Найти в Дзене
О любви

Я никогда не устану ждать. Ч. 2. "Совсем один"

Вольф Он бежал. Бежал, не оглядываясь. Запнулся о корягу и кубарем покатился вниз. Встал, отряхнул легкие штанишки и обомлел. Всего его руки были в крови. Из-за этого у него случился шок. Он начал быстро и методично обтирать руки о траву, пытаться вытереть лицо, но ничего не получалось – кровяные пятна лишь еще больше размазывались по лицу. Наконец, он сел на траву и заплакал. Навзрыд. Закрывая маленькими ладошками пухлое личико. Маленький, беззащитный малыш. Ему было всего 6 лет, когда он лишился матери. Они вошли в дом без стука. Их было трое. Трое взрослых мужчин в черных костюмах и с мрачными лицами. Они начали копаться в вещах, круша все на своем пути. Мама схватила его и крепко прижала к себе. - Родной мой, мое солнышко, ничего не бойся, я всегда буду рядом с тобой, - с этими словами она сняла медальон со своей шеи и повесила Вольфгангу. Поцеловав своего единственного и такого долгожданного сына, она посадила его под кровать, показав жестом, что надо сидеть тихо. Они ворвалис

Вольф

Он бежал. Бежал, не оглядываясь. Запнулся о корягу и кубарем покатился вниз. Встал, отряхнул легкие штанишки и обомлел. Всего его руки были в крови. Из-за этого у него случился шок. Он начал быстро и методично обтирать руки о траву, пытаться вытереть лицо, но ничего не получалось – кровяные пятна лишь еще больше размазывались по лицу. Наконец, он сел на траву и заплакал. Навзрыд. Закрывая маленькими ладошками пухлое личико. Маленький, беззащитный малыш. Ему было всего 6 лет, когда он лишился матери.

Они вошли в дом без стука. Их было трое. Трое взрослых мужчин в черных костюмах и с мрачными лицами. Они начали копаться в вещах, круша все на своем пути. Мама схватила его и крепко прижала к себе.

- Родной мой, мое солнышко, ничего не бойся, я всегда буду рядом с тобой, - с этими словами она сняла медальон со своей шеи и повесила Вольфгангу. Поцеловав своего единственного и такого долгожданного сына, она посадила его под кровать, показав жестом, что надо сидеть тихо. Они ворвались в комнату, начали кричать, трясти маму за плечи, спрашивая о каком-то неизвестном ни маме, ни Вольфу человеке. Мама кричала, пыталась вырваться, она тоже не понимала, кто эти люди, не знала, о чем они спрашивают... А может быть и знала, но не хотела говорить.

Вдруг повисла тишина. Мама сползла на пол. Все ее тело было изранено. Отовсюду сочилась алая кровь. Вольф увидел ее широко распахнутые глаза. Они смотрели на него так пронзительно, так жалостливо. Она едва слышно шепнула: «Я люблю тебя», и ее глаза закрылись. Навсегда.

Мужчины в костюмах чертыхнулись, плюнули на тело невинной молодой женщины и вышли из дома.

Вольф выполз из-под кровати. Обнял маму. «Мама, мамочка, пожалуйста, проснись, злые дяди уже ушли. Мама, открой глазки», - он тряс ее за плечи, пытался привести ее в чувства, но все было без толку. Тут его детское личико стало серьезным и как будто повзрослело. Он понял. Он всё понял. Опустил ее на пол, поцеловал в лоб и принялся бежать.

Бежать, не зная куда и зачем...