Более пяти часов длился в среду в Государственном Кремлевском дворце бенефис мэтра отечественной эстрады, народного артиста СССР Иосифа Давыдовича Кобзона. Вечер начался с личного поздравления в адрес юбиляра от президента Владимира Путина, а закончился, как и положено, банкетом.
Путин, который вышел на сцену первым, поздравил Кобзона от лица всех граждан России:
— Дорогой Иосиф Давыдович, дорогие друзья! Наверняка все видели, что я уже поздравлял Иосифа Давыдовича с Днем рождения — правда, в камерной обстановке: в присутствии средств массовой информации, но все-таки в кабинетной. Не мог сегодня отказать себе в удовольствии сделать это еще раз — в более публичной обстановке. Именно не мог себе отказать в удовольствии. Не буду сейчас задерживать ваше внимание разговорами о том, какими достоинствами обладает наш юбиляр. Не буду все перечислять, что касается его творчества, позволю себе сказать только несколько слов. Я хочу искренне, от души и от рядовых граждан поблагодарить вас за ваше творчество. Считаю, что имею на это право, потому что тогда, когда впервые увидел вас и услышал — еще тогда я получал удовольствие от того, что вы делаете на сцене, на эстраде, — я был рядовым человеком. Знаю, что сотни тысяч, миллионы людей — таких же, как я — получали истинное удовольствие, удовлетворение, общаясь с тем, что вы делаете как артист, как певец, общаясь с атмосферой вашего творчества. Хочу вас еще раз сердечно поблагодарить, низко вам поклониться и сказать просто обыкновенное человеческое спасибо. Выразить надежду на то, что здоровья, вашего духа неизменно крепкого, характера еще надолго хватит для того, чтобы радовать так же, как вы радовали до сих пор, миллионы граждан нашей страны. Поздравляю вас и желаю вам всего самого-самого хорошего. Хорошего вечера, — подытожил президент.
После ухода президента Иосиф Кобзон пошутил:
— Если бы Владимир Владимирович пел лучше меня, он бы остался бы и спел со мной, — зал рассмеялся.
В закулисном пространстве в это время было шумно и суетно. Как водится, неизвестно откуда возник слух, что Кобзон этим бенефисом подумывает закончить сценическую деятельность. Коллеги по сцене начали слух бурно опровергать. Так, Николай Басков в ответ на домыслы просто рассмеялся:
— Уже лет 20 точно слышу такие слухи. Злопыхатели не дождутся. Иосиф Давыдович — это как русский Дункан Маклауд на сцене. Также непобедим, не сломлен, вечен, мудр и талантлив. Мы должны гордиться им и тем, что живем с ним в одно время.
Николай добавил, что сейчас аккурат приглашает гостей на свою предстоящую свадьбу, и самым лучшим подарком для него стало бы появление на торжестве Иосифа Давыдовича.
Леонид Агутин был еще более краток и заявил, что этот легендарный голос он слышит с детства и не может себе представить сцены, эстрады и концерта без участия Иосифа Давыдовича.
Лариса Долина, размышляя о роли Кобзона в своей жизни, впала в сентиментальность:
— У меня день рождения 10 сентября, а у Иосифа Давыдовича — 11-го. Мы всегда праздновали вместе, только последние несколько лет уже не собираемся так широко и душевно. Мне уже сейчас не хватает этих вечеров. И чем дальше, тем больше будет не хватать наших совместных встреч. Желаю мэтру только одного — долгих лет. Таких, как он, я не встречала никогда. И думаю, что не встречу. Его стержень, дух, все невзгоды, которые он пережил, а их было много, закалили его как сталь. Его оптимизм, доброта, мудрость, чуткость, любовь к людям, уважение к зрителю, ответственность перед всем, что он делает, не могут не восхищать. Таких, как он, на сцене больше не будет, я вам точно говорю. Это человек советской закалки, классического воспитания, образования, с правильными ценностями в жизни, муж, отец, дедушка. И при этом при всем его талант безграничен. Его любовь к музыке нескончаема. Люблю его всем сердцем.
За кулисами Кремля появились на инвалидных колясках Александр Градский и Юлия Самойлова, которым предстояло исполнять с юбиляром совместные композиции, и также высказали слова восхищения в адрес Иосифа Давыдовича.
Сам же Кобзон в ходе концерта поведал со сцены, что значит для него Кремлевский зал:
— Это главная сцена, которую мне посчастливилось в свое время открыть, когда еще был первый концерт для строителей и рабочих