– Слушай, Миша, может, мы их уничтожим под шумок, пока никто ничего не видит и не знает? – съязвил Давид. – Не ёрничай, братец Давид. Ты прекрасно знаешь, что ничего сделать с ними не сможешь, да и я тут тебе не помощник. И вообще, мне нравятся Яры, хоть они и не настолько умны сейчас, но придет время, наступит час – и они вспомнят всё, что ты сейчас сказал, – улыбнувшись, прошептал Михаил на ухо Давиду. Давид, задумавшись, добавил: – Михаил, у тебя всегда отсутствовало чувство юмора, во все времена, даже тогда, когда мы родились в один день и час. – Лишь бы у тебя не пропало это чувство, когда наступят последние времена, – серьёзно добавил Михаил. – Ребята! – вмешался Ярослав. – Что-то вы обо мне совсем забыли, пива не наливаете, и вообще какой-то у вас междусобойчик происходит, вместо того чтобы ответить на мой последний вопрос. – Задавай, – улыбнувшись, промолвил Михаил, – будем рады ответить на твой вопрос. Давид, налей, пожалуйста, нашему другу пива, и продолжим разговор по душам.
Давид с гордой неохотой открыл бутылку пива и налил до краёв бокал Ярослава, мрачно взглянув на брата, который заставил его, а не бармена оказать эту услугу. – Давай, задавай, – с доброжелательной улыбкой поды- тожил Давид, чего никак не ожидал от брата Михаил, подумав: «Неужели он так сильно испугался Ярослава? Ведь такие для Давида всегда были мелкими людишками, и он их в один ряд не ставил даже с животными. Наверное, его напугала моя речь насчёт книги Джордано Бруно? Надо обязательно найти и прочитать эту книгу и узнать, что же там такого написано, что хочет скрыть Давид от меня?»
Неожиданно его мысли прервал вопрос Ярослава: – Вопрос к Давиду и ко всей его чёрной братии. - Когда же наступит тот час, о котором вы всегда старались умолчать или запутать людей, называя разные сроки или подсылая лжепророков на Землю вроде Нострадамуса или Ванги, которые так витиевато пророчествуют? – И ты, Ярослав, хочешь услышать от меня правду или такой же витиеватый ответ на твой вопрос? Во-первых, о лжепророках. Нострадамус не так уж сильно врёт, правда, сроки закодированы так, что невозможно простому земному человеку, и даже вам, Ярам, узнать день и час наступающего апокалипсиса. Ванга же, как ты знаешь, была слепой, и это не случайно, так как я не хотел, чтобы она видела, кто ей подсказывал ответы на её вопросы. Она очень тонко слышала, но не видела тех, точнее, видела не тех, кого слышала, хотя и утверждала, что видела. На её вопросы отвечали не те, на кого она думала. Вообще-то она достойная женщина, но была введена мною в прелесть. Просто она была мной разыграна, а вместе с ней и те люди, которые ей доверяли. Но, как говорится, в каждой шутке есть доля правды, и кое-что может сбыться из её слов при неблагоприятном прогнозе для меня. Есть ещё один пророк, но имени его я не скажу. Он уже появился у вас в России, и многие пойдут за ним, а если за ним, то, значит, и за мной и, сами того не осознавая, примут печать мою. И вот когда я соберу необходимое количество людей, тогда апокалипсис закончится. – Как я и думал, ты мастер морочить голову, улыбнулся Михаил. – Вроде тебя спрашивали про начало апокалипсиса, а не про его окончание. – Да я ещё не закончил говорить, а ты вмешиваешься, – обиделся Давид. – Продолжу. Начало апокалипсиса зависит от того, каков конечный результат нашего разговора будет здесь и сейчас. Зависит от Михаила, потому как он должен ответить на мой вопрос по поводу его пророков Еноха и Илии. Если ты, Ярослав, посчитаешь, что на мой вопрос брат Михаил ответил полно и правдиво, тогда я кладу на стол вот этот конверт, в котором описаны сроки и события, предшествующие концу света. А если же ты посчитаешь, что ответ Михаила был неполным либо не совсем правдивым, тогда я сжигаю этот конверт на ваших глазах, и нам придётся ждать ещё тысячу лет, когда случится апокалипсис на Земле. Ну а теперь за дело! То, чего мы все так ждём...