Начну-ка я с абстрактной завязки, которая предстанет в виде любовного треугольника, в котором застрял человек типа искусства.
Это всего лишь хаотичные чувства, выраженные в слова с определенной последовательностью (хаос с последовательностью... хм, встречали такое где-нибудь?)
Я просто начну. А со следующими моими мозгоизвержениями станет понятнее к чему я веду-то (но это не точно).
«Любовный треугольник»
Всё началось с музыки. Она была во мне, я была в ней, мы были друг в друге. Я ее то отвергала, то принимала, различные ее проявления в моей жизни меня либо раздражали либо наполняли любовью. Долго мы с ней были вместе. Были предательства и разлуки. Я была слишком слаба и инфантильна, чтобы полностью открыть ее в себе. Делала вид, что так и надо, что ничего страшного не происходит, в то время как музыка ныла и стонала во мне. Потом появился он.
Я в него влюбилась, он поразил меня своей многогранностью, безумием. Почему я его не замечала раньше? Театр, он был слишком хорош для меня. Я к нему тянулась и рвалась, но чувствовала постоянно себя его недостойной.
Вечно мне было мало времени, проведенным с ним. От этого все моё существо выворачивалось наизнанку. Иногда спасалась музыкой, она тихо и мирно ждала, замерев и прекратив какое-либо движение. Ей ничего больше не оставалось, я же отвернулась от нее, испугалась, что не смогу... и в глубине души мне казалось, что это предательство. Но мой многогранный гуру поглотил меня.
Я увязла в этой буре эмоций, страстей и перестала уже отделять свое от чужого. Все было едино. Все было во всем. Я театр вынесла в жизнь, а жизнь перенесла в театр. И до сих пор я не уверена в том, как должно быть. Тогда все смешалось в сумасшедшем пьянстве эмоций. Но потом, не помню в какой именно момент, в какой-то фиксированной точке событий, резко опрокинулся на меня отрезвляющий душ. Оказывается я все неправильно поняла! Всё не так. Энергия была потрачена впустую, потому и развития никакого не было. Не надо было мне бежать за ним, пытаясь привлечь внимание к себе. Надо было его просто обнаружить в себе и вокруг себя и жить. Жить искренне, не примешивая лишнего.
И тогда началась работа. И было совершенно неважно, что возможно ее никто не заметит. Хотя как неважно... Та лампочка света, которая привыкла к тому, что мотыльки летят на нее постоянно, все еще была вкручена во мне. Но особенно меня не беспокоила. Работа начала давать рост, рост стимулировал к работе. Что-то удавалось, а что не удавалось не расстраивало. Я боялась, что это может оборваться. Хваталась всеми своими конечностями за театр. Музыка от меня слышала что-то типа "Подожди, я знаю, ты здесь, знаю, что ты никуда не уйдешь", и была права.
Я хваталась за театр, но он неумолимо ускользал. И он улетел, как воздушный шарик в небо. Какая же тоска. Эта тоска заставляла поднимать мои глаза к нему, смотря как он улетает. Улетает, успевший стать для меня миром. Так и стояла с задранной башкой, и прыгала, тянувшись короткими ручонками к небу. Мой мир оставил меня, так мне казалось. Устала, опустила голову, руки и все вообще. Жутко обидно, страшно тоскливо. Злилась. А потом постепенно, чтобы не спугнуть, из временного молчания вышла ко мне она, музыка. Прикоснулась ко мне и обняла.
Стало больно, очень очень больно. Но вздохнув, я ее впустила. Полегчало, спасибо. Она оживилась и запела во мне, обнаружив внутри меня что-то вновь растущее. Хотя, возможно это было во мне давно. Уже не знаю. Музыка здесь и сейчас. Театр возможно выжидает теперь, наотрез отказываюсь от мыслей о том, что покинута им. Вообще ничего не знаю, не думаю, не отпускаю, но принимаю.