не желаю»
Никто пока не видел
Если не беречь обезьяну «Не желаю», трех обезьян просто так не сбережешь.
Здесь следует дать разъяснения к переводу, почему ведется разговор про обезьян (хотя подробности сейчас достаточно хорошо известны). В японском языке есть ныне немного архаичный суффикс в формах «-дзу», «-дзуни» и «-дзару», который при добавлении к глаголу означает отрицание.
К примеру, глагол «говорить», 言 [иу] при добавлении суффикса «-дзару» 言わざる [ивадзару] будет означать «не говорю». Но этот суффикс полностью созвучен озвонченному чтению слова «обезьяна», 猿 [сару] или [дзару]. Так что в притче и стихотворении используется игра слов, говоря про трех «обезьян», автор имеет в виду три запрета, три «не», предпочитая им четвертый.
Что мы можем вынести для себя из стихотворения и комментария? Во-первых, это, безусловно, дата, конец XIII в. Нам не попадалось еще более древнего уверенно датируемого случая упоминания трех обезьян. Можно вспомнить разве что стихи, приписываемые тэндайскому монаху Рёгэну (X в.), но их атрибуция спорна.
Во-вторых, среда и место если не появления, то бытования символики. Мудзю — ученый монах широчайшего кругозора. Его чаще припчисляют к школе дзэн, но он не менее относится к тэндаю. Ничто не противоречит нашему предположению о локализации места происхождения трех обезьян в районе горы Хиэй, под надзором школы тэндай-сю.
В третьих, по противопоставлению-дополнению «классической» троицы обезьян новопридуманной обезьяной «Не желаю» можно осторожно предположить, что автор стихотворения противопоставляет основной, базовый буддийский принцип преодоления желаний светской житейской мудрости с тремя этическими запретами. Запреты «встречаются в мире» в том числе у не идущих по Пути. Если так, то символика трех обезьян по мнению поэта и комментатора не принадлежит буддизму как таковому, хотя и полезна, подталкивает в верном направлении. Запомним это: для буддиста три обезьяны — «внешний» символ.
Литература: Собрание песка и камней (Сясэкисю) / Перевод со старояпонского Надежды Трубниковой. — М., СПб.: — ЦГИ, 2017. — 656 с. ISBN 978-5-98712-642-4; Т. 1., стр. 368.