На одной из людных улиц города висит невзрачная вывеска лавки, в которой можно приобрести своё будущее. Жители города спешат по своим делам, и почти никто не обращает на неё внимания. Те, кто поднимают глаза и видят скромную надпись, считают, что это какой-то розыгрыш. «Как можно приобрести чью-то душу?» — думают про себя проходящие зеваки и идут дальше.
Единственный человек, стоящий на тротуаре с поднятой вверх головой, пытается что-то разглядеть в этой вывеске. Он уже перестал замечать поток проносящихся мимо людей, всё его внимание направлено исключительно на таинственную лавку. Человек стоит в оцепенении: он хочет уже направиться внутрь через низкую входную дверь, но сомнение удерживает его на месте. Наконец любопытство берёт верх и уверенными шагами он поднимается по лестнице и оказывается внутри.
Очень мягкий приглушённый свет не даёт поначалу рассмотреть всё помещение. Постепенно его глаза привыкают и он видит множество разнообразных предметов вокруг себя, которые похожи на небольшие шкатулки с гравированными изображениями на них. К каждой шкатулке прилагается табличка с надписью, которую сложно прочитать издалека.
Человек направился к первой попавшейся шкатулке, рядом с которой было написано «умиротворённый учитель», приоткрыл её и увидел внутри несколько цветных мелков. Рядом лежала ещё одна. Заглянув в неё, он обнаружил маленькую мёртвую птицу. Надпись рядом гласила «орнитолог, нашедший покой». Внутри третьей шкатулки два крохотных мраморных младенца парили в воздухе под тихую колыбельную. Человек пытался прочитать надпись на табличке, которая оказалась полустёрта, и смог различить только слова «заточение матери».
«Что-нибудь выбрали для себя?» — прозвучал голос из темноты. «Мы собираем их со всего света. Я уверен, вы сможете здесь найти то, что подходит именно вам. Каждый представленный здесь экземпляр по-своему уникален». Человек предпочёл ничего не отвечать.
Голос продолжал свой рассказ: «Вы можете думать, что они несчастны, но на самом деле они нашли свой покой. Вы можете полагать, что им здесь не место, однако они сами хотели этого больше всего…» — сзади послышались тихие шаги из стороны в сторону.
«Вы можете взять себе здесь что-нибудь на память, если хотите». Это было последнее, что произнёс голос. Вокруг установилась тишина, и только колыбельная всё ещё тихо играла где-то в глубине помещения.
Он вышел из лавки с пустыми руками и растворился в толпе. На улицы города опускалась темнота грядущей ночи.
Черная полоса