Как Киев отлучает выпускников из русскоязычных регионов от высшего образования
На днях в интернете были обнародованы результаты «внешнего независимого оценивания» (украинского аналога ЕГЭ) в региональном разрезе. Данные — весьма любопытные.
Для начала нужно сказать пару слов о самой системе. Украинский выпускник может сейчас сдавать максимум 4 предмета. Причем, один из них обязателен для всех — это «украинский язык и литература». Кроме того, в принудительном порядке будущий абитуриент должен сдать либо историю Украины (без нее потом не попасть ни на какую социально-гуманитарную специальность), либо математику. Остальное — по выбору. По факту, у молодых людей, хорошо владеющих украинским языком и знающих историю Украины — есть серьезное преимущество при сдаче ВНО за счет «обязательности» этих предметов, а значит — и значительно более высокие, чем у сверстников, шансы попасть потом в университет или академию.
Как же сдавали два «самых главных» предмета в различных регионах Украины?
Во Львовской области высший балл по «мове и литературе» (от 180 до 200) набрали 22,25% выпускников. По истории Украины — 11,63%.
В Тернопольской области по «украинскому языку и литературе» от 180 до 200 баллов — у 15,56% школьников, по истории Украины — у 9,05%. В Ивано-Франковском регионе, результаты составляют соответственно 14,54% и 6,42%.
Итоговые данные из регионов Юго-Востока отличаются разительно.
Например, в переименованной ныне Днепропетровской области высшие баллы по украинскому языку и литературе смогли набрать только 10,26%, а по истории «незалежной» — 4,21%.
Очень похожи между собой результаты ВНО в Одесской, Николаевской и Херсонской областях: около 8% высших баллов по украинскому языку и литературе, и порядка 3% - по истории Украины.
Таким образом, на Юго-Востоке «национально-свидомые» дисциплины сдают в 3−4 раза хуже (если мы говорим о «высших» результатах), чем на Галичине. Причем, если говорить, например, о математике, то такой резкой региональной разницы в результатах сдачи ВНО нет. Здесь часть Юго-Восточных регионов (например, Харьковская область), напротив, — среди лидеров.
Почему у школьников Юго-Востока Украины образовался такой провал по гуманитарным дисциплинам?
Собственно, тут и размышлять не о чем. Как можно ставить в одинаковые условия носителей языка (или пусть даже диалекта или суржика, с учетом того, что «отдельный» статус «мовы» — весьма спорен) и тех, для кого он является чужим, и заставлять детей из русскоязычных семей соревноваться в знании украинского с теми, кто разговаривает на нем с буквально с пеленок?
Весьма похожая ситуация сложилась с историей Украины. Непропорционально большая часть теста 2017 года посвящена истории Галичины. Кроме того, в значительной части опросника речь идет о деятельности петлюровцев и украинских коллаборационистов, сотрудничавших с нацистами в годы Великой Отечественной войны. Тест также щедро сдобрен откровенной пропагандой и элементами «фолк-хистори», с наукой ничего общего не имеющими. Понятно, что правнуку львовского эсэсовца, взращенному на передающейся из поколения в поколение геббельсовской пропаганде, усваивать подобный материал куда легче, чем потомкам борцов с нацизмом из Одессы или Мариуполя…
Последствия же того, что дети с Юго-Востока сдают тесты по обязательным дисциплинам хуже, чем их сверстники с Западной Украины, — очевидны. По сугубо политическим причинам, шансы у «юнака» из Львова попасть в украинский вуз значительно выше, чем у абитуриента с Юга или Востока. И это на фоне того, что конкуренция за «бюджетные» места в университетах Украины в ближайшее время резко вырастет. Киевский режим планирует уже в текущем году урезать количество мест «госсаказа» в высших учебных заведениях на 17% и снизить количество обладателей стипендий с нынешних 40−45% сначала до 25%, а затем — и до 15%.
Наибольшие преимущества западноукраинские выпускники будут иметь при поступлении на юридические, исторические, журналистские, политологические, социологические факультеты. А, значит, именно они будут формировать в обозримом будущем общественное мнение, выводя на новый уровень неонацистскую пропаганду.
Никакой «внутренней» силы, способной эффективно защитить русских и русскоязычных детей, на Украине нет. Вариантом решение проблемы могло бы стать раскрытие перед потомками жителей исторической Новороссии дверей российских ВУЗов, но для этого нужна серьезная политическая воля. Проявится ли она — покажет время…