Найти в Дзене
Частная почта

Петербург каким его не видели градозащитники

Дискуссии о том, что допустимо, а что нет вспыхивают в северной столице России с завидной регулярностью. В том, интересе, который публика проявляет к вопросам сохранения городской среды, кроме плюсов ни чего нет. Но остаётся вопрос, а на чём основывают свою позицию, те, которые выходят в одиночные пикеты, на уличные гуляния и митинги? Знаем ли мы достаточно о Санкт-Петербурге, например, XIX-го века? Видели ли мы тот Санкт-Петербург? Всегда ли картинка, нарисованная современными источниками точна? Понравился бы нам тот Санкт-Петербург, по улицам которого ходили Пушкин, Достоевский, Римский-Корсаков, Менделеев, Пржевальский… и ещё бессчётное количество исторических личностей, ставших всем нам ориентирами в личной жизни и в делах общественных. Одним из первых петербургских фотографов был Альфред Лоренс. Он начал работать в Санкт-Петербурге, как считается в 1855 году. Владел фотоателье на Невском проспекте. Его портреты ценили за «осмысленность поз», которая вызывала у зрителя «картинный и

Дискуссии о том, что допустимо, а что нет вспыхивают в северной столице России с завидной регулярностью. В том, интересе, который публика проявляет к вопросам сохранения городской среды, кроме плюсов ни чего нет. Но остаётся вопрос, а на чём основывают свою позицию, те, которые выходят в одиночные пикеты, на уличные гуляния и митинги?

Знаем ли мы достаточно о Санкт-Петербурге, например, XIX-го века? Видели ли мы тот Санкт-Петербург? Всегда ли картинка, нарисованная современными источниками точна? Понравился бы нам тот Санкт-Петербург, по улицам которого ходили Пушкин, Достоевский, Римский-Корсаков, Менделеев, Пржевальский… и ещё бессчётное количество исторических личностей, ставших всем нам ориентирами в личной жизни и в делах общественных.

Одним из первых петербургских фотографов был Альфред Лоренс. Он начал работать в Санкт-Петербурге, как считается в 1855 году. Владел фотоателье на Невском проспекте. Его портреты ценили за «осмысленность поз», которая вызывала у зрителя «картинный интерес». Сказывалось наличие у фотографа собственного опыта в живописи.

В часы, свободные от необходимости выполнять портретную съёмку, которая тогда пользовалась большой популярностью и позволяла хорошо зарабатывать, Альфред Лоренс снимал панорамы Санкт-Петербурга и его окрестностей. Он может и не был первым фотографом, который обнаружил возможности съёмки с верхних и нижних точек, но активно использовал это в работе.

Вот каким видел Санкт-Петербург Альфред Лоренс.

Мариинский дворец. Сегодня в нём работает Законодательное собрание Санкт-Петербурга. Перед зданием большая автостоянка, всегда заполненная почти до отказа.

-2

Посещение колоннады Исаакиевского собора уже и тогда, в XIX веке, было среди популярных городских развлечений. Правда тогда туда взбирались большей частью именно горожане. Эра массового туризма началась немного позже. Вид, который многие современники назвали бы катастрофой. Вероятно, некоторым пришлось бы давать успокоительное.

-3

А вот Михайловский замок и памятник Петру I. После убийства государя императора Павла I-го прошло полвека. Песок и пыль встречают горожанина, приблизившегося к главным воротам замка.

-4

Троицкий собор – один из любимых объектов съёмки среди владельцев разнокалиберных дронов. Они сняли его с высоты птичьего полёта и с севера, и с юга, и днём, и ночью, и с длинной выдержкой, и с разнообразными фильтрами… Его отлакировали в компьютерных программах, до состояния фотомодели, но таким его снять в наши дни будет очень трудно.

-5

А вот и Академия наук. Есть повод развернуть дискуссию о восстановлении исторического вида башни?

-6

На стрелке Васильевского острова, кажется, всё на месте, но чего-то не хватает. Как-то пустовато. Как-то неухоженно.

-7

Симеоновский мост. Теперь – мост Белинского. С первого взгляда и не узнать. Место было далеко не парадное, но с виноторговлей и в шаговой доступности от главных петербургских дворцов.

-8

Знаменская церковь – памятник, потерянный навсегда. На заднем плане исторический вид здания, которое сейчас занимает «градостроительная ошибка». Глядя на этот снимок каждый сам может сделать вывод о том, как качественно изменилось это место со временем. Впрочем, кавычки, в предыдущем предложении, может быть и не нужны.

-9

Аничков мост. Заниматься вольтижировкой на конных статуях в то время было не принято, в отличие от наших дней, но вот, торговать под памятниками истории – пожалуйста. То, что покупателей не видно, это эффект длинной выдержки. Экспонирование тогда было долгим.

-10

А вот каким был памятник Александру Суворову. За ним панорама Марсова поля. В те годы оно ещё было полковым плацем. Нет ни куполов Спаса на Крови, ни некрополя жертв революции, но кустарника. Отлично виден на заднем плане павильон Росси в Михайловском саду. Пыльно. Очень пыльно было на Марсовом поле.

-11

С этого ракурса и сегодня могут видеть город только избранные. Военно-морской флот, конечно, бережёт наш покой, но не менее бдительно бережёт и входы на колоннаду своего главного здания. Кажется, бдительность и в XIX-м веке была на первом месте. Присмотритесь. Видите главную крепость Российской Империи? Нет? А она там есть!

-12

Конечно, нам всем хочется знать наш город и видеть его цветущим и прекрасным. Но прежде всего стоит узнать, увидеть его таким, каким видели, ну вот хоть фотографы XIX века, а уж потом спорить до хрипоты, выходить на митинги и в пикеты. Просто восстановить подлинный исторический облик – значит обеднить, обокрасть, разорить Санкт-Петербург.

Сделать исторический центр города действительно красивым, волнующим, но также комфортным и практичным – задача профессиональных реставраторов, архитекторов, художников, ландшафтных дизайнеров и историков. Вот им и нужно предоставить возможность спокойно, без эмоций, планово заняться этим делом.